Новостная лента

Ґримаси декоммунизации

24.03.2016

 

Компресація времени оставляет разве осадок в истории

М. Т.

 

 

Бывает, приезжаем в Киев. Еще довольно часто. В конце концов, знаем, где и что там есть. В Киеве. Где магазины, где базары.

 

Знаем, где с кем и когда нужно и можно говорить на языке украинском, а где – государственной. Чтобы получить адекватный результат общения. Чтобы оперативно узнать информацию.

 

Итак, приехали очередной раз по делам в Киев. Висели на вокзале, добрались с центра и к центру. Уладили дела. Встретились со знакомыми, переговорили-перетерели все недавние и давние новости. Узнали, кто умер, кто заболел, кто родился. Кому удалось в нынешних условиях издать новую книгу на украинском, кому – не удалось. Почему не удалось. Словом – пообщались.

 

Договорились вечером на встречу со знакомыми за городом – на даче. Надо было купить плящину вина, хлеба – остальное ґарантували хозяева.

 

Итак, пошли мы по Крещатику – «там–там», круг славного Бессарабского рынка. Дело в том, что теперь, после исчезновения Центрального гастронома на Крещатике, нигде и купить толику чего-то в центре Киева.

 

Не тот теперь Киев, Днепр-река не та…

 

Однако купили все необходимое. Попутно я, как заправский галичанин, поґдирав на тему: все для людей: суйся за «тридевять земель» по Крещатику, чтобы бохунец хлеба и фляшку купить для прихода в гости… Хорошо, хоть магазин с чоколядою рядом. Здесь по крайней мере можно коробку конфет купить…

 

С того ґастронома направились привычным путем (определение «направились» вполне относительное: надо было спуститься в переход, покружить вокруг центрального «ведра» подземного city-маркета, найти выход – правильный выход, ибо где войдешь и где выйдешь из того Мінотаврового лабиринта – без компаса, как в пустыне, определить невозможно), – так вот, с того ґастронома этим «привычным» путем направились к хорошо знакомой нам хорошего винного маґазину.

 

Речь шла о том, чтобы оно – вино – было нормальным. В Львове маґазин был нами уже апробированным. Цены не то, чтобы совсем доступные, но качество продукта заслуживала доверия. Так вот, в чужом городе – нема на то рады, – должен искать апробированных брендов с надеждой, что, придя к друзьям, принесешь нормальный продукт, а не «джемеруху».

 

Пришли, где магазин (в Галичине еще кто-то и сейчас говорит: «где склеп»). Что-то коробило на душе – экстерьер был какой-то иной. Чего-то таки не хватало. Какого-то намека, что ли.

 

Ищем хорошо известное место. Такие выразительные дверь с конкретным надписью, куда нам надо войти.

 

Ищем – НЕТ! Вижу – бар, вижу еще один бар, а магазина – нет. Как корова языком слизала.

 

Смотрю на проспект рядом – нет указания.

 

Захожу в тот бар, и спрашиваю: «Тут у вас где-то должен быть магазин, который торговал вином и другим алкоголем».

 

Ответ: «НЕ-А»…

 

Захожу во второй бар – рядом. Спрашиваю то же самое. Бармен посмотрел так благосклонно,-строго, с радостным «прищуром глаз», и переспрашивает, «А в почему вы спрашиваєтє?»

 

Да, говорю, тут был такой магазин, – и далее по тексту. Объясняю: Тамв – посередине бульвара, стоял памятник, «хвігурка маленькая».

 

Спохватился, да и объясняю: «фигуркой маленькой» мы обычно в Галичине называем наследие тоталитарных систем.

 

Спохватился (и, знаете, у нас тех тоталитарных систем было так много: прошумели и отшумели) и объясняю: «Имею в виду памятник вождю пролетар’яту, который правой рукой указывал на вход до того виновного, пардон, алкогольного магазина. Мы здесь еще до недавнего времени не хуже вино покупали».

 

Вздохнул, бедняга: «Да, я там работал. А теперь смотрю – вы мне знакоми. Заходілі. И бралі харошеє. Тєперь уж нет. Закрилі.»

 

Га, думаю себе, или же винный магазин – тоже символ тоталитаризма! Потому что каждый алкоголь… у мусульман… Я себе покупал вино при случае в магазине (и, главное, неплохое вино!), да и не улавливал, что название «вино», оказывается, тоже имеет привкус тоталитаризма. Водочку надо!

 

Или «так-таки-так». Сняли «хвигурку маленькую» – которая была зловеще высокой, сняли очередного вождя, который рукой своей рукотворной указывал на красную дорожку на входе к этому маґазину – и не стало где купить вина.

 

Мы вышли из того бара, говоря литературным языком, «ни в тех, ни в сих…». Постояли. Я тронул себя за лоб (ляпнул себя по лбу) и сказал жене: «И Ленин правой рукой указывал «верный путь». Ленина сняли. Маґазин закрыли. Человек потерял работу. Вина нигде купить. Как к колєґ поедем? Ао, придется вернуться к «водочки»…

 

Без вина виноватые.

 

***

После «улаживания дел» собираемся – и не поволи, а таки нагло, на вокзал. На дворец.

 

Такое случается еще и ныне среди давних друзей, которым смакование общением, роскоши от обмена мнениями, удовольствие от понимания, взаимопонимания и нахождения новых смыслов в уже давно «проговореному» и, следовательно, полностью и вполне, казалось бы уже «ословленому» нашем старом и стареющем мире интереснее еще от беготни белочкой в колесе нынешней канавально-стремительной центры-fugy… Случается.

 

Итак, приезжаем на вокзал. Сам центр столицы. Радостное оживление. Ропот народа вокруг. Билеты – в кармане: еще есть полчаса – зайдімо-ка на кофе, и по пять дека: «на коня».

 

Нет, ту, что вы заказали – єшо не откривали, я вам налью из откритой…

 

Как это?!

 

Нет, шинкарко, подавай-таки ту, что мы заказывали. Мы же не «водочку пить» (тебе, конечно, этого вовек не понять) – у нас свои воспоминания, связанные с нашим возрастом, нашим прошлым и этим (хотя она давно уже не та, что была когда-то) банальным напитком… И черт с ним! Но – подавай нам то, что заказанное!

 

Налила. С грустью в глазах, но налила.

 

Дальше – говорю: «А теперь, дівчика, пока мы вот здесь, в этом шатре будем стоять и общаться – а по-твоему: пить эту водку – ты нам так «тихонько» выключишь вот, что у вас здесь звучит, эту «вашу попсовану» «попсу-музыку». Хорошо? Минут на десять, а? А потом снова включишь, и пусть тебе везет…

 

Я уже не говорю про ТЕХ ребят…»

 

Реакция была для меня совершенно неожиданной: «ФАШИСТ!!! Ты – ФАШИСТ!!! Я ТЕБЕ ГОВОРЮ: ТЫ – ФАШИСТ!!!»

 

Настроение, конечно, был испорченным. Понятное дело, что нам уже не хотелось, ни «коня», ни продолжать нашу тихую «симфонию» наших душ, ни с воспоминаниями, ни…

 

Поезд отправился с опозданием. Мы еще стояли под вагоном, печально смотрели друг на друга, говорили какие-то вибачливі фразы друг другу, ожидая, когда это странное действо в центре Киева – на вокзале – в центре НАШЕЙ столицы завершится. Мы желали друг другу здоровья нашим родным, желали удачи нашим начинаниям, передавали поздравления всем твоим-моим. Мы почему-то прятали глаза, протягивая руки для прощания, тогда прятали эти руки; чтобы чем-то их занять, торопливо зажигали сигареты, которые уже за минуту надо было выбросить, ибо – ПОЕЗД ТРОГАЛСЯ!

 

Так, поезд может опоздать, но свернуть с пути…

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика