Новостная лента

Ad Fontes

05.04.2016

Надо быть наивным или слишком претенциозным, чтобы думать, что наша экономика является результатом нынешней экономической политики. К сожалению (или к счастью), наша экономическая судьба зависит меньше от экономистов и их сегодняшних толкователей, чем от места, где мы родились

 

 

Современность, которой мы пропитаны и поглощены, иногда мешает нам понять, до какой степени мы являемся наследниками длительной истории. Молодые поколения слишком мало ее знают – часто из-за того, что образование о ней уже не говорит, хотя она на нас влияет. Одним из примеров этого, поскольку он является актуальным, является празднование в Риме семидесятой годовщины Европейской Унии. Вы действительно думаете, что нашей Европе лишь семьдесят лет?

 

В данный момент я читаю чрезвычайное историческое произведение – «Reformations» («Реформы») Карлоса Ейре, американского университетского преподавателя кубинского происхождения. Действие его разворачивается в XV ст. в нашей Европе, что зарождается, в Европе гуманистов, которые дадут начало Возрождению и эпохе реформ в лоне христианского мира. Мы видим, как образовалась тогда сеть интеллектуалов, активно вели переписку на латинском языке. Европа всегда имела универсальный язык общения – латынь, потом французский, а потом английский. Эти интеллектуалы, которых назвали «гуманистами», приняли коллективную лему ad fontes, высказывание, что происходит с 42 псалма латинской Вульґати, который можно перевести как «возвращение к истокам». Этими истоками были античная философская мудрость, искусства, которые ее сопровождали, и настоящий источник христианства – Библия на древнееврейском, арамейском и греческом языках. Это возвращение «к истокам» началось в Италии, но сразу распространилось целой Европой, и некоторыми его крупнейшими выразителями были, например, Эразм Роттердамский во Фландрии, Жак Леферв с Етапля во Франции, Томас Мор в Англии, кардинал Хименес де Сиснерос и Антонио де Небріха в Испании, два выдающиеся филологи и граматисти.

 

Нас поражает тот факт, что банкиры и торговцы быстро доставляли свою корреспонденцию из одной столицы в другую, поэтому в Европе ad fontes мы уже видим сочетание европейского самосознания и рынка. Тогда Европа имела бы пять веков! Если она не есть еще старее, потому что эти гуманисты XV века. отстаивали возвращение к древним источникам – платоновских, древнееврейских и христианских. Поэтому когда нам говорят, что дела в Европе плохи, потому что Великобритания покидает ее не покидая, что кое-кто хочет войти в еврозону, а другие угрожают из нее выйти, – это увлекательно, но также на удивление поверхностно, потому что все мы являемся европейцами меньшей мере уже двадцать веков, и это наша цивилизация и наша судьба.

 

Нынешняя Европейская Уния является лишь еще одной формой этой вечной Европы. Это стоило бы раз четко повторять (в эпоху глобализации это является еще более необходимым) учитывая нашу длинную историю, если сравнивать с другими великими цивилизациями.

 

Я приведу другой пример определяющего влияния длительной истории, поиска утечек и относительной природы современности: это экономика. Надо быть наивным или слишком претенциозным, чтобы думать, что наша экономика является результатом нынешней экономической политики. Это то, во что хотели бы заставить нас поверить власть имущие и те, кто стремятся ими стать; также в этом нас хотели бы убедить некоторые экономисты и продавцы волшебного зелья для восстановления экономического роста или занятости.

 

Иногда народы тоже хотят в это верить – так же нас поражают деяния жонглеров. К сожалению (или к счастью), наша экономическая судьба зависит меньше от экономистов и их сегодняшних толкователей, чем от места, где мы родились. Рассмотрим два примера этого влияния долгой истории: в США и во Франции.

 

Мы знаем, что американская экономика определяется инновациями и есть такой от XIX века. Почему? Главная причина, ad fontes, в том, что первые колонисты были немногочисленным населением на огромной территории. Поскольку рабочих рук, обязанных работать, не хватало (за исключением рабов), американский поселенец должен внедрять что-то новое, потому что только продуктивные методы позволяли справляться в этой беспредельной стране. Кто не знает этой первопричины инноваций, тот не понимает нынешней экономики, потому что сейчас она не зависит от Трампа, как вчера не зависела от Обамы. В Мексике произошло наоборот: было слишком много рабочих рук к услугам ленивых владельцев.

 

Рассмотрим пример Франции. Французская экономика, несмотря на явный хаос и политические обещания руководителей, которые покидают свой пост, и кандидатов на их место, и далее является шестой экономикой мира благодаря основам, ad fontes, которые восходят еще к XVII ст. Оружие, роскошь и земледелие – вот три двигатели французской экономики, которые берут свое начало в правлении Людовика XIV: богатство земли, завоевательный дух и экстравагантность королевского двора. Мы могли бы множить примеры до бесконечности.

 

А Германия? Господство ее рядовых предприятий, рассеянных по всей территории, начинается с дробления владений, а финансовая строгость берет свое начало от Мартина Лютера. Дозвольмо каждому читателю в его стране сделать это упражнение ad fontes. Когда все выполнят свое домашнее задание «прозорливца», то смогут анализировать настоящее с помощью новой призмы и с большей ясностью.

 

 

Guy Sorman
Ad Fontes
ABC, 03.04.2017
Зреферувала Галина Грабовская

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика