Новостная лента

Армия Украины: восстала из пепла

15.10.2015

Нынешнее 14 октября – это уже третье празднование Дня защитника Украины на праздник Покрова. Понятно, что речь идет о всех тех, кто с оружием в руках стал на защиту своей земли с весны 2014 года, однако их сердцевиной является вояки Вооруженных Сил Украины, ведь остальные силовиков имеют давно устоявшиеся профессиональные праздники. За эти два с половиной года украинская армия возродилась словно феникс из пепла и в условиях реальной войны пытается реформироваться с постсовкового вооруженного формирования на современное войско. Z собрал мнения экспертов из Галичины о том, насколько результативны эти реформы и чего еще остро не хватает украинской армии.

 

 

От военного монстра до опереточного войска

 

На заре украинской независимости Вооруженные Силы в Украине были мечтой любого хищного милитариста – почти миллион личного состава, свыше девяти тысяч танков, почти полторы тысячи самолетов, сотни боевых вертолетов и немалый ядерный арсенал. За 20 лет все это разворовали, распродали и списали в процессе различных по направлению и духу реформ так, что в феврале 2014 года, когда началась оккупация Крыма, украинское войско имело не больше 5 тысяч боеспособных воинов, а большинство солдат и офицеров из дислоцированных в Крыму частей, изменили присяге и перешли на сторону врага.

 

На историческом заседании СНБО 28 февраля 2014 года тогдашний министр обороны Василий Тенюх сказал дословно следующее: «Мы можем собрать со всей страны военное группировку численностью около пяти тысяч военнослужащих, способных выполнять боевое задание. Их мы можем бросить в Крым, но это не решит проблемы Крыма. Мы их там просто положим. А что делать с тысячами километров границы и подготовкой России к вторжению? Если зайдут утром со стороны Черниговской области, то к вечеру уже в Киеве будут».

 

Реформирование армии времен Анатолия Гриценко сначала замерла на полпути, а после того, как Виктор Янукович стал президентом, начались обратные процессы – на государственном уровне провозгласили внеблоковый статус, реформирование армии по западным образцам было приостановлено. Далее чиновники разработали военную реформу, согласно которой до 2017 года в армии должно было остаться чуть больше 120 тысяч человек, а сама армия должна стать профессиональной. Однако еще тогда, осенью 2013 года, военные эксперты отмечали, что эта реформа является обычной бизнес-сделкой, чтобы высвободить для продажи имущество и землю, которой владело Миноборны и может иметь катастрофические последствия для национальной безопасности. Но тогдашнему руководству государства армия была нужна в качестве опереточного войска, ибо вожди были убеждены, что нападать на Украину некому. Однако за несколько месяцев все радикально изменилось и наша страна впервые за 70 лет оказалась в огне войны.

 

Как отметил в комментарии Z недавно демобилизованный из армии экс-депутат Львовского областного совета Александр Старовойт, весной 2014 года армии практически не было и за два с половиной года она фактически возродилась. Правда, все заплатили за это страшную цену, ведь первыми пошли в бой против врага почти невооруженные и не обученные добровольческие батальоны, которые ценой жизни и здоровья своих солдат смогли остановить российскую агрессию, дали время оправиться от нокаута как политическому, так и военному руководству государства и начать более-менее адекватные действия в ответ.

 

«Весной 2014 года, как только началась российская агрессия, мне пришлось несколько раз быть на прифронтовых территориях, общался с нашими военными. И тогда было видно большое желание реформирования или даже создания новых Вооруженных Сил как боевой единицы, потому что за 20 последних лет вооруженные силы превратились в скорее какие-то опереточные – были тыловые части развитые, были парадные расчеты, но реальные боевые части, которые действительно могли вести боевые действия просто ликвидировали. И это почувствовалось на первых этапах войны. Этот удар приняли на себя добровольческие батальоны, потому что Вооруженные Силы физически не могли ничего поделать» — розмовідає Александр.

 

Возрождать войско пришлось в условиях войны, нехватки средств, деятельности мощного пророссийского лобби и экономического кризиса. Одновременно проводилась и смена стратегических приоритетов – осенью 2014 года появился первый вариант новой стратегии национальной безопасности, в котором было четко указано, что одной из угроз нацбезопасности является российская агрессия, следовательно Украина видит интеграцию в ЕС и вступление в НАТО единственным стратегическим способом защиты территориальной целостности государства. А в 2015 году приняли новую редакцию Военной докрити Украины.

 

Однако только в начале этого года на основании новой стратегии был разработан план реформирования Вооруженных Сил Украины, главными целями которой было поставлено: вступление в ВСУ способности эффективно реагировать на угрозы в оборонной сфере и повышения совместимости с вооруженными силами государств-членов НАТО.

 

Реформа предусматривает ряд конкретных положений:

 

— Установление ежегодных расходов на оборону и правоохранительную деятельность в размере до 5 % ВВП, в том числе расходы на оборону — не менее 3 % ВВП. Централизация закупок. Разработка и содействие принятию в новой редакции Закона Украины «О государственном оборонном заказе»;

 

— Реформирование всей системы мобилизационной подготовки и мобилизации Украины с учетом особенностей вооруженной агрессии в современных условиях;

 

— Возобновление приостановленных важных программ разработки перспективных образцов вооружения и военной техники и утверждение новых программ в этой сфере;

 

— Переход к новой функциональной структуры Вооруженных Сил, среди прочего, с учетом критерия скорости реагирования на угрозы и готовности к выполнению задач и оптимизация системы управления войсками с учетом этих изменений;

 

— Внедрение кластерного принципа ротации кадров, пересмотр квалификационных требований и обеспечение четкого соблюдения этих требований и полная переаттестация кадров, одновременно решающими должны быть не только профессиональные, но и личностные качества человека;

 

— Полный пересмотр системы разведки — от разведывательных комплектов частей к разведывательных органов Минобороны;

 

— Утверждение нового военно-административного деления Украины. Восстановление военной инфраструктуры, пересмотр расположения мест постоянной дислокации соединений и частей Вооруженных Сил;

 

— Постепенный переход к стандартам НАТО (STANAG);

 

— Обеспечение функциональной оптимизации (сокращения дублирующих и лишних структур);

 

— Вывод из подчинения Мининфраструктуры Госспецтрансслужбы и включение ее в состав Вооруженных Сил;

 

— Увеличение денежного содержания военнослужащих путем повышения должностных окладов и окладов по воинским званиям. Повышение престижа военной профессии и мотивации на прохождение военной службы;

 

— Реформирование и оптимизация системы военного образования с учетом лучших практик стран-членов НАТО, в том числе реформирования системы образования, которое предоставляется на кафедрах военной подготовки гражданских высших учебных заведений;

 

— Оптимизация всех систем и норм обеспечения, внедрения новых образцов вооружения и военной техники, пересмотр тактики и стратегии с учетом требований современности.

 

В кількарічній перспективе Минобороны поставило себе за цель до 2020 года перейти на стандарты НАТО в оборонной сфере.

 

Как отметил, находясь во Львове, экс-заместитель командующего Стратегических сил НАТО генерал Мечислав Бєнєк, это очень амбициозная и непростая цель, но при определенных условиях ее можно достичь.

 

«Прежде всего речь идет о программе реформ в Министерстве обороны, гражданского контроля за вооруженными силами, логистического обеспечения, системы закупок и технической модернизации войска. Это долгий-долгий процесс, разложенный на годы. Сейчас у нас 2016 год и сделать все это до 2020 года – это амбициозная задача и я думаю, что когда это время будет правильно использован, то Украина способна выполнить эту задачу», — сказал он.

 

По словам генерала, Польша направлялась к исполнению требований относительно членства в НАТО на протяжении многих лет и без войны на своей территории, поэтому задача Украины намного сложнее, но несмотря на это возможно.

 

Что изменилось к лучшему?

 

По вопросу, что же изменилось к лучшему за прошедшие два года в украинской армии с одной стороны и негативы – с другой, Z подошел к экспертам.

 

По словам председателя правления ОО «Центр исследования проблем регионального и международного сотрудничества» Владимира Гулими, за это время прежде всего изменилось отношение общества к силовым структурам, а также изменение отношения к воина в середине армии – украинские военные учатся воевать умением, а не числом.

 

«Наконец-то общество поняло их назначение, их необходимость и необходимость их соответствия современным вызовам и угрозам. Кроме того, общество поняло нуждается в гражданском контроле над этими структурами. Кроме того, мы видим изменение отношения к персоналу, который выполняет соответствующие задачи. Мы видим продвижение вперед в плане материального и денежного обеспечения, а также социально-бытового. Это в корне меняет подходы со времен СССР, где «человек с ружьем» была никем и должна выполнять поставленные задачи любой ценой. Мы действительно переходим к принципу воевать не числом, а умением» — сказал он.

 

Позитивом, по мнению этого эксперта является и то, что восстановлена вертикаль управления в ВСУ, которая была разбалансирована предварительным незавершенными реформами. Также к плюсам следует отнести и перевооружение и модернизацию вплоть до полностью новых видов вооружения и техники, созданных уже во время войны на Донбассе.

 

Повышение размера зарплат для контрактников – это важный, но только первый шаг к созданию подлинно профессиональной армии. «Люди, которые приходят служить, должны сразу же получить четкое понимание, что они могут связать свою дальнейшую жизнь с армией и получить четкие перспективы роста. Без этого, — убежден Гулима, — служба по контракту может превратиться в простое заработки».

 

Александр Старовойт считает, что реформы в армии происходят едва ли не быстрее всех других.

 

«Есть очень много моментов, где еще надо улучшать работу, но если бы у нас во всех отраслях происходили так быстро реформы, как в Вооруженных Силах, то мы уже жили бы в совсем другой стране. Проведена огромная работа, хотя было и много ошибок», — говорит он.

 

По его словам, буквально за год наша армия совершила в своем развитии настоящий скачок.

 

«Я пришел как мобилизованный офицер в апреле 2015 года и это уже были совсем другие ВС, 2014, начиная с внешних признаков, таких как форма и перекомплектации из полков, дивизий и тд на совершенно современный лад, когда сформированы бригады, которые являются главной военной единицей, которая выполняет главные боевые задачи. Уже потом из середины, я видел, как меняется войско на лучшее – как меняется экипировка, как улучшается логистическое обеспечение, питание и тд» — рассказывает Старовойт.

 

Нужна замена военной элиты

 

Одновременно эксперты рассказали и о негативных моментах, которые мешают процессу реформирования, сойдясь на том, что одним из главных тормозов является советский менталитет значительной части высшего командного состава, подпорченный постсоветской коррупцией и круговой порукой.

 

«Советская ментальность является одной из ключевых препятствий на пути реформирования войска такими темпами, как бы нам хотелось. В отличие от других силовых структур, ВСУ наверное меньше всего очистились от тех офицеров и функционеров, которые остались нам в наследство от предыдущих режимов. Мы видим и откровенно вредную работу этих старых кадров, когда люди, которые пришли в МО в виде волонтерского десанта продвигать реформы, сталкиваются с откровенным саботажем и не могут ничего поделать, потому что так работает система и ее представители не хотят отрываться от «кормушки», а поменять это мы не можем, потому что люди старой системы сидят и в ВРУ. Здесь должна быть политическая воля, которой мы сегодня, к сожалению, не наблюдаем. Необходимость замены военной элиты – это то, что мы должны были сделать вчера», — говорит Владимир Гулима.

 

По его словам, тысячи офицеров, которые учились во времена независимости в западных военных вузах и которые должны были стать носителями изменений в армии, в основном были «военными туристами», то есть чьими-то родственниками или протеже и после обучения оставили войско. А остальные офицеров, которые хотели что-то изменить, после возвращения были «репрессированы» системой – им не давали внедрять полученные знания и отодвигали на периферию. Поэтому большинство этих офицеров также ушла из войска. А вот те, что остались, сейчас являются золотым фондом армии, считает Владимир Гулима.

 

«Именно поэтому, сейчас следует посылать учиться на запад тех воинов, которые показали себя во время выполнения боевых задач и после возвращения назначать их на должности, которые предполагают принятие ключевых решений. Только так можно будет сломать сопротивление старой системы», — говорит эксперт.

 

Из очевидных негативов Гулима называет и обман в отношениях между государством и войском. Речь идет о том, что власть взяла на себя определенные обязательства перед военными, однако не выполняет их в полном объеме. Это и про «боевую тысячу», и о предоставлении статуса УБД, и об обеспечении жильем и предоставления земли.

 

Определенный советский рефлекс в последнее время заметил в войске и Александр Старовойт.

«Год назад или полтора он был почти незаметен, а уже в этом году он начал проявляться: те офицеры, которые уже очень старого возраста и несовременные иногда проявляются на достаточно ключевых должностях и пробуют влиять на ВСУ», — объясняет он.

 

При всех названных прогрессивных моментах в украинском войске, его мощь по убеждению Александра Старовойта вредно переоценивать.

 

«Кое-кто считает, что наше войско уже настолько крутое, что именно может справиться с русскими. Это, как по мне ошибка. Какой бы доброй и вооруженной не была наша армия, противостоять той военной машине, которую представляет сейчас РФ, нам в одиночку не под силу и это надо понимать, принимая любые решения. Мы должны понимать, что когда будет большая война, то мы можем устоять, но заплатим за это огромную цену человеческими жизнями, техникой и ресурсами нашей страны» — говорит он.

 

Третьим негативным моментом, по мнению Александра, является уменьшение уровня поддержки армии в обществе. Если весной 2015 года на военных смотрели с гордостью и восторгом, то теперь такого отношения уже значительно меньше, хотя военные-фронтовики нуждаются в этом не меньше, чем тогда.

 

Очевидно, что изменение отношения к армии не произошла просто так. Общество получает информацию и о значительный уровень злоупотребления алкоголем среди военных, который является причиной очень весомого процента потерь, и о уголовные преступления, которые совершают военнослужащие, и о коррупции, которая практикуется в военной сфере.

 

Как отметил в комментарии Z представитель Аналитического центра регионального сотрудничества Владислав Дейнека, военное ведомство не слишком прозрачно использует десятки миллиардов гривен, которые закладывают на оборону.

 

«Уже второй год экономика Украины выделяет на оборону 5% ВВП, а это миллиарды долларов, которые на сегодня, по моему убеждению, используются недостаточно прозрачно. Есть определенные элементы, но они не составляют целостную систему. Мы должны говорить о возможности неэффективного использования этих средств, а во-вторых, что также является одним из главных вызовов для нашей страны – речь идет об отсутствии доверия людей относительно правильного использования этих средств», — подчеркнул эксперт.

 

По его убеждению, систему ВПК следует делать более прозрачной и понятной, потому что польза от этого будет не только в плане восстановления доверия общества, но и для привлечения иностранных инвестиций в военно-промышленный комплекс Украины. Однако пока что украинская оборонка является закрытым клубом, где не только «куют броню» для нашего войска, но и активно «куют бабло» на сотни миллионов гривен.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика