Стиль жизни

Денег не сдали? Грехи не отпущу

04.04.2012

В современной Церкви наблюдается бум заработка

“Бабушка, а кто такой священник?” — не унималась в маршрутке любознательная девочка лет шести-семи. Минуту подумав, старушка ответила: “Это посланник Бога среди людей”. А потом тихонько, про себя, добавила: “Но настоящих священников, от Бога, сейчас мало”.

И это, увы, правда. Вот лишь несколько последних случаев, где основными “героями” стали отцы и которые шокировали общество.

Пьет, бьет да еще и материт

В феврале этого года внимание киевских гаишников привлек шикарный джип. Казалось, для него не существовало правил дорожного движения — машину сильно “заносило” то в одну сторону, то в другую. “Складывалось впечатление, что за рулем сидит не совсем трезвый человек”, — вспоминал позже один из работников ГАИ.

Когда джип остановили, то оттуда вышел… батюшка навеселе. Уже впоследствии выяснилось, что это был священник Киевской митрополии УПЦ МП Николай Клименко. Вооружившись отборной бранью и кулаками, он просто начал избивать автоинспекторов и пинать их машину.

Трое правоохранителей более часа не могли с ним справиться. Им не оставалось ничего другого, как замкнуть агрессивного священника в джипе и ждать приезда наряда милиции. За этот “грех” священнослужителя отстранили от служения всего на три месяца.

“И за подобное раньше сжигали или на кол сажали, а теперь только три месяца на искупление? Если у него в сердце нет Бога, то перед кем искупить? Гнать его надо. Это — позорище!” — возмущались в интернете простые украинцы.

Нет денег, не похороню

Необычайная история, произошедшая в селе Серники на Львовщине, о которой уже писал “Экспресс”, пожалуй, никого не оставила равнодушным. Местный священник (УГКЦ) Степан Палий отказался похоронить человека из-за якобы долг семьи перед церковью в две тысячи гривен. Местные жители неоднократно обвиняли отца в поборах. Мол, без денег — ни крестин не будет, ни похорон. Потому что у сельского священника деньги превыше всего.

Церковная комиссия, расследовавшая скандальное дело Палия, пришла к выводу, что священник провинился. Его отослали на месяц замаливать грехи в монастырь.

А еще один отец, в Княжеском селе Золочевского района на Львовщине, не увидев в Страстную пятницу у плащаницы никого из верующих… забрал ее домой. Мол, хотел проучить прихожан за такое отношение к святыне.

Рюмочку — не против, и женщину под бок

Не так давно и в Черкасской области разгорелся скандал, в центре которого оказался местный священник. Тридцатилетний служитель церкви жестоко… избил пенсионерку.

Грохот входной двери и звон разбитой посуды — это все, что помнит госпожа Лариса о визите в ее дом местного священника. Не успела шестидесятилетняя прихожанка поздороваться со своим гостем, как отец ударил ее ногой в голову. Бедняжка долго не могла прийти в себя. Встреча со священником-забиякой закончилась для пострадавшей многочисленными ушибами, гематомами и сотрясением мозга. Впоследствии оказалось, что такие приступы агрессии у служителя церкви были уже не раз. Но назад ничего не было. Списали на болезнь.

Когда этот материал готовился к печати, стало известно, что четырех священников Тернопольской епархии Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата лишили сана за… прелюбодеяние, пьянство и поведение, не совместимое с саном священнослужителя. Кажется, комментарии здесь излишни.

Что же творится в Церкви?

Страшно подумать, за советом и помощью к кому ежедневно обращаются тысячи мирян. До отцов-пьяниц и бездельников? Свидетельствуют ли такие неединичные случаи о кризисе в Церкви?

Эту тему обсуждаем с Андреем Юрашем, религиоведом, доцентом Львовского национального университета им. Ивана Франко, и Игорем Козловским, доцентом, руководителем Центра религиоведческих исследований и международных духовных отношений.

Потому что чувствуют безнаказанность

Почему священнослужители все чаще становятся “героями” скандальных сюжетов? Какой пример пастве они показывают?

А. Юраш:

— Церковь — это не есть нечто абсолютно оторванное от реалий и обстоятельств жизни. Она — живой мистически-человеческий организм. Мистический, потому что во главе стоит Христос, Бог. Но Церковь состоит из живых, видимых членов — людей. И они могут быть различными, со всеми своими слабостями и преимуществами.

Подобные случаи, что вы приводите, происходили всегда. Мне приходилось работать в архивах нескольких епархий, деканатов, исследовать жизнь Церкви ХІХ — начала ХХ века. И я находил абсолютно похожие факты. Когда и община была недовольна священником, и тому приходилось отвечать за свои действия. Были и специальные судебные решения. Другой вопрос, что эти факты далеко не всегда попадали в поле зрения общественности.

И. Козловский:

— Когда начиналось религиозное возрождение в стране (в начале 90-х годов прошлого века), то не хватало священников, людей, которые могли бы на тех или иных приходах стать духовниками. Тогда очень много людей пришло в церковь просто с улицы. Так-так. Они не были подготовлены, не выросли как христиане, не формировались в условиях традиций. Все, что они взяли из своего бывшего мира, принесли и к Церкви. И остались такими же, не изменились.

Сейчас такие священники используют Церковь для своих нужд, которые являются более материальными, чем духовными. И это отразилось на Церкви. Потому что масса таких отцов-гастарбайтеров стала критически большой. Но хуже всего то, что они часто чувствуют себя безнаказанными. И эта безнаказанность — это одна из черт, характеризующий современное состояние Церкви.

Извините, но священники учатся не один год и не два в семинариях… Неужели еще во время обучения нельзя распознать, этот человек может быть настоящим пастырем?

А. Юраш:

— Некоторые священники, очевидно, вообще никакого образования не имеют. И такое может быть. Здесь есть другой момент. Человек не всегда раскрывается в конкретной среде, имею в виду семинарию. Там все регламентировано, четкие рамки, наставники. Другое дело, когда священник оказывается один на один с обществом. Не каждый может все свои греховные страсти, намерения, подсознательные чувства, которые есть у всех, и в священника в частности, покорить. Очень часто эти грехи (и пьянство, и жадность, и немилосердие) выходят на поверхность именно на приходе.

Поэтому ныне Церковь должна быть очень ответственной за своих членов. Прежде всего священнослужители, подходить к их отбору с вдесятеро большей ответственностью и принципиальностью.

Много случаев произвола священников остаются незамеченными. Община часто не умеет и не может “бороться” с такими, извините за сравнение, отцами-невеждами. Что делать?

А. Юраш:

— Абсолютно согласен с вами, что далеко не все скандалы, связанные со священниками, попадают в прессу. Но убежден, что община — это сила. Если жалобы прихожан на священника в деканат, к епископу, не дают результата, то стоит действовать кардинально. Нет, не надо воевать. Можно не приходить к такому священнику на службу месяц, если прихожане считают, что он никчемный, користолюб. И он, уверен, сам убежит из прихода.

И. Козловский:

— Епископ получает информацию в первую очередь от кого? И от самих же священников. Хорошо было бы, если бы у него была информация из разных источников.

В нашей Церкви уже много лет сложилось так, что миряне, прихожане были отделены от церковных дел и доверяли все только духовенству. Но так было не всегда. В свое время в украинской традиции существовали братства, которые принимали на себя обязанности контролировать священников, епископов, чтобы защищать свой духовный мир, его ценности.

Миряне должны организовываться в братства, чтобы можно было ставить вопрос перед духовенством. Чтобы это не были единичные выступления. Потому жалобу одного-двух прихожан могут где-то “потерять”, “заникати”. Другое дело, когда это жалоба братства. Тогда Церковь будет вынуждена прислушаться к своим верующим.

Хорошая проповедь — это редкость

Чем могут угрожать Восточным Церквам подобные скандалы со священнослужителями? Оттоком верующих, как это случилось в Западной Церкви?

И. Козловский:

— На этот вопрос отвечу вам притчей. Один человек решил стать христианином. Его отговаривали, говорили не идти креститься в той церкви, там священник недостойный. Но он не послушался и все-таки пошел. Увидел, что священник действительно недостоин. Но крестился там. Когда его спросили почему, то он ответил: “Если эта церковь уже две тысячи лет стоит, то, значит, там все-таки есть истина”.

Мы должны понимать, что благодать не зависит от священника. Благодать от Бога.

Но, бесспорно, такие досадные прецеденты отталкивают людей от Церквей, прежде всего от ортодоксальных. В последнее время в Украине бешеными темпами растет количество религиозных организаций. Их у нас уже насчитывается около 40 тысяч. Такого не знала ни одна страна Европы. И это свидетельствует о том, что наши граждане все-таки тянутся к чему-то духовному, которое есть вне материальным миром. Но, с другой стороны, — идут поиски собственно за пределами ортодоксальных Церквей. Для них это является определенным сигналом, что нужны реформы.

А. Юраш:

— Хочу отметить, что очень сильно вырос в последние годы общий уровень приходских общин. Ранее в сельском приходе мало кто мог получить хорошее образование, поэтому даже священник, который прошел какие-то семинарские студии, объективно мог быть лидером. Сейчас другая ситуация.

На фоне повышения общего уровня образованности прихожан малообразованные священнослужители уже не могут быть лидерами, осуществлять свою миссию. Выскажу мнение абсолютного большинства людей, когда скажу, что услышать хорошую проповедь, даже в городской церкви, где, как правило, — самые лучшие, самые ответственные кадры, можно крайне редко. Идет банальный перевод текстов с набором морализаторского типа. А прихожане хотят услышать толкования Священного Писания.

Те, кто критически относится к Церкви, недаром обвиняют ее в неспособности адекватно отражать нынешние реалии. Поэтому Церковь может стать одной из причин усиления секуляризационных тенденций, которые мы наблюдаем в Европе.

Приведу пример Польши. Это пока что одна из самых религиозных стран мира. Но социологи уже более 10 лет там констатируют постепенное и неуклонное падение религиозности. Если раньше было религиозным 94-95% населения, то сейчас — на 6-7% меньше.

Общество начинает более критично смотреть на Церковь. В Польше духовенство обвиняют в тех же болезнях, что и в Украине. И самое главное — в интеллектуальной несостоятельности дать надлежащий ответ человеческой души на те вызовы, которые она испытывает сегодня. Если Церковь не может исполнять миссии, не может выполнять функции духовного врача, то это будет способствовать оттоку верующих.

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика