Новостная лента

Галичина: невіднайдена Троя

30.09.2015

 

В городок Бучач со Шмуэлем Йосефом Чачкесом (известным в мире как лауреат Нобелевской премии по литературе Аґнон) мы приезжаем примерно в то же время — в преддверии первого осеннего холодная, хоть и с разницей в восемь с половиной десятилетий. Свои впечатления от пребывания здесь еврейский писатель описывает в романе «Ночной постоялец»; я же беру эту книжку за путеводитель себе — и в точности как Шлиман, который отыскал Трою, внимательно почитывая Гомера, стараюсь в современных реалиях найти потерянный Бучач.

 

Удается у меня слабо, потому что мы с Аґноном находимся как будто в разных городах. Хотя вроде и вот оно все: улица Колеевой, источник, из которого пил круль Ян Собеский, и отель, в котором останавливался писатель, и места, на которых стояли Большая Синагога и Бейт-Мидраш (ныне здесь базарные ряды и магазины), и еврейский киркут, что его местные называют окописьком. Ландшафт, декорации — те же, но в этом театре сейчас идет другой спектакль, играет другая актерская труппа. Масштаб примерно тот же, ведь и во времена посещения Бучача Аґноном, и в наши дни город насчитывает примерно дюжину тысяч жителей. Национальный состав населения изменился кардинально — если сто лет назад большинство здесь составляли евреи, то сейчас это почти полностью украинский город.

 

В конце концов, верить художественной правде романа Аґнона безоглядно не стоит, потому что хоть большинством в древнем Бучаче и были евреи, все равно в городе жило немало украинцев и поляков. Это уже не вспоминая о том, что вокруг городка бурлила крестьянское украинское море. И лирический герой «Ночного постояльца» всего этого не замечает: он приезжает в еврейский город, где все — от отельера к лавочнику — его единоверцы, а на 700-страничную книгу иноверцы упоминаются всего несколько раз, да и то мимобіжно, как тени. На этом месте стоит заметить, что Аґнон посещает и описывает Бучач на рубеже 20-30-х гг., в турбулентное время, когда национализм берет верх во всех сообществах. А национализм — это особый вид оптики, которая подсвечивает только свое и пеленой мрака окутывает чужое.

 

Все это немного похоже на польские экскурсии, ездят Галичиной, своей кресовою Атлантидой, осматривают палацики, костелы, кладбища и рыночные площади городов, снующие рассказ о польской истории и поляков, так будто здесь жили только они. Первое предложение такой экскурсии будет, понятное дело, о мультикультурный рай, в котором мирно сосуществовали и поляки, и евреи, и армяне, и немцы, и где-то в том перечне найдутся и украинцы, но дальше история продолжается уже только о поляках. Этот способ нарации не отличается методологически от украинской версии популярной истории, в которой остальные являются лишь прийшляками и временными оккупантами этих земель. Каждая из трех главных версий — украинская, польская, еврейская — Галичины является неполной, но считает себя полнее другие; более того, частично они все взаємозаперечними, и ни одна из них отдельно не достойна олицетворять собой всю Галичину как genius loci.

 

Интересно, что я был приглашен на литературную резиденцию имени Аґнона в Бучач (проще говоря — пожить неделю в городе) именно как человек извне, из Галичины. Глаз пришельца часто регистрирует то, на что уже давно не обращают внимания местные. И вот что мне удалось зафиксировать: уже нет еврейской Галиции, уже нет польской Галиции, в конце концов, нет и украинской Галичины, нет никакой Галичины. Нет административного региона, который бы назывался Галичиной, в результатах социологических исследований говорят о какой-то безликий запад Украины, будто в нашей стране существует однородный западный регион, въезжая в одну из галицких областей, вас приветствуют в конкретной области, а не в Галичине. Нет Галичины, ее стерли с карты и забыли.

 

А потом сидишь себе тихонько в бучацкой районной библиотеке, организатор резиденции представляет тебя присутствующим, невольно вспоминая, что взгляд не-галичанина на Бучач может быть новым и интересным, и ты вдруг понимаешь, что Галичина таки существует — невидимая, скрытая, словно какое-то тайное знание для посвященных: в сознании людей, в их оговорках, в этом едком сентябрьском дыму, поднимающемуся от сожженной ботвы с каждого огорода. Мы ее не видим, но это еще не значит, что ее нет.

 

 

Текст написан в рамках резиденции «Аґнон: 50 шагов, чтобы понять», поддержанной Goethe-Institut-ом в рамках программы «Культурно-образовательная академия»

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика