Новостная лента

Японская утопия

03.03.2016

«Если мы почитаем «фашосферу», социальные сети ультраправого толка, то увидим, что они изобилуют упоминаниями о Японии. Но какая связь существует между Японией мифической и реальной? Действительно ли иммиграция в Японию запрещена? Идет ли это Японии на пользу? На самом деле эту утопию можно проверить: в Японию эмигрируют, нелегально, и поскольку эта иммиграция является недостаточной, экономика идет на дно. Эта новая японская утопия скорее дистопією, но не вполне; на самом деле, как это часто случается, где-то посередине»

 

 

За каждой идеологией скрывается утопия: другой край, радостное прошлое или желаемое будущее. Самое важное, чтобы утопия была далека – чтобы побудила мечтать, но утруждала любую проверку. Томас Мор в 1516 г. стал пионером, разместив свою Утопию («Край, которого нет нигде») на неприступном острове. Тот факт, что Куба является островом, без сомнения, поспособствовал ее утопической функции. Существует другой остров, скорее архипелаг, который сейчас выполняет эту роль, но для ультраправых: это Япония. От времени ее «открытия» в конце XIX века. Япония очаровывает людей Запада как край фантазий: эротических (Мадам Баттерфляй), литературных (Пьер Лоти), эстетических (Мане и его офорты). В 1970-е ее экономический успех превратился в вышеупомянутую утопию для руководителей; на эту тему опубликовали кучу эссе, и все они потеряли свою актуальность с тех пор, как японская экономика застопорилась. И оказывается, миф вернулся, на этот раз в крайней правой.

 

Для сторонников Дональда Трампа, Марин Ле Пен и Герта Вилдерса, которые являются адептами чистой национальной идентичности, Япония является образцом для подражания, чтобы запретить иммиграцию и сохранить нетронутыми национальные ценности. Если мы почитаем «фашосферу», социальные сети ультраправого толка, то увидим, что они изобилуют упоминаниями о Японии. Но какая связь существует между Японией мифической и реальной? Действительно ли иммиграция в Японию запрещена? Идет ли это Японии на пользу? На самом деле эту утопию можно проверить: в Японию эмигрируют, нелегально, и поскольку эта иммиграция является недостаточной, экономика идет на дно. Эта новая японская утопия скорее дистопією, но не вполне; на самом деле, как это часто случается, где-то посередине.

 

Клод Леви-Строс, который был большим етнологом, любил говорить, что Япония – это единственная страна, которая достигла синтеза между современностью и традицией. Большинство японцев так и думают, и остальные Азии также, особенно китайцы, которые пожертвовали своими обычаями ради индустриализации. Также является правдой то, что Япония остается однородной страной – в этническом и культурном плане. Это хорошо для страны или обедняет ее? Японцы видят в этом доказательство хорошего воспитания, потому что уровень преступности низкий. Также нужно знать, что в Азии до сих пор верят в расы и детерминистский связь между расой и культурой: кореец или японец считают себя принадлежащими к корейской или японской расы и считают, что их поведение является определенная их генетическим наследием.

 

Эти идеи, которые существовали и на Западе, полвека назад вышли из употребления, потому что являются ошибочными. Однако они объясняют сдержанность японцев в отношении иммиграции и смешанных браков. До 1980-х это неприятие иммиграции не имело негативных последствий; население увеличивалось благодаря собственной рождаемости, и народ соглашался на любую работу, даже самую скромную. Сейчас японки выходят замуж все позже, или вообще не выходят, и редко рожают больше одного ребенка, через что коэффициент воспроизводства населения в Японии является самым низким в мире, вместе с Южной Кореей. Вследствие этого японское население ежегодно теряет 200 тыс. жителей, треть населения имеет более 65 лет и уже никто не соглашается на работу низкой категории. Когда активное население сокращается и стареет, национальное богатство уменьшается; экономика является настолько простой. В качестве альтернативы иммиграции, чтобы компенсировать уменьшение активного населения, японки могли бы больше работать, но они не хотят, а их мужчины предпочитают запирать их в их традиционной роли домохозяек. Поэтому в Японии присутствует обман.

 

Достаточно лишь наведаться в порт Осака, чтобы увидеть, что докерами есть пакистанцы, иранцы и китайцы. Во всех барах Токио – куда обязательно наведываются, выйдя из офиса, – официантками есть филиппинки. Корейцы, предков которых заставили приехать в 1930-е, руководят патінко, электронным бильярдом. Самыми популярными певицами и спортсменами часто есть корейцы, но получить японское гражданство почти невозможно. Поскольку легальная імміграціє запрещена, предприниматели часто прибегают к уловкам: трехлетних «учебных практик, которые позволяют нанимать китайцев, индонезийцев и вьетнамцев для работ, от которых отказываются японцы – в полеводстве, уборке и уходе за пожилыми людьми.

 

В целом в Японии, наверное, есть примерно 2% иммигрантов, в которых нет никаких прав и которых высылают, как только они совершат какую-нибудь глупость. Это тот «образец», к которому стремятся ультраправые на Западе? Но Запад уже является гибридным. А в Японии этого обманного иммиграции недостаточно для того, чтобы компенсировать биологическое сокращение активного населения.

 

Поэтому японцы обрекают себя на потерю – как в количестве, так и в креативности: отсутствие обменов с другими цивилизациями выливается в парализующий конформизм и потерю инноваций. В то же время заметно, что молодые японцы замыкаются сами в себе; студенты не выезжают за границу, все меньше их учит английский язык. Япония деглобалізується, и в долгосрочной перспективе японцы станут бедными, но все вместе. Это называется решением общества, а не утопией.

 

Guy Sorman
La utopía japonesa
ABC, 20.02.2017
Зреферувала Галина Грабовская

 

 

   

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика