Новостная лента

Живой музей целого мужчину

07.03.2016

 

Ныне, 7 марта, 39-летний франковед Богдан Тихолоз официально стал директором львовского литературно-мемориального музея Ивана Франко – пять дней назад его кандидатура победила на открытом конкурсе, а теперь ее согласовала сессия Львовского областного совета. Накануне г-н Тихолоз поделился с Z своими соображениями относительно актуального состояния в музее, своими планами на ближайшую перспективу и теми стратегическими изменениями, которые хотел бы реализовать.
 

 

Жизнь в музее должно изобиловать!

 

В музее Франко сложная ситуация, потому что все привыкли к тому, что музей – это место, где тихо и спокойно, никто никого не двигает. Следовательно посетитель – это потенциальный враг музейщика, потому что он разрушает его спокойствие и претендует на его зону комфорта. Коллектив воспринимает это (смену руководства – Z) преимущественно как вызов для себя лично. Понятно, что я не имею каких-то террористических намерений разгонять коллектив, но я хочу, чтобы он работал, ведь там есть 48 ставок. Там жизнь должна изобиловать! Ни дня не может проходить без акций! В музее 18 ставок научных работников, а 30 – вспомогательный персонал, но это не только уборщицы или сторожа. К примеру есть сад, но сейчас там только одна грушка родит. Хотя у нас есть и Лесотехнический и Аграрный университеты, научные школы садоводства, большой сектор бизнеса, который занимается садоводством. Поэтому в том саду надо сделать рай!

 

В значительной степени закрытый музей и для исследователей. Сотрудники музея разрабатывают фонды, но те, кто хочет прийти туда извне, натыкаются на некий барьер. Я сам с этим сталкивался. Я сказал бы, что музей превратился в такую достаточно закрытую структуру.

 

Еще одна проблема – сегодня музей существовал в информационном вакууме. Когда проводил опрос в Фейсбуке, то 83% респондентов сказали, что заметность музея в интернете и других медиа можно оценить на двойку или ниже. Подписчиков на странице в ФБ есть всего 250. Музей имеет сайт, но это стидобисько. И что меня больше всего травмировало, равно как и многих других посетителей (это видно из моего опроса), – даже те люди, которые ходят в музей и получают положительные впечатления, не знают, чем им там еще заняться. Они не имеют стимула остаться там на дольше или вернуться снова. В конце концов, иногда в музее просто некомфортно, потому что нет банального гардероба, где можно было бы оставить мокрую одежду в дождливую погоду.

 

Мемориальный дом – то святыня

 

Музей не существует для музея как такового. Конечно, музеи – это научно-исследовательские и культурно-просветительские учреждения. Ни одна из этих функций не может быть підважена и, конечно, что никто никаким образом не отрицает мемориальное значение музея. Могу откровенно сказать – я не планирую никаких революций в этом смысле – имеется мемориальный дом, есть довольно качественные экспозиции. Возможно, там нужно немного обновить или уточнить целом это святыня и двигать ее нельзя.

 

Однако есть другой дом – вилла Увєри (дом торговца тканями А.Увєри, который после Второй мировой войны передали музею Франко – ред.), имеем прекрасный открытый пространство между этими домами, имеем пространство для проведения культурно-художественных акций, имеем калитку в Стрыйский парк и возможность привлекать это пространство. Грех этого не делать, чтобы привлечь посетителя. Но привлекшая посетителей, их надо чем-то занять — люди, которые придут в музей, должны получить какое-то предложение.

 

Музей должен давать живое ощущение присутствия не только места, где жил великий человек, но и живое ощущение его самого, что он рядом с нами. Это чувство очень многогранное – визуальное, тактильное, акустическое и все вместе дает этот эффект присутствия. Когда человек имеет живое чувство, то из него вырастает симпатия, любовь и уважение.

 

Франко – это история успеха

 

Мы говорим о свое, родное в контексте кладбищенском – поминаем, они были большие и тд в таком заупокойном тоне. И должны еще за здравие поговорить и понимать, что если мы этих людей через 100-200 лет вспоминаем, то это значит, что они что-то такое важное сделали, что не умерло и продолжает жить. Потому что мы всех больших, не только Франко, сводим к роли страдальцев – они всю жизнь боролись, всю жизнь мучились и не известно, к чему домучилися. Мы же говорим о них не потому, что они мучились. Я для себя эту формулу нашел – мученик, это не тот, кто мучается, потому что все мы так или иначе мучаемся. Это тот, кто сохраняет веру и переходит в итоге на какой-то другой уровень, преодолевает муку. Поэтому мученичество – это также пример успеха. Франко много страдал, но посмотрите, сколько он сделал, что он после себя оставил.

 

Франко – это история успеха. Если взять соизмеримые фигуры – короля Даниила, Михаила Грушевского, митрополита Шептицкого – то Франко является наиболее экспортной фигурой. Наиболее брендовым. Из всех упомянутых иностранцу легче всего объяснить, кто такой Франко и чем он важен и велик, потому что меня раздражает эта некрофильская риторика.

 

Посмотрим, как относятся к своим брендовых фигур поляки, немцы или австрийцы. Они их уважают, они так же имеют культ Моцарта в Австрии или Гете в Германии, но это живой культ. Они не ритуализованные. Это не просто раз в год прийти на кладбище и на могилу цветы положить и все. Нет, они являются живым пространством для современного креатива, творчества. У меня есть очень простой пример – если Франко изображают на украинских деньгах, то он точно входит в топ-десятку наших крупнейших представителей в целом мире.

 

Окунуться в эпоху

 

Для меня все сводится к простому итоге – «Дом Франка – живой музей целого мужчину».

 

Во-первых, дом – это мемориальный дом, где жил Франко со своей семьей, которого он очень стремился, перед тем сменил с десяток квартир и как каждый человек хотел где-то прислониться с женой и 4 детьми.

 

Но это не только мемориальный дом. Это место, где тебе хорошо, уютно, где тебе роднее, где ты настоящий. Мне очень хотелось бы, чтобы мы совместными усилиями создали такой эффект у посетителей. Чтобы когда они пришли и почувствовали не просто удивление от погружения в какую-то другую эпоху, а было ощущение того, что здесь красиво и уютно и сюда хочется вернуться.

 

Музей не может говорить абстракциями, а доступными средствами, экспозиционными прежде и не сводить к экспонированию каких-то предметов – рукописей или книг под стеклом и на расстоянии. Оптимальный сценарий – когда мы можем окунуться в эпоху. Одна из моих идей – сделать Франко 6D – музей шести ощущений. Человек будет иметь возможность не только увидеть какие-то предметы или картины из жизни Франко, которая сможет почувствовать то, что он чувствовал – музыку, которую он любил слушать, шумы, которые его вдохновляли, почувствовать на вкус те блюда или напитки, которые ему смаковали, почувствовать запахи, которыми пахнет его творчество, почувствовать голоса духов и демонов, которые его преследовали. Современные технические средства вполне позволяют это сделать. Когда человек погружается в эпоху и в его собственную жизнь, тогда она имеет живое чувство личности и посетитель потом понимает, что при таких обстоятельствах эта конкретная человек достиг таких значительных успехов в различных отраслях…

 

Еще один момент—сотрудничество с другими музеями Франко в Нагуевичах и в Криворивне. Мы можем предлагать однодневные туры в Нагуевичи, Дрогобыч и Сходницы или двух-трехдневные маршруты в Криворивне через Ивано-Франковск и Коломыю. Если правильно продумать и обеспечить логистику, найти различные формы, которые насытят это время чем-то интересным, то это станет очень хорошим способом популяризировать Франко, привлекать в музей посетителей и зарабатывать средства на его развитие.

 

Дискуссионный клуб в франковом стиле

 

Одна из ключевых для меня идей – Франков дом – дом диалога, потому что он таким был при его жизни. Франко был очень коммуникабельным человеком и пока не имел проблем со здоровьем, то регулярно приглашал к себе гостей, даже студентов на обед. Как писал в дневнике Осип Маковей: «Сегодня снова обедал у Франко, четвертый раз на неделю. Больше не пойду».

 

Франко был страшный полемист, а не зануда, который произносил речи и считал, что он истина в последней инстанции. Поэтому этот дом должен быть домом общения. Во Львове есть такие площадки, но есть определенные нюансы. Они или академические, или связанные с определенными закрытыми средами. Почему бы здесь не устроить дискуссионный клуб и дебатировать важные общественные проблемы?

 

Неожиданные грани

 

Франко не только писатель, он многогранный ученый – литературовед, экономист, социолог, языковед, фольклорист, историк, этнограф – перечень займет целую страницу.

Он очень интересный самостоятельный философ, который умел человеческим языком говорить о сложных проблемах. Я к Франко пришел именно как к философу, сначала прочитал его философские труды. В то время читал классическую немецкую философию – Канта, Гегеля, Шеллинга и Фейербаха и думал, что наш Франко не глупее них и умеет написать просто. Он крупный общественный и политический деятель, большой коммуникатор, человек, которая сплачивала вокруг себя людей.

 

Но несмотря на эти публичные ипостаси есть еще Франко-отец, Франко-человек, Франко-грибник, Франко-рыболов, путешественник, которого называют основателем пешеходного краеведческого туризма, потому что он не только сам ходил, но и брал с собой молодежь, ходил по Бойковщине и Гуцульщине, писал об этом стихи. Франко инспирировал целое поколение людей, которые основали спортивные общества, скаутскую организацию «Пласт». Почему бы до этого музея не привести этих спортсменов и пластунов, не предложить интересные акции?

 

Мне говорят, что на промокампании нужны деньги, а денег не дадут, ибо их нет. Это типичная нищенская логика – дайте нам денег, потому что у нас их нет. Мы с женой сделали проект «Франко вживую» совершенно бесплатно и еще сделали зеркало в «Фейсбуке». С мая прошлого года свыше 40 тысяч посетителей из 60 стран мира. Ноль гривен все это стоило! Все это не так требует больших расходов, как инициативы и креативности.

 

Франко лицом к ребенку

 

Обязательно должны быть программы для детей. Если мы не приведем в музей детей, то он не будет иметь будущего. На собственных детях проверено – если в музее есть жизнь, то дети спрашивают, когда смогут прийти в следующий раз. А вот когда они спрашивают, когда мы уже пойдем домой, то это означает – что-то не так.

 

К примеру, в винниковском краеведческом музее делают выставку «На уровне гения» — произведения вывесили на уровне роста четырехлетних детей и устраивают для них учебную программу. Сначала дети рисуют на камне, как первобытные люди. Затем изучают жанры живописи, потом будут стену составляют из пазлов известные шедевры живописи. Затем рисуют собственный шедевр. И все это занимает час-полтора, а дети выходят оттуда и говорят, что они хотят еще вернуться. Стоимость всего этого очень небольшая, зато эффект – огромный. Разве такое не может быть в музее Франко?

 

Молодежь по-другому смотрит на мир, и мы должны это учитывать. Понятно, что нужен виртуальный музей, 3D-тур. Это довольно простые вещи и есть люди, готовые это сделать. Также приложение для смартфона, который может обеспечить информационное сопровождение во время экскурсии.

 

Франко на вкус и на прикосновение

 

Где-то рядом посетитель должен иметь возможность выпить трехэтажного Франковой кофе, съесть пирожное, которое любила выпекать Франко жена или невестка. Мы видим это повсеместно, во всех музеях – обязательным является зона гостеприимства, где есть музейная кофейня, музейная лавка с сувенирами, человек хочет с этого места привезти что-то на память. Эту тему очень опошлят, некоторые уже в меня вцепился, начались упреки. Во-первых, эти планы в перспективе. Во-вторых, не надо думать, что мы изобретаем велосипед или организуем революцию, потому что в законодательстве предусмотрено, что музеи могут оказывать платные услуги от продажи билетов вплоть до ресторанного обслуживания. Понятно, что это не может противоречить основной функции музея, нельзя превратить музей в супермаркет или фастфуд.

 

Уходя, этот человек должен иметь возможность что-то взять на память – поэтому надо думать о сувенирную продукцию и книги. Вот сейчас имеем разные интересные книги о Франко, но в музее их нет. Кроме того, футболки, сумки, ручки и блокноты, кружки и тд. Также в музее можно организовать Франко почту – покупаешь прямо там какую-то колоритную открытку, тут же тебе ставят красивый штемпель и ты из дома Франко отправляешь кому-то из близких или даже самому себе открытку. Люди покупают открытки и магнитики. Почему этого всего нет и что в этом плохого?

 

У людей, которые выходят из музея Франка, после посещения сложиться главный мессидж – мужчина, который здесь жил – очень интересная личность, он очень много сделал и заслуживает того, чтобы не только мы об этом знали, но и другим рассказали, а это место заслуживает того, чтобы мы сюда вернулись и не одни. Вот главная цель, ради которой я хочу прийти в этот музей и что-то сделать. Это превратит Франка на открытую современности фигура, а не на дедушку с портрета в школьном кабинете литературы.

 

Записал Тарас БАЗЮК

 

 

 

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика