Новостная лента

Киеву стоит отказаться от Донбасса

05.02.2016

Поскольку конфликт снова разгорелся, Украина должна понять, что победа в войне будет большей проблемой, чем она того стоит

 

 

Не много же понадобилось времени на то, чтобы с приходом Трампа в Украине все пошло наперекосяк.

 

Перед прошлыми осенними выборами в США ситуация в Украине после нескольких неспокойных годах, казалось, наконец, стабилизировалась. Страна получала целом хорошие оценки и помощь от Международного валютного фонда; имела политическую, дипломатическую, финансовую и даже в некоторой степени военную поддержку от Запада; осуществляла успешные внутренние реформы в правовой, экономической, социальной, образовательной медицинской и энергетической сферах. В довершение ее вооруженные силы успешно превратились из шеститысячного боеспособного войска, имеющегося в середине 2014 г., на мощную, закаленную в боях армию, которой удалось заставить Россию и ее марионеток прекратить боевые действия на востоке.

 

Теперь, после многих месяцев относительного затишья, бои на востоке снова разгорелись. Эти бои сопровождаются новой, хоть и невнятной, обещанием урегулирования: в форме умысла администрации Трампа добиться крупной сделки с Россией, которая бы смогла решить конфликт в Украине раз и навсегда, возможно, даже путем восстановления ее территориальной целостности.

 

Проблема в том, что урегулирование конфликта на заявленных Украиной условиях может быть не в ее интересах, и Россия может рассчитывать именно на это.

 

Перверсійно текущее положение дел на Донбассе – напівзаморожений конфликт – стал лучшим вариантом для Киева. Это правда, что военные и гражданское население по обе стороны фронта продолжают дальше гибнуть, и в этом нет ничего хорошего. Но Украине удалось избежать огромных затрат: она больше не была вынуждена удерживать промышленный пояс, который когда-то опустошал ее государственную казну, терпеть коррумпированных олигархов, политическую элиту и криминальные банды региона или задабривать его прорадянське и пророссийское население. Если бы Россия не оккупировала Донбасс после революции Євромайдану в 2014 г., Киев был бы неспособен принять системные реформы и строить все более стабильное и демократическое государство, которое имеет поддержку патриотически настроенных граждан. Российская оккупация Донбасса – и такого же антиукраинского Крыму – заставила Москву взять на себя экономические расходы обеих депрессивных регионов, поэтому не удивительно, что Украина не спешила выполнять Минские договоренности и брать Донбасс обратно под свое крыло.

 

Зато энтузиазм России относительно Донбасса с того времени, когда в начале 2014 г. «зеленые человечки» захватили Крым, подстрекали к беспорядкам в восточной Украине и планировали превратить несколько юго-восточных областей Украины на «Новороссию», резко пошел на спад. Новороссийский проект вскоре провалился из-за нехватки у большинства украинцев региона энтузиазма относительно отделения от Украины и способность украинских вооруженных сил оттеснить сепаратистов в тот анклав, который они на данный момент оккупируют. Сбит самолет Малайзийских авиалиний показал политические опасности проводить марионетками процесс дестабилизации. В то же время Москва была несхильна вполне выйти из игры, потому что видела в конфликте способ гарантировать себе рычаг контролировать будущее Украины. Поэтому Москва продолжает экономически и милитарно поддерживать продолжающийся конфликт, который потерял свою перспективу и стал обузой.

 

Избрание Дональда Трампа нарушают эту стабильную, хотя и неидеальную, равновесие. Его приверженность российского президента Владимира Путина предвещает фундаментальный разворот внешней политики США в направлении к пониманию с перспективы России – и от понимания Украины. Не менее тревожным является то, что Трампова оппозиция ЕУ и НАТО, одобрение им Брекзиту, демонизация ним Германии и поддержка правых популистов грозят подточить Европу и ее институты, разорвать трансатлантические связи и разрушить идею когерентного Мероприятия. Такие шаги поощрят Путина перехватить инициативу и искать новое решение для существующей донбасской дилеммы.

 

Военная эскалация, в которой Путин использует новую администрацию как возможность для полномасштабного вторжения с претензией захватить восточную Украину, выглядит маловероятной, хотя и не является невозможной. Путин может трактовать Трампову безоговорочную поддержку его лица как «зеленый свет» для решения надоедливой украинской проблемы одним махом. Как стало известно, во время телефонного разговора между Путиным а Трампом 28 января два лидера обсуждали «партнерство» по целому ряду вопросов, включая украину. Многие с тревогой отметил, что на следующий день после телефонного разговора наблюдался артобстрел городка Авдеевка и Мариуполь.

 

Нет, однако, сомнения, что Путин осознает, что прямое наступление не только приведет к огромным потерям среди украинцев и россиян, но и разрушит значительную часть Украины. Он также бы истощил человеческий и экономический капитал России, породил бы массовый украинское движение сопротивления, привел бы к появлению миллионов беженцев и заставил бы Россию установить длительный оккупационный режим, который мог бы подорвать экономику и разрушить российское государство. Мало кто из рационально мыслящих лидеров мог бы избрать такой самоубийственный курс – разве что здесь замешаны идеологические или личные амбиции.

 

Более вероятным представляется, что эскалация является прелюдией к обсуждению крупной сделки между Трампом а Путиным, которая определенным образом включает и восточную Украину. В том варианте, что его часто описывают как лучший сценарий для Украины, Путин может использовать оккупированный Донбасс, чтобы добиться уступок по другим вопросам: снятие экономических санкций, то сотрудничества в вопросе сохранения режима Башара-аль-Асада в Сирии. Тогда бы Путин отвел свои войска из Украины, прекратил оказывать помощь сепаратистам и уведомил Киев, что тот может получить свою территорию обратно.

 

Таким шагом Путин выиграл бы баллы в Соединенных Штатов и Европы, позволив ему создать образ России как миролюбивого и великодушного страны, которая стремится к стабильности и мира с Западом. Внутри страны Путину пришлось бы представлять отвод войск как победу России, но, принимая во внимание эффективность его пропагандистского аппарата, он смог бы убедить большинство своей общественности в мудрости такого шага, особенно учитывая все большую усталость россиян от Донбасса и сохраненные в результате прекращения оккупации деньги и жизни россиян.

 

Киев не мог бы отказаться от такого предложения, потому что он все время настаивает на том, что Донбасс должен быть – и будет – возвращен в лоно Украины. И этот подарок имел бы плохие последствия. Киев скорее всего столкнулся бы с тотальной войной с брошенными сепаратистами – в которой вероятно победил бы, но потом бы столкнулся с необходимостью огромных капиталовложений, чтобы наладить жизнь в опустошенном регионе и попытаться завоевать сердца и умы его анти-киевского населения. По оценкам экономиста Андерса Ослунда на то, чтобы возместить убытки, нанесенные Россией, нужны как минимум 20 млрд. долл.; весь бюджет Украины составляет примерно 26 млрд. долл.

 

Не менее изнурительными для Украины были бы и политические последствия реінтеґрації оккупированного Донбасса. Несколько миллионов анти-западных избирателей, возвращенных в ее лоно, голосовали бы против прозападных реформ в Украине. Пророссийские политические силы, которые руководили и до сих пор руководят реґіоном, получили бы вторую жизнь. А олигархи и воры, которые десятилетиями так плохо хозяйничали на Донбассе, вернулись бы во власть. Тогда Донбасс играл бы такую же ретроградную роль, которую он играл в украинской политике с момента обретения ею независимости в 1991 г. Политическая напряженность возросла бы, повернулабися поляризация Восток-Запад, Киев стал бы политически и экономически несостоятельным, а Путин бы добился того, чего он хотел с самого начала – вполне нестабильной Украины, минус затраты на финансирование конфликта низкого уровня на экономически обреченной территории.

 

Конечно, невозможно сказать, какой из этих сценариев – полномасштабная война, попытка избавиться от Донбасса или какой-то переходный шаг – будет реализовано.

 

Дело в том, что из-за непредсказуемости Трампа, его радикализм и пророссийские симпатии все из них являются теперь возможными или значительно можливішими, чем они были до избрания Трампа. Поскольку статус-кво, который сохранялся в течение последних двух лет, вряд ли будет сохраняться еще долго, Украине нужно разработать реалистичную стратегию в отношении оккупированного Донбасса – приспособленную к новых геополитических обстоятельств – и подготовиться ко всем возможным faits accomplis — свершившихся фактов — Трампа и Путина.

 

Хорошей новостью является то, что Украина готова к полномасштабной войне с Россией; она также готова и может совладать с урезанием помощи от Вашингтона и прекращением санкций. Плохой новостью является то, что Киев совершенно не готов к тому развитию событий, который может разрушить Украину при минимальных затратах для Путина: когда Россия вернет Донбасс.

 

На что бы Киев не вздумал, украинцы должны сначала решить, что для них важнее: независимость или территориальная целостность. Минские соглашения давали Украине возможность наслаждаться первым и добиваться второго. Такое положение дел не могло продолжаться всегда, но Трамп и Путин ускорили его конец.

 

До Трампа украинцы могли избегать принятия слишком многих сложных решений относительно своих стратегических приоритетов. С появлением Трампа уже не могут.

 

 

Alexander J. Motyl
Kiev Should Give Up on the Donbass
Foreign Policy, 2. 02.2017
Перевод Галины Грабовской

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика