Новостная лента

Китайская «Глобализация 2.0»

22.05.2016

Китай пытается восстановить Великий Шелковый путь через более чем полтысячелетия от его упадка. Цель очень амбициозная и дорогая, ее уже назвали попыткой «Глобализации 2.0». Международный форум «Один пояс, один путь», который недавно состоялся в Пекине, показал, что идеей заинтересовалось более 100 государств, хотя реально приобщиться к проекту пожелало не так уж и много.

 

 

Великий Шелковый путь сформировался фактически в первом веке по Р Х. Это была такая себе караванная дорога, которая связывала Восточную Азию со Средиземноморьем, прежде всего с тогдашней «столицей мира» – Римом. Путь, в первую очередь, использовался для вывоза шелка из Китая до Западной европы. Маршрут периодически менялся, что связано с войнами в регионах его пролегания. Эпоха же морских открытий во второй половине XV века фактически сделала наземный путь неконкурентным.

 

Почему эта идея вновь стала актуальной? Все это благодаря Китаю. Если средневековый Великий Шелковый путь был нужен прежде всего европейцам для получения товаров с Востока, то Новый Шелковый путь интересен прежде всего для Поднебесной, которую расспросит от экспорта.

 

Дело в том, что китайская экономика, которая четверть века (начиная с конца 80-х годов) стремительно развивалась, за последние несколько лет начала испытывать постепенной, но уверенной стагнации. Руководству в Пекине стало ясно, что без развития новых смелых меґа-проектов одна из крупнейших хозяек мира может со временем впасть в рецессию. Так что в 2013 году возникла инициатива восстановления Шелкового пути. Тогда председатель КНР Си Цзиньпин впервые провозгласил идею связать Китай и Европу современными транспортными коммуникациями землей и морем.
 

И вот за три года идея стала приобретать реальные очертания. На саммите в Пекине мая при участии представителей более ста государств, в том числе 28 государственных лидеров, Си Цзиньпин изложил свое видение нового грандиозного проекта. «Инициатива «Один пояс – один путь» исходит от Китая, но принадлежит всему миру. Сотрудничество в рамках этой инициативы будет охватывать различные регионы, фазы развития и цивилизации. Это открытая и инклюзивная платформа для сотрудничества», – заверил он.

 

Итак план Си Цзиньпина предусматривает создание шести экономических коридоров, которые свяжут Китай с 65-ю странами, на которые приходится 60 процентов населения планеты и 30 процентов мирового ВВП. Предполагается строительство портов, дорог, железных дорог и других объектов инфраструктуры в Азии, Европе, а также в Африке. Кроме того, Си Цзиньпин предлагает создать 50 научных лабораторий вместе с другими странами-участниками проекта и подготовить 5000 ученых, а также пригласил в Китай 500 иностранных исследовательских организаций. План также предусматривает реализацию сотни проектов бытового благоустройства, столько же проектов в сфере борьбы с бедностью и проектов в сфере охраны здоровья и реабилитации в странах, которые охватывает инициатива.

 

 

По предварительным оценкам, на все это придется потратить около 900 миллиардов долларов. Такая сумма делает инициативу «Один пояс – один путь» самым дорогим проектом развития в истории человечества.

 

Пекин намерен взять на себя значительную часть финансовой ответственности. Си Цзиньпин заявил о готовности КНР предоставить на реализацию проекта 124 миллиарда долларов. Эта цифра вдвое превышает сумму займов, выданных Всемирным банком 2016 году. Однако, по утверждению экспертов, это вполне подъемная для Китая сумма, ведь резервы иностранной валюты в стране превышают три триллиона долларов. К примеру, в прошлом году китайские компании инвестировали в зарубежные проекты около 170 миллиардов долларов.

 

Понятно, что от проекта выиграет не только Китай, все страны через которые пройдет Новый Шелковый путь (НШШ) получат свои бонусы, причем немалые. Понятно тоже, что экономическим аспектом значение этого проекта не исчерпывается, ведь уже в силу своей грандиозности он будет иметь и большое геополитическое значение. И вот здесь уже возникает вопрос: кто политически выиграет, а кто проиграет?

 

Сразу же в открытую оппозицию к пекинской инициативы стали Соединенные Штаты, Япония и Индия. Относительно Вашингтона, то известное настройки президента Дональда Трампа отдавать предпочтение двусторонним отношениям, а не коллективным соглашениям. В начале года он подписал распоряжение о выходе США из Тихоокеанского партнерства (Trans Pacific Partnership). Скорее всего Трамп откажется от проекта трансатлантической зоны свободной торговли с Европейской Унией. Поэтому уже хотя бы с этой точки зрения понятно нежелание США участвовать в этом проекте. Кроме того, Новый Шелковый путь однозначно будет играть на повышение роли Пекина как в регионе Юго-восточной Азии, так и на глобальном уровне, а это отнюдь не на руку Вашингтону.

 

С Японией все более-менее понятно. Токио считает Пекин своим историческим конкурентом в регионе. Взаимоотношения стран если и нельзя назвать враждебными, то по крайней мере близкими к конфронтации, в том числе и в военной сфере. Поэтому участие в НШШ не рассматривается властями Японии как возможная опция. Наоборот, Токио объявил о намерении развивать собственные инфраструктурные проекты в Азии, на что готов выдать 110 миллиардов долларов в течение пяти следующих лет.

 

Индия тоже находится с Китаем в жесткой региональном конкуренции. А относительно проекта НШШ в частности, то индийцы воспринимают его как крайне неблагоприятный для них, особенно потому что одно из ответвлений пути должно пройти через контролируемую Пакистаном часть Кашмирского региона, которую Индия считает своей территорией.

 

Европейская Уния пока не выработала своего совместного четкого отношения к китайской инициативе. С одной стороны, проект мог бы дать неплохой импульс экономическому развитию европейской хозяйки. С другой стороны, существует оправданное опасение, что цунами дешевого товар made in China может полностью утопить местную промышленность.

 

«Каждую неделю из Чунцина в Германию отправляются пять полностью загруженных поездов, но только один полностью загруженный поезд идет в обратном направлении. Однако, чтобы торговые пути были экономически оправданы и политически приемлемы в странах, через которые они проходят, торговля должна происходить в обоих направлениях», – сетовал председатель Торговой палаты ЕС по вопросам КНР Йорг Вутке. По его словам, европейский бизнес жалуется на законодательные барьеры и ограничения для доступа к китайскому рынку, Пекин до сих пор не отменил.

 

Брюссельские политики отмечают, что, если и подключаться к проекту НШШ, то эту работу необходимо координировать с инициативами Европейской Унии. Специально для этого была создана «Платформа связи ЕС и Китая». А Европейский Парламент еще в июля 2016 года принял резолюцию, в которой призвал страны-члены Унии выступать с общей позицией в этом вопросе, иначе существует опасность применения Китаем в Европе тактики по принципу «разделяй и властвуй».

 

И стоит отметить, что эту апробированную Москвой тактику Пекин уже понемногу, но успешно использует. Уже на сторону проекта НШШ китайцам удалось перетянуть Грецию и Италию, которые без согласования своих действий с Брюсселем предварительно принципиально согласились принять участие в китайской инициативе.

 

Теперь про Россию. Если бы мы верили в искренность слов кремлевского шефа Владимира Путина, то были бы убежденными, что Москва всем сердцем восприняла китайский проект. По крайней мере в таком духе раздавался выступление российского лидера на открытии саммита в Пекине. Впрочем весь предыдущий опыт заставляет нас усомниться в правдивости путинских слов.

 

Безусловно, Россия примет участие в НШШ, но скорее не по собственной воле, а потому, что другого выхода у нее нет. Китай и так уже постепенно переманивает под свое крыло одну за другой страны Центральной Азии, которые еще совсем недавно находились в зоне жесткого влияния Кремля.

 

Центральноазиатские страны в последние годы охотно брали у Китая кредиты на модернизацию и строительство инфраструктуры. В Казахстане это привело к снижению зависимости страны от России, а в Таджикистане зависимость от Москвы фактически сменилась на зависимость от Пекина, куда отныне экспортируется значительная часть местного газа.

 

Бывший советские республики Центральной Азии географически расположены в самом сердце НШП. Понятно, что они в этом проекте станут ключевыми транзитерами. Поэтому Москва должна действовать, даже несмотря, осознавая то, что своим присоединением к проекту она собственными руками снизит роль Транссибирской железной дороги, которую она так стремилась задействовать в меґа-проекте такого типа. Но всем известные уважаемые пороки Транссиба, в частности, малая скорость, завышенные тарифы, забюрократизированность процедур оформления грузов. Поэтому Москва уже махнула на это рукой и пытается не упустить шанс задействовать по крайней мере тот участок дороги, которая ведет от границ Казахстана до Казани и дальше на запад.

 

А как мы уже отмечали, НШШ предусматривает несколько путей. Некоторые из них вообще обходят Россию стороной, а некоторые затрагивают лишь незначительный клочок одной шестой части суши. Поэтому с одной стороны для Кремля этот пекинский проект как кость в горле, с другой – она должна активно к нему приобщаться, чтобы не прозевать своей доли прибыли, а главное не потерять окончательного влияния на страны Центральной Азии, которые Москва все еще считает «зоной своих интересов».

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика