Новостная лента

Когда галичане говорили галльским языком…

17.09.2015

Были времена, когда наши предки практически без перевода понимали галлов, германцев или, тем более, балтов. На просторах между нижним Дунаем и Балтийским морем проживали различные этносы, известные исторической науке как такие, принадлежавшие к различным языковым семьям, но, что интересно, тогда (то есть, очень давно) их языки были достаточно близки, чтобы жители и жительницы даже отдаленных регионов Центрально-Восточной Европы без переводчиков между собой как враждовали, так и дружили, торговали, заключали союзы и даже женились. А на территории Галиции происходили одни из самых тесных межэтнических контактов.

 

Карта распространения латенської культуры, творцами которой были галлы, а носителями – галлінізовані этносы: желтое – ядро, зеленый – начальные этапы распространения, терракотовое – завершающие этапы распространения; Галичина относится к восточных ареалов распространения (на основе данных wikimedia.org)

 

Один из важных, но мало освещенных этапов истории славян связан с тесными контактами с галлами. Они, преодолев несколькими волнами Судеты и Карпаты, с середины I тысячелетия до новой эры расселяются сначала на Одри в Силезии и затем – дальше на восток. А.Шахматов писал, что контакты галлов и славян разворачивались в бассейне реки Вислы и в Прибалтике, где соседями праславян были якобы галломовні племена венедов. Выводы российского лінґвіста частично подтвердились исследованиями польских археологов – древние галлы действительно селились на землях Верхней и Нижней Силезии, на верхней Висле в Малопольши. С приходом галлов распространяется типичная для них латенська культура, а на Висле в Малопольши формируется ее тинецька группа, в которой со временем сочетаются галльские особенности с пшеворськими. Значительное влияние культуры галлов фиксируется и далее к северу Висло-Одерського междуречья: они проникали далеко на север – в Куявии, а возможно и на побережье Балтики. На территории Польши галлы проживали анклавами, которые постепенно ассимилировались местным населением – носителями позднелужицкой, поморской, а впоследствии в результате взаимодействия культура підкльошових захоронений трансформируется в пшеворську. Последняя из перечисленных принадлежит к кругу так называемых латенізованих культур, то есть таких, которые потерпели мощного влияния латенської культуры галлов Центральной Европы 2⁹.

 

В последние века первого тысячелетия до новой эры галлы (греческое название «кельты») приходят на современную территорию Галиции. Одним из пришлых, а заодно и наиболее известных племен галлов были бойї. Именно они, двигаясь северным краем гор (сначала Альп, затем Карпат), оставили по себе названия Бавария (Бойя), Богемия и, вероятно, бойки. Постепенно славяне (племена, жившие между истоками Одры, Вислы, в Поднестровье и далее на северо-восток, можно назвать протослов’янськими, ведь как таковых славян на то время мир, по крайней мере письменный – не знал: к середине I тысячелетия н. е. праславяне фиксируются только по данным археологии, которые не имеют однозначной этнической интерпретации), носители пшеворской культуры, ассимилировали галлов сначала Галиции, Малопольши, а позже и Силезии. Галльский субстрат мощно повлиял на развитие местного населения пшеворской культуры, наследие галлов проявляется в керамическом производстве, металурґії и кузнечном деле, погребальной обрядности, в духовной жизни.

 

В то же время, в середине 3 века новой эры, в период глубокого политического и экономического кризиса Римской империи, наблюдается явление так называемого “галльского ренессанса”: в изобразительном и декоративно-прикладном искусстве возрождаются присущие традициям древних галлов образы, на керамических сосудах возрождается латенський орнамент или его отдельные элементы, которые совсем не использовались на протяжении нескольких веков, до галльских образцов обращается строительная техника римской Галлии, на месте храмов римских и восточных божеств строятся галльские святилища, учащаются упоминания о друидов, в городской среде растет число носителей чисто галльских или галло-римских имен. В конце 3 и в 4 веке в среде варварских племен Центральной Европы также наблюдается определенный возврат к обычаев и традиций, характерных для латенської культуры и родственных галлінізованих культур.

 

В этот период на большей части территории современной Украины (в том числе и на территории Галичины) развилась черняховская археологическая культура, возникновение которой связывают с передвижениями готов и других германских племен в славянские земли (и далее на юго-восток), к которым присоединились потомки поздних скифов и сарматские племена языгов, аорсов, роксоланов. Заметный компонент черняховского населения составляли выходцы из римских провинций. В погребальном обряде носителей черняховской культуры появляется обычай тілопокладення с оружием, который ранее был распространен в центральноевропейських галлов. Возвращение к латенських форм и технологических приемов наблюдается в производстве украшений, оружия. Изготовленная на гончарном круге керамика, которая широко представлена в черняховском вещевом комплексе, повторяет римскую провинциальную, сформировавшейся под влиянием галльской ремесленной традиции, а много типов черняховских сосудов напоминают галльской, серую лощеную керамику. Галльське происхождения имел двухъярусный черняховский горн для обжига керамики (горны такой конструкции начали применяться галлами еще в 3 веке до н. е., а на рубеже нашей эры они распространились в римских провинциях от Британии до Дакии) – гончарные традиции черняховской культуры связывают с романізованим населением придунайских регионов, в составе которого весомый компонент составляли и ассимилированные потомки галлов.

 

Доказательством присутствия галлов или галлінізованого населения на территории Галичины можно считать результаты антропологического исследования могильника черняховской культуры Чернелів-Русский на Тернопольщине: доминирующий морфотип похороненных на этом могильнике мужчин характерен также для тілопокладень вельбарской культуры в Польше, Румынии, латенської культуры Австрии, Чехии, Словакии, Угоршини и даже Великобритании, имеет истоки в культурах ленточной и шнуровой керамики Центральной и Западной Европы и связан с центральноевропейським населением (галлами) или их потомками, а доминирующий морфотип женщин значительно отличается и имеет наибольшее сходство с населения вельбарской культуры Нижней Вислы, Восточной Польши, а значительное влияние на его формирование имело субстратное население этой территории (то есть, женщины были в целом типичны для региона). По антропологическим данным, в период существования черняховской культуры в Верхнем Поднестровье произошло смешение славянского населения с потомками центральноевропейських галлов, диалекты которых все еще могли сохранять существенный галльский компонент. А в конце 4 века славянские группы представителей черняховской культуры Поднестровья стали проникать в районы Верхнего Попруття – северной Дакии, где взаимоотношения между галлінізованим населением различного происхождения только углубились 2⁵⁹.

 

Круг латенізованих культур Восточной Польши, Галиции и Волыни остается на сегодня наиболее вероятным ареалом возможной встречи носителей галльских языков и праславян. Это предположение дополнительно подтверждается еще и тем, что славяне впервые появляются на страницах исторических источников под этнонимом «венеды», который широко представлен в галльській и іллірійській ономастике (например, галльське племя Veneti на побережье Атлантики, отдельный исчезнувший этнос с таким же названием на севере Италии, галльське поселения Vіndobona (современная Вена), или галльське племя Vindelici).

 

На время появления славян на страницах исторических источников галльские диалекты все еще оставались живыми в западных провинциях Римской империи, а также в Галатии (Малая Азия), удостоверяющие галльские лапидарные надписи бытового характера 3-4 веков, а также упоминания позднеримского авторов: Св. Иеронима, Сульпиция Севера и некоторых других. Правда, о галльские языки и диалекты, которые – по крайней мере к началу новой эры были распространены в Центральной и Восточной Европе (то есть, в тех регионах, где могли разворачиваться контакты между галлами и праслов’янами), известно мало, что делает практически любую попытку выявления галло-славянских связей достаточно неопределенной. Но данные языкознания дают основания считать, что такие связи имели место в прошлом.

 

В начале I тысячелетия новой эры для различных этносов, которые составляли местный вариант черняховской культуры, славянские говори, вероятно, стали своеобразным языком межплеменного общения, при том, что и славяне сами перенимали как лексику, так и морфологические конструкции от соседей и співжителів в крае – галлов, готов, сарматов, тракійців (например, от галлов слова «когут», «кокош», «обориг», «клетка», «корова», суффикс -ын в словах типа «человек», «ребенок» и тому подобное; от готов – слова «полк», «хлев», суффикс -ар в словах типа «столяр», «цветовод» и тому подобное; от ираноязычных этносов – слова «бог», «хата» и другие; от тракійців – топонимы «Товтры», а также слова с корнем *срт (река цвета земли), *стр (поток; то, что движется; Серет, Стрипа, Стрый тому подобное). Галлы (возможно, также усиленные иранским влиянием) оставили названия «Галич», «Галичина», «бойки», а также часть названий рек, гор, поселений. Вполне возможно, что именно славянская и слов’янізована территория от Богемии до Бойковщины позже стала известной византийским императорам под названием «Бойки», которая неоднократно упомянута в сочинении «Об управлении империей» Константина Багрянородного. Подобного взгляда есть и др.Мандич, признавая Порфіроґенетових бойков предками одноименной современной этнической группы.

 

По мнению П.Шафарика, следует понимать галлов также под летописным волохами. Основным аргументом в пользу этого предположения является связь этнонимов волохи и вольки. Последнее название принадлежало группе галльских племен (Volcae), которые зафиксированы античными источниками в долине реки Эбро в Испании, на юге Галлии, в Моравии, во время нападения галлов на Грецию в 279 году до н. е., а также в Малой Азии, куда галлы попали после этого нападения. В германских языках этноним Volcae превратился в слово *Walhoz, «чужаки», которым германцы называли всех иностранцев, вероятно, связанных с галлами. Оттуда происходят названия валлийцев в Британии, которые сами себя называют “кимры”, валлонов – франкоговорящих бельгийцев, Walland – название Франции в средневековых скандинавских источниках, а вільцями называли лютичів – полабских славян, чьи храмы имели галльские черты. Это слово прижилось и среди славян (валахи, волохи – устаревшее название молдован, польское название Италии – Włochy тому подобное). “Волошскую” версию галло-славянских контактов поддержали А.Трубачев, В.Мартынов, К.Тищенко и некоторые другие языковеды 1 2⁹.

 

Говоря о религиозных галло-славянские связи, стоит вспомнить и волхвов (и Велеса), чьи названия/имя логичнее связать с індоевропейською форме *wel- “видеть”, которая часто случается в індоевропейській жрецькій терминологии: от нее происходит название одной из жреческих категорий ранньосереднъовічної Ирландии (fili), имя влиятельной германской Веледи, что жила в I веке новой эры. Хотя название волхвов с галлами, скорее всего, напрямую не связана, существует типологическая сходство показаний письменных источников по жреческой организации галлов и славян, что также указывает на тесные контакты:

 

• «И без них [друидов] не было позволено царям ни делать что-нибудь, ни принимать какие-либо решения, так что в действительности они управляли, цари же, сидевшие на золотых тронах и роскошно пировали в больших дворцах, становились помощниками и исполнителями их воли» – писал Дион Хризостом о галльских друидов.

• «Король есть у них [руянів или ранив] в меньшем почете, чем жрец. Ведь тот пристально выясняет ответы [божества] и толкует то, что познает в гаданиях. Он от указаний гадания, а король и народ от его указаний зависят» — писал Гельмольд об жрецов западных славян.

• «У них [русов] есть знахари, они господствуют над их царем, будто хозяева, они приказывают им приносить в жертву создателю то, что пожелают из женщин, мужчин, табунов лошадей; если прикажут знахари, никто не могу предотвратить исполнение их приказа» – писал Ибн-Русте о древнерусских знахарей.

 

М.Козлов указывал на преобладание власти волхвов над светской властью на городищах-святилищах Звенигород, Ґовда, Богит. Именно Галиция является самым восточным территорией распространения многоголовых идолов в Европе (известные от Франции на западе до Дании на севере и Галичины на востоке и, вероятно, является галльским культурным наследием), а вид идолов, тип построения капищ, храмов, ритуалы, которые проводились на городищах-святилищах над Збручем в Галичине, на горе Шлєнжа в Силезии имеют аналогии в гальском культурном прошлом. В.Седов писал “…оказалось, что культовые сооружения северо-западной (венедської) части раннесредневековых славян ведут происхождение от храмового строительства галлов Средней Европы” (причем, структура городища-святилища руянської Аркони соответствовала структуре городищ-святилищ над Збручем). И хотя ареалы обитания балтийских славян и галлов не пересекались, можно предположить, что полаб’яни традиции культового строительства и религиозных ритуалов могли вынести с территории этногенеза славян (где происходили контакты с галлами или галлінізованими этносами), а на новых землях распространение древние традиции усилились вследствие контактов с субстратом 1 2 3⁴⁶⁷⁸⁹.

 

 

Карта современного распространения итальянской, германской, балкано-азиатской ветвей галльской гаплогруппы крови с Y-хромосомой – R1b (на основе данных eupedia.com). В целом около 5-20% мужского населения Волыни, Галичины, Закарпатья и Буковины являются потомками галлов.

 

 

Первые галльские этимологии праславянских слов была предложена А.Шахматовым: bojarinъ «боярин» (д.-ірл. boaire, «свободный владелец скота»); брага «брага» (ірл. brach, broich «солод»; валл. brag «солод»); *čekrižiti «чекрижити» (галл. ko — й kriga «предел»); drogi «дроги» (ірл. droch «колесо»); klеtъ «клеть» (галл. kleito-; ірл. cliath «плетеная ограда, решетка); košula «рубашка» (д.-ірл. cassal «верхняя одежда»); luda, luditъ «лудить» (галл. loudia; ірл. luaide «лудить»); leda «необработанная земля» (галл. landa «свободное пространство»); lеska «лещина» (галл. vleskd «прут»); оtъсъ «батъко, отец» (ірл. aithech «человек»); słŭga «слуга» (ірл. slog, slŭag «отряд, войско» – те, что служат); ѕкокъ «скакать» (галл. skak- «скакать»); ščitъ «щит» (галл. skeitos «щит»); tеsto «тесто» (галл. taisto «тесто»); tъlkъ «говор» (галл. tlukor «говорю»); valъ «вал, ограда» (галл. valo, ірл. fal «вал, стена») и другие.

 

Сейчас считается, что фонетическое сходство большинства упомянутых галльских и праславянских слов является случайным, а некоторые из них, на которые обратил внимание В.Шахматов, или принадлежащие к общей индоевропейской наследия, или попали в галльских и славянских языков независимым путем. Геннадий Казакевич отмечает, что вполне вероятно галльскими могут быть “клеть”, “вал”, “лето”, “слуга”. А.Трубачев приводил слова “конь“ и “корова”. В.Мартынов настаивал на гальском происхождении таких праславянских слов как bagno «топь, болото» (прагалл. *bogan «болото»), jama «яма» (д.-ірл. там «яма, пещера»), br’uxo «брухо, живот» (галл. *briuso, д.-ірл. brŭ «брюхо»), sadlo «сало» (прагалл. *sald-, ірл. saill, sall «сало, солонина»), tragъ «шаг» (ірл. traig «нога, ступня, шаг»), korsta «чесотка» (галл. *kars «кожаная болезнь») и sëta «скорбь» (прагалл. saitu «страдания, труд»).

 

Среди современных исследователей к теме возможных галльских заимствований в славянских языках обращались польские лингвисты П.Стальмашчик и К.Витчак. Их критериям отвечают такие праславянские слова как *krovь «кровля» (от галл. *kra(w)os), *ѕмгькъ «смерека» (от галл. *smrikos), *kъrnotrъ «наставник, крестный отец» (от галл. *komatros) и некоторые другие. В.Блажек выдвинул также гипотезу относительно возможного галльского происхождения славянских религиозных терминов и образов, как праславянское *rota «клятва» (от галл. ratet «гарантирует, обіцяе», д.-ірл. rath), образ и имя леґендарного чешского героя Пшемысла, а также теоніму *Dаžьbоgь (вероятно от галл. *dago-dеuо «добрый бог», д.-ірл. Дагда – оба считаются Першопредками). Также галльского происхождения праславянское *комопјь «лошадь» (оттуда древнее украинское «комонь» – от галл. *kammanios «лошадь для езды верхом»), чешская название кузнечного горна vyhen (галл. *vygnь). Олег Гуцуляк писал, что галльське или близкий происхождения могут иметь слова “господин” (от “фенії” – “дородний член общества”), “кум” (ірл. cum-e «одинаковый, такой же»), «князь-мал» (ірл. ceannasach «главный, основной»* + кімвр. mael, дв.-ірл. mal «князь, вождь», брет. mael, mell «молот, кий; священный молот»), «молодец» (moladh «похвала»), «игра» (эротическая игра – кімвр. gra «любовь»; брет. ebat, ebatou «веселье, озорство» > франц. ebats «развлечение»); “нести”, “стихи” (брет. gwerzeen «стихи»), “бояре” (“boaire” «владельцы стада крупного рогатого скота»), «пивоварня» (brach «брага, пиво»). Также галльскими является: cisean «корзина, карман», coimirce «защита» ~ «ячейка», plethu «плести», учение – «толк» (галл. tolc – «сила» > «сила сказанного слова, заклинания» > анг. talk «рассказ, сказка, объяснение, лекция»), а знающие люди – «толковые». Константин Тищенко считает, что среди галльских языков валлийский лексика сохраняет особенно прозрачные паралелізми со славянской (при том стоит заметить, что часть из тех слов общего индоевропейского происхождения): brawd – брат, tad – папа, nef – небо, iaith – язык, derwen – дерево, môr – море, mis – месяц, cryf – крепкий, bod – быть, berwi – варить, также слова «грязь», «плетень», «дом», «лудить», «пелена», «кант», «брага», «мука», «сало», «топор», «кобыла», «ад», «гуня», «лекарство», «врач»; галльське происхождение имеет название исторической области в пределах современных Украины и Польши – Галичина (летописное Galicia) 1 2⁴.

 

Кроме заимствования некоторых слов, произошло и частичное перенимание основ словообразования: на взгляд Тищенко, есть и славянско-галльские словотвірні аналогии: plant – plentyn “дети – ребенок”, pysgod – pysgodyn «рыба – рыба», ad-new-yddu – «од-нов-ить» и тому подобное. Типично галльский суффикс-ин означает уменьшение, дробление, уточнения. Если в славянских языках множество типично передается через добавление или изменение флексии: конь – кони, рука – руки, то в галльских языках множественное число (дробление) обозначается при помощи суффикса -ин: множество (сборное понятие) «люди» и единственное число «человек», общее «хлеб» и единственный «хлеб». Аналогично происходила и передача уменьшение или уточнение признака: сборное «наследство», но конкретное, уточненное «наследие», сборное «кожа» (от древнего слова, которое обозначало и кору, и кожу), а уточненное «скорина» (корка хлеба).

 

Насколько сильным было влияние галлов на формирование славянских языков (в частности, украинской), можно проследить с помощью выборки: насекомые – комашина, муравьи – муравьиная, птицы – птичья, верхом, вершина, высь – высота, горох – горошина, порох – порошина, лес – орешник (диалектное – «леска»), жар – головешка, цветок – квітина, тварь – животное, облако – облачко, зверь – зверь, русь (этнос) – русин, чудь (этнос) – чудин, волос – волосок, капуста – кочан капусты, дети – ребенок, скот – скотина, дич – дичь, кирпич – кирпич, уголь, угля – вуглина, капли – капля, ботва – бадилина, волны – минута, пыль – пилина, дол – долина, зерно – зернышко, терние терние – терновник, стерня – стернина, община – гражданин, село – крестьянин, горы – горец, бояре – боярин, лепка – лепнина, семя – семечко. Также: старейшина, шиповник, быль, плящина, родина, наследие, плоскость, трещина, ярина, скважина, царина, цямрина, скорина, чуприна, лысина, псина, скатерть, картина, куртина, часть, стол, платок, рутина, хижина, треть, щетина, сиротина, клетка, место, кладовка, вотчина, фляшчина, молодчина, смеречина, мужчина, величина, тычина, кончина, возвышенность, сорочина, растение, фотография, опухоль, стебель, былина, мель, щель, німина, дань, ткань, древность, равнина, единственное число, день, квашенина, полость, полонина, конина и т. п 2⁴.

 

Можно заключать, что в последние века до новой эры и в первые века новой эры между галлами и праслов’янами имели место различные контакты (торговля, браки), а поприщем встречи носителей галльских диалектов со славянами и другими этносами региона были ареалы латенізованих археологических культур на территории ориентировочно Галичины, Волыни, юга и востока Польши. Характер взаимодействия установить трудно, но она была довольно близка, если праславян называли галльским этнонимом венеды. В результате длительного сожительства славяне стали ассимилятор, в то же время усвоив, кроме технологий и обрядов, много галльской лексики (прежде всего пастушьей, бытовой, политико-военной, религиозной) и даже основ словообразования. Учитывая данные антропологии, генетики, археологии, истории, языкознания, можно сказать, что далекие прапрадеды части галичан имели галльське корни и говорили на диалектах или рудиментами галльских языков, которые оказали значительное влияние на праславянский язык. Не все современные славянские языки сохранили галлізми, и их количество может свидетельствовать о меньшей мере их родство между собой.

 

 

ИСТОЧНИКИ:

 

1 Олег Гуцуляк. Кельтский след в истории славян: попытка интерпретации

 

2 Г.Казакевич. Славяне и кельты: в поисках исторического контекста языковых контактов

 

3 Козлов М. Языческое мировоззрение восточных славян: структура, эволюция, трансформация. Монография / М.М.Козлов. – Севастополь: Издатель Кручинин Л.Ю., 2009. – 288 с.

 

⁴ Константин Тищенко. Кельтские языки

 

⁵ Т.М.Рудич. Антропологический материал черняховской культуры из раскопок И.Гереты

 

⁶ Борис Явор Искра. Звенигород: религиозно-административный центр над Збручем?

 

⁷ Борис Явор Искра. Збручанский культовый центр в Медоборах

 

⁸ Борис Явор Искра. Идол из-за Збруча

 

⁹ Борис Явор Искра. Исторический фон: этногенез на территории Галичины.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика