Новостная лента

Коллекционеры vs археологи

17.09.2015

Немало шума в научной среде археологов наделала выставка в польском Щецине украинского музея «Платар». Произошел просто скандал! Дело в том, что «Платар» — собственность Сергея Таруты и Сергея Платонова — привез на показ сборку артефактов от времен Трипольской культуры и Киевской Руси. А эти артефакты имеют сомнительное походення — найдены, вероятно, во время нелегальных раскопок памятников археологии или же приобретены из коллекций, созданных благодаря нелеґальному оборота археологических древностей. Научные общества археологов Украины и Польши выступили с публичными протестами — выставка собранных таким образом вещей противоречит европейским конвенциям и кодексам.

 

Экспозиция в Щецине

 

«Если бы кто-то похитил из Лувра «Мону Лизу», а потом решил ее выставить, то нужно ему это позволять? С аналогичной ситуацией мы имеем дело в Щецине», — так польская археологиня, профессор Магдалена Мончиньська, прокомментировала презентованную в Замке Поморских князей выставку «Украина-миру», цитирует ее 24kurier.pl. Издание напоминает, что такой же скандал вокруг сборника был и в 2008 году, когда ее экспонировали в Варшаве. И хотя выставок не сксовували, однако такие заявления являются достаточно серьезными в научных средах.

 

Официально в Украине запрещены частные коллекции археологических артефактов. Согласно ст. 18 Закона Украины «Об охране археологического наследия» право государственной собственности распространяется на все находки, полученные в результате археологических исследований. Нелегальные археологические раскопки, то есть все те, что не имеют соответствующих разрешительных документов, законом запрещены.

 

Несмотря на такое строгое формулировки, история с частным музеем «Платар» далеко не единична. Более того, это не первый случай «заплющування глаз» на вывоз украинских археологических сборников за границу на выставки. Едва ли не самым известным украинским коллекционером старины является президент Украины Виктор Ющенко, чья коллекция трипольских древностей экспонировалась не только в Украине, но и в Европе и США.

 

В то же время о движении незаконно добытых украинских артефактов черным рынком свидетельствуют не только выставки, которые организуют их владельцы за рубежом. За последние несколько лет было несколько громких скандалов с выявленными украинскими древностями на территории других стран и различных аукционах. Один из последних касался меча викинга, который в начале марта этого года обнаружили на эстонско-российской границе. Как выяснилось позже, почти тысячелетняя находка является очень ценной и происходит из нелегальных раскопок на территории Украины. За все время на территории нашей страны было найдено лишь семь подобных мечей. После детальных исследований и вмешательства украинского МИДА эстонцы вернули его Украине.

 

Возвращение меча викинга

 

Легализация нелегального

 

Частные археологические сборки в Украине существуют давно. Незаконный рынок артефактов измеряют приблизительно сотнями миллионов гривен ежегодно. Даже эксперты, с которыми говорил «Z», не берутся оценить, сколько незаконных артефактов оседают в Украине, а сколько их вывозят за границу. К примеру, только на сайте аукциона антиквариата Violity ежемесячно продают тысячи лотов.

 

Коллекционеры, говорят эсперты, собирают очень разные вещи: от классически монет и оружия до пряжек, шевронов, торговых пломб, стекла и изделий из кремня. Особый бум на коллекционирование археологических предметов был десять лет назад. Способствовало этому уже упомянутое увлечение стариной президента Виктора Ющенко. Вслед за ґарантом его захвата пытались разделять и чиновники низших рангов и артефакты становились привычными подарками. Один из львовских археологов в разговоре с «Z» вспоминает факт, когда правоохранители принесли ему на оценку чорнолакову античную амфору стоимостью несколько десятков тысяч долларов, которая должна была стать дорогим подарком генералу.

 

Вреґулювати странную ситуацию, когда в Украине существуют сотни или и тысячи частных сборников, которые официально нигде не числятся и ничем не реґулюються, якобы имеющие принятием изменений в действующее законодательство, а именно в законы «Об охране культурного наследия» и «О музейном деле». Однако не все так однозначно, и эксперты кардинально разошлись в своих взглядах, как именно стоит осуществлять леґалізацію сокровищ.

 

На самом деле это уже не первая попытка леґалізувати незаконные коллекции. Идею легализации частных археологических сборников активно обсуждали несколько раз. В 2011 году тогдашний президент Виктор Янукович лично подчеркивал необходимость леґалізації коллекций и внесение их в музейные реестры Украины.

 

Говорили на эту тему в Министерстве культуры Украины и недавно — когда его возглавлял Вячеслав Кириленко. Тогда создали рабочую группу, которая должна наработать изменения в законодательство. Однако дальше кабинетов министерства документ не пошел и на рассмотрение Верховной Рады Украины так и не попал. По информации источника «Z», прежде всего потому, что нуждался в серьезной доработке. Однако его разработчики больше видят в этом сопротивление коллекционеров и политиков.

 

Одним из разработчиков изменений является участник нескольких рабочих групп по изменению законодательства археолог Максим Левада. Он один из тех, кто разрабатывал законопроект, который зарегистрировали в Верховной Раде Украины в марте 2013 года, а внесли в повестку дня сессии в сентябре 2014 года. Его авторами отмечено народных депутатов Украины Вячеслава Кириленко, Мария Матиос, Олесь Доний и Богдана Бенюка.

 

«У нас есть Закон Украины «Об охране археологического наследия», где говорится, что все археологические памятники и предметы должны учитываться, независимо от формы собственности. Фактически мы признаем те якобы нелегальные собрания. Но дальше законы об этом ничего не говорят. Нам надо сохранить то, что осталось в земле. С другой стороны, на руках сотни тысяч предметов, поэтому мы должны думать о том, что их тоже надо сохранить и поощрять передавать их государству», — обосновывает необходимость изменений Максим Левада и добавляет, что они прежде всего должны устранить противоречия с действующими законами и защитить памятники археологии от хищения.

 

Со слов археолога, неразбериха в законах возникла, когда их начали менять. До 2000 года в Украине действовал еще советский закон, в котором отдельно выделяли тип памятников, который назывался «древние предметы». Тот, кто их собирал, должен был получить специальное разрешение.

 

«То есть их можно было собирать. Не могу точно сказать, кто именно получал разрешение от Министерства культуры, но такая возможность существовала. Точно регистрировались нумизматы. До них были специфические требования относительно золотых монет одного номинала их можно было иметь не больше, чем определенное количество. Иначе это был нелегальный оборот золота», — объясняет Максим Левада.

 

Металлоискатель — друг «черного археолога»

 

Уже в законе 2000 года эти нормы исчезли. В 2002 году в закон внесли правки, однако они, говорит Максима Левады, существенно ситуацию не улучшили. Ведь теперь речь идет о том, что в государственной собственности должны быть все «движимые предметы, связанные с памятниками археологии». Зато памятники — это лишь объекты, занесенные в реестр. На примере Львовщины: если в области есть тысячи объектов археологии, то статус памятника имеют только 488. Доказать, что конкретный движущийся предмет связан с определенной достопримечательностью из реестра, невозможно, уверяют археологи. Единственный вариант — поймать на горячем.

 

Продолжая тему законодательных коллизий: от 2000 до 2002 года вопросы частных коллекций вообще никак не реґламентувалось законодательством. Поэтому, отмечает Максим Левада, любой коллекционер, заявив, что получил свою коллекцию в этот промежуток времени, имеет на него право.

 

Без металлодетекторов и с учетом

 

Со слов Максима Левады, две основные моменты, которые должен реґламентувати новый закон, — это запрет нелегальных поисков и очень строгий контроль за оборотом артефактов в частных коллекциях.

 

«Законопроект прежде всего вводит лицензирование детекторов металла, которых у нас сотни тысяч. Пожалуй, ни в одной другой стране нет на руках столько металлодетекторов, как у нас. Мы предлагали ввести специальные лицензии, чтобы свободный поиск артефактов был невозможен. Если ты ходишь с детектором, должен иметь специальное разрешение на право проведения работ в этом месте, в это время и с конкретной целью. Если найдено что-то за пределами этой лицензии, является обязанность сообщить государству. Второе, что мы предлагали: чтобы в течение года все археологические предметы, что есть на руках, были заявлены в музее для предварительной государственной регистрации. Любой предмет, который появляется у коллекционеров после этого, должен проходить экспертизу. И только если подтвердят, что его нашли случайно, он будет принадлежать тому, кто нашел. В противном случае — государству. Еще один шаг в дальнейшем: налоговые изменения вроде тех норм, которые действуют во многих странах. Там удерживать археологические коллекции очень дорого, потому что владелец платит высокие налоги. Собственно поэтому там много владельцев не выдерживают налогового давления и передают коллекции государству», — объясняет Максим Левада.

 

Проект Закона о внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно противодействия нелегальным раскопкам и ограничения гражданского оборота археологических предметов №2616 от 22.03.2013 предусматривал:

● лицензирование использования детекторов металла и подобного поискового оборудования, которое исключало возможность применять эти приборы для свободного поиска;

● обязательное зачисление частных археологических предметов и коллекций, которые существуют на момент принятия закона, к негосударственной части Музейного фонда Украины;

● государственную археологическую экспертизу для каждого нового предмета, которой появится в обращении после истечения установленного законом срока государственной регистрации. Изъятие предмета в пользу государства в случае, если доказать случайность такой находки невозможно;

● введение налогообложения частных археологических коллекций как сдерживающего предохранителя спроса;

● приоритет государственных музейных учреждений в отношении купли зарегистрированных предметов.

 

Легализация коллекций может иметь позитивы и для официальной науки, убежден директор Научно-исследовательского центра «Спасительная археологическая служба» Института археологии НАН Украины Олег Осаульчук.

 

«Учитывая количество кладоискателей, которые есть в Украине, нам, археологам, надо как-то получать от них информацию. Позитив узаконивания частных коллекций в том, что это покажет, что реально есть у людей на руках. А те, кто покажут свои сборки, вероятно, дадут ученым информацию, где было выявлено вещь. Даже если таких людей будет мало, для археологов это ценно», — говорит археолог.

 

Ящик Пандоры

 

Впрочем Олег Осаульчук далеко не однозначно оценивает предстоящие изменения законодательства. По его словам, есть риск, что узаконивание фактически откроет ящик Пандоры и спровоцирует бум на такие коллекции.

 

«Это может быть шагом к леґалізації антикварного рынка, что увеличит стоимость артефактов и увеличит спрос на них. А это спровоцирует еще большее количество нелегальных коллекций. Беда со скарбошукачами в том, что они не дают никакой информации о том, где было выявлено вещь, условий выявления, стратиграфии. Это означает, что она теряет научную ценность. Она превращается в антикварный артефакт. Но вместе с тем очень много теряет и памятка. Приведу пример. Существует черняховское поселение, ограбили нелеґальними раскопками и выбрали весь металл. Через 50 лет приезжает экспедиция и за много сезонов раскопок не обнаруживает ни одного металлического предмета. Вывод: село было бедное, не знало металлургии и не вело торговли. То есть фактически искажается историческая информация», — комментирует Олег Осаульчук.

 

Монета княжеской эпохи на интернет-аукционе

 

Со слов заместителя генерального директора Национального музея искусств имени Богдана и Варвары Ханенко, куратора коллекции искусства Древнего мира Екатерины Чуєвої, приобретение археологических предметов в Украине сегодня, к сожалению, есть «спонсированием» грабежа археологических памятников.

 

«Не имеет значения, где это происходит — у нас или где-то в другой стране. Где уничтожается археологическое наследие, а следовательно, культурное наследие человечества. Это означает, что мы постоянно теряем уникальную информацию, ведь вещь сама по себе информативна лишь частично. Только исследуя археологическую достопримечательность мы можем понять не только то, откуда взялся конкретный предмет, но и каким было его значение в локальном и общем культурном контексте, какие еще смыслы он в себе несет. А во время грабительских раскопок все эти комплексы разрушаются — и в долгосрочной перспективе мы теряем значительно больше, чем храним. Популярные аргументы коллекционеров: «я приобрел предмет, чтобы его не продали за границу» или «иначе бы так и оставался в земле, и никто бы его не видел» и тому подобное — не более, чем самоуспокоение или сознательная манипуляция. Деньги, заплаченные за нелегально добытые предметы, является «инвестицией» в уничтожение культурного наследия и процветанию черного рынка. Единственный способ спасения археологических предметов — это полноценные археологические исследования. Это долго, это требует финансирования, это не нравится застройщикам, владельцам земли и другим заинтересованным лицам, но сейчас это единственный цивилизованный путь. Нам нужно выработать механизм, чтобы исключить возможность появления коллекций из нелегальных источников дальнейшем. Без выработки этого механизма на законодательном уровне позволить коллекционировать археологические предметы частным лицам, не вреґулювавши целый ряд сопутствующих вопросов, — сознательный приговор нашей наследии», — убеждена Екатерина Чуева.

 

«Все нормально есть в случаях, когда имеем дело с предметом, провенанс которого известен, как это бывает со старыми европейскими коллекциями, где произведения веками переходят от одного владельца к другому, и это зафиксировано в документах, а сам предмет продается через известный аукцион, который придерживается всех процедур, а не ввозится в страну без оформления таможенных документов. Зато львиная доля вещей в частных коллекциях украинцев — очевидно, это предметы, происхождение которых не определено и ничем не подтверждено, следовательно, они могут быть добыты нелегальным путем. Разве доказано, что вещи из коллекций типа «Платар» не были найдены на территории Украины или другой страны в результате грабительских раскопок? Подтверждением леґального происхождения для многих предметов может быть исключительно документация археологических исследований, но тогда возникает вопрос, как эти находки оказались в частных руках? Я сама как музейщик и член ІСОМ — Международного совета музеев — придерживаюсь положений Кодекса музейной этики и не имею дела с частными археологическими коллекциями».

 

пп. 2.2. Этического кодекса ICOM для музеев: «Никакой предмет или природный образец не должен быть приобретен, принят как подарок или взятый во временное пользование, полученное в наследство или в порядке обмена, если в музея, что принимает этот предмет, нет полной уверенности относительно законности права собственности на этот предмет»

 

В нынешней ситуации, говорит Екатерина Чуева, есть немало вопросов и к государственным органам, на которые народом Украины возложена обязанность защищать культурную, в том числе археологическую, наследство. Чиновники до сих пор не предложили действенного механизма, который бы позволил вреґулювати нынешнюю ситуацию.

 

«Ратифицированная Украиной Конвенция ЮНЕСКО о мерах, направленных на запрещение и предотвращение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности 1970 г. относит к результатам археологических раскопок также находки, полученные в результате нелегальных раскопок. При любых обстоятельствах исполнитель нелегальных раскопок не может приобрести права собственности на соответствующие археологические предметы, и передачи соответствующих находок из рук в руки не может служить достаточным основанием для леґалізації таких находок» — из открытого письма Союза археологов Украины.

 

«Думаю, следует говорить о том, чтобы предметы, которые не имеют понятного происхождения и находятся ныне в частных руках, были переданы государству и поставлены на учет. Бесплатно. Но этот вопрос, очевидно, даже никогда серьезно не обсуждали. Нередко должностные лица, которые должны были работать над решением проблемы, либо тесно общаются с коллекционерами, или сами коллекционируют. Поэтому мы имеем конфликт интересов и отсутствие политической воли.

Голоса специалистов пока мало, чтобы донести обществу, что коллекционирование не спасает археологию. Иногда лучше, чтобы предмет остался в земле, чем чтобы достопримечательность была разрушена, — ведь мы говорим об устойчивом развитии, а это означает, что мы обязаны сохранить наше наследие не только для нынешнего, но и для грядущих поколений. Также важно развивать государственные музеи, которые имеют адекватный потенциал для сохранения, исследования и обеспечения доступа общества к культурному наследию. Проблему можно и нужно решить, но простых решений, очевидно, здесь нет. Мы не можем сказать, что частные коллекции — это однозначно плохо. Проблема есть с методами, которыми формируются такие коллекции, с осознанием этой проблемы людьми, которые собирают сейчас археологические предметы, и с тем, как они будут распоряжаться наследством, которое принадлежит народу Украины. Все это должно быть вреґульоване», — резюмирует Екатерина Чуева.

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика