Новостная лента

Корейская бомба

30.03.2016

«С точки зрения Запада эта неуступчивость династии Ким в Пхеньяне кажется нерациональным, поскольку она изолирует страну от остального мира и увековечивает ее бедность. Но в контексте местных цивилизаций, конкретно корейского конфуцианства, Ким Чен Ын является скорее нормальным; не покоряться, не договариваться и не склонять голову – значит быть корейцем»

 

 

Политически корректно и, без сомнения, закономерно тревожиться северокорейскими ядерными испытаниями, тогда как арсенал атомного оружия, который есть в распоряжении США, России, Индии, Пакистана, Великобритании, Китая, Франции и Израиля, оставляет нас равнодушными. Почему арсенал Северной Кореи порождает этот страх, а остальных – нет? Это правда, что тот режим является дикторским, но Китай и Пакистан не являются настоящими демократиями. Китай имеет имперские амбиции и угрожает своим соседям. Россия также. Но никто не собирается отобрать у них ядерное оружие, и никого, кроме Северной Кореи, не наказывают и не бойкотируют за владение таким оружием. Диктатор Ким Чен Ын кажется нам особенно удивительным, и достойны большего доверия Владимир Путин или Си Цзиньпин? Мне кажется, что в этом конфликте, что его Дональд Трамп в данный момент обостряет своими выпадами и угрозами, мы ошибаемся относительно функции ядерного оружия и стратегии Пхеньяна.

 

Напомним, что ядерное оружие, которое после 1945 г. не использовали ни разу, кажется наступательной, но на самом деле, если исходить из опыта, она является оборонительной. Очень возможно, что владение им гарантирует то, что на определенную территорию никогда не нападут, потому что санкции против захватчика будут хуже, чем выгоды от завоевания. Поэтому ядерное оружие служит в основном для поддержания status quo; в крайнем случае она становится основной гарантией выживания для таких стран, как Израиль и Пакистан, поскольку не позволяет большим соседям их поглотить. В отношениях слабого и сильного (Израиль против арабского мира, Пакистан против Индии) владение ядерным оружием защищает слабого, какой бы не была симпатия или антипатия, что их можно чувствовать относительно тех или иных. Для режимов под угрозой, как иранская аятолократія против суннитов и американцев или Северная Корея против Южной Кореи, ядерный выбор, похоже, является единственной, хоть немного действенной, опцией, чтобы выжить. Поэтому я думаю, что единственная причина, почему руководители Северной Кореи, бедной страны, столько инвестируют в ядерное вооружение, – это желание продлить на неограниченный срок свою диктатуру. И ничего больше. Для руководящей касты Пхеньяна, сформированной прежде всего из военных офицеров и их гражданской прислуги, режим является неиссякаемым источником доходов, власти и денег – благодаря рабскому положению народа и сомнительном оборота оружия, фальшивых денег и разнообразных наркотиков.

 

Сбросить эту руководящую касту почти невозможно – как раз потому, что она имеет этот ядерный выбор. Итак, мы не видим, как американское давление и угрозы могли бы заставить руководителей Пхеньяна отказаться от него, потому что для них это было бы самоубийством. Поэтому когда Рекс Тиллерсон, государственный секретарь Дональда Трампа, грозит Северной Корее военной интервенцией, как он это недавно сделал во время своего первого визита в Сеул, он демонстрирует полное незнание темы или попросту делает из себя паяца, чтобы понравиться Трампу. Это ожидаемое разоружения Северной Кореи, которого пытаются добиться уже 30 лет, является отнюдь невозможным, потому что руководящая каста Пхеньяна имеет спокойную совесть, поскольку уверена, что она представляет відвічну корейскую цивилизацию, которой на протяжении веков пренебрегали китайцы и японцы. И я имел возможность слышать этот дискурс in situ. Пхеньян считает, что южнокорейское общество уже не является корейским, и думает, что оно культурно колонізоване американцами. Кроме того, в Сеуле есть многочисленные интеллектуалы, которые думают так же и для них настоящая Корея, хотя диктаторская и бедная, находится на севере. Нет сомнения, что следующий южнокорейский президент, которого изберут 9 мая, не начнет войну, хотя бы словесную, против Пхеньяна, потому что он будет принадлежать к левым и будет считать, что северные корейцы являются братьями по расе, с которыми надо договариваться. Следовательно администрация Трампа будет занимать противоположную позицию к позиции своих южнокорейских союзников.

 

С точки зрения Запада эта неуступчивость династии Ким в Пхеньяне кажется нерациональным, поскольку она изолирует страну от остального мира и увековечивает ее бедность. Но в контексте местных цивилизаций, конкретно корейского конфуцианства, Ким Чен Ын является скорее нормальным; не покоряться, не договариваться и не склонять голову – значит быть корейцем. Культурное напоминание: корейское конфуцианство, которое прославляет вечный порядок мира, безоговорочное уважение к естественным иерархиям и неприятие критики, уже несколько веков является самым неуступчивым в Азии и одновременно является и философией и теологией. Ким Чен Ына в Пхеньяне считают божеством и так его и почитают, потому что его фигура является константой в корейской истории. Очевидно, что администрации Трампа все это является непонятным, так как является слишком сложным, и это очень беспокоит.

 

Guy Sorman
La bomba coreana
ABC, 27.03.2017
Зреферувала Галина Грабовская

   

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика