Новостная лента

Кража на почте и заразные цветы из катафалков

19.12.2015

 

Станиславов 110 лет назад глазами газеты Kurjer Stanisławowski.

 

 

 

 

Продолжение сериала. Предыдущая серия – «Ужасные дороги и респектабельные суды».

 

 

Через таинственное исчезновение в Станиславове (ныне Ивано-Франковск) с почтовой диліжансу более 50 тысяч крон полиция арестовала двух извозчиков, которые занимались инкассацией почтовых пакетов из главного бюро императорско-королевской почты до почтового отделения на железнодорожном дверцы.

 

 

«12 декабря между шестой и седьмой часами вечера во время перевозки денежных посылок из главного почтового управления на улице Липовой [ныне – улица Шевченко. – Z] через филиал на улице Газовой [ныне – улица Днестровская. – Z] до почтового отделения на железнодорожном дворцы, исчез из ящика, помещенной под козлами почтовой диліжансу, опломбированный мешок с 28 денежными переводами на общую сумму 54 тысячи 612 крон 13 сотиків», — сообщала сенсационную новость в номере от 16 декабря 1906 года местная газета Kurjer Stanisławowski.

 

 

Обстоятельства пропажи чрезвычайно большой на то время суммы (на станиславівському ярмарке рабочего коня тогда можно было купить за 150-200 крон, то есть похищенного хватило бы на целый табун) были загадочными, ведь у денег постоянно находились какие-то работники почты. Первое, пакет с деньгами выдал на главной почте ассистент Петецький, его получил в руки извозчик Дмитрий Яроновський и в присутствии еще одного извозчика, какого Остапчука, вложил в ящик в дилижансе, расположенную под местом извозчика, тщательно заперев ее специальным почтовым ключом. После того Остапчук отправился на улицу Газовую, чтобы забрать посылки еще из тамошнего отделения.

 

 

Теперь трудно сказать, насколько большой отрезок пути через город пришлось проехать на этом почтовом транспорта, поскольку точной локализации тогдашних почтовых отделений в Станиславове нет. Известно, что древнейшая городская почта (а эту службу здесь ввели еще в 1830 году) находилась на месте современного здания на улице Независимости, 10. Но тот дом сгорел во время печально известной «мармулядової» пожара 1868 года, после чего почтовики снимали помещения в разных частных домах. Какое-то время почта ютилась вместе с телеграфом и телефонной станцией в каменицы Адольфа Быка на улицы Смольки (теперь – вул. Бачинского, 4).

 

 

Только в 1909 году почтальоны получили отдельную просторную здание: трехэтажное каменное здание построили на средства газетного магната Станислава Хованця по проекту известного архитектора Томаша Кудельського. Этот дом сохранился по сей день, хотя и несколько потерял в декоре: с аттику перед цибулястим куполом исчезла скульптурная группа из двух человеческих фигур, которые держат земной шар – такая себе аллегория почтовой службы. В 1938 году городская почта снова переехала в новое, специально построенное помещение, в котором находится до сих пор.

 

Улица Липовая

 

 

Итак, 12 декабря откуда-то с улицы Липовой, которая вела от городского парка до центра города, почтовый дилижанс, на козлах которого сидел извозчик Остапчук, отправился в почтовое отделение на улице Газовой (примерно в окрестностях нынешнего Центрального рынка).

 

«В 6.30 бричка подъехала к этому филиалу, Остапчук вызвался в отделение, после чего извозчик с филиала Ян Бабников в сопровождении работницы почты барышни Якубше вышел с ключом к транспорту, отпер ящик и вложил туда еще три мешочка с деньгами и один – с листьями, после чего ящик было замкнуто», — подробно описывал Kurjer Stanisławowski процедуру почтового отправления.

 

В то же время в этом же почтовом отделении паковали обычные посылки на двухколесную карболку, и пять или шесть пакетов не смогли туда поместиться. Упомянутый Остапчук позвал Бабіїва, который имел ключ от ящика в дилижансе, тот отпер ее и остальных посылок положили туда, после чего ключ отнесли в канцелярию. Обе брички улицей Заболотівською (теперь – Василианок) поехали до железнодорожного вокзала. Свой дилижанс Остапчук остановил возле боковых дверей почтовой канцелярии, взял ключ, висевший на стене, начал вынимать пакеты и заметил пропажу одного из мешков – именно того, в котором были деньги, переданные с главной почты.

 

«На шум, поднятый Остапчуком, вышел почтовый официал [охранник. – Z] господин Лінденбаум, но не смог ничего сделать, как только констатировать отсутствие инкассаторского мешка. Вместо этого было начато расследование, которым занялся следователь Иваницкий, который в четверг ночью приказал взять под стражу Остапчука и Бабіїва», — сообщала газета.

 

На следующий день после кражи в Станиславов для проведения следствия приехали со Львова старший почтовый комиссар Турнелле, агент полиции Гунсберґ и старший комиссар Лисаковский. Но выйти на след пропажи не удалось. «Похищен мешочек с деньгами, был такой небольшой, что легко мог быть спрятанным под плащом», — отметил Kurjer Stanisławowski.

 

Пока почтальоны были хлопоты из-за исчезновения большой суммы денег, польская община Станиславова занималась завершением строительства еще одного костела, который должен появиться на улице Ґіллера (теперь – улица Гординского). Для этого было решено создать специальное общество и комитет.

 

Улица Ґіллера

 

 

«На прошлой неделе состоялось собрание жителей этого участка города в деле завершения строения и содержания костела при улице Ґіллера, на которых, между прочим, было решено создать «Общество строения римско-католического костела Пресвятой Девы Марии Неустанной Помощи» и выбран комитет, в который вошли председатель Леопольд Зайдлер, его заместитель Станислав Броніковський, секретарь Александр Кокуревич, заместитель секретаря Станислав Стеслович, казначей Теофиль Квятковский. Настоятелем храма архиепископ Білчевський назначил ксендза-каноника Айзельта, который уже принял управление в храме»,- сообщал Kurjer Stanisławowski.

 

 

Строительство этого костела, который был единственным в Станиславове храмом без колокольни и, скорее, напоминал большую часовню в неоготическом стиле, началось еще в 1904 году, и на то время осталось только выполнить отделочные работы. В народе этот костел называли коротко – «Аве Мария» (такая надпись была над его входной дверью). Бетонные работы на этом сооружении выполняла фирма Доминика Серафіні. Автором внешнего оформления фасада был местный архитектор Феліціян Боян, известный также проектированием сооружения греко-католической семинарии, расположенной на соседней улице Липовой, и костела святого Иосифа в участке Майзлі (теперь – улица Независимости, 185). Примечательно, что все три сооружения, спроектированные Бояном, теперь снова используют для церковных нужд: в бывшей семинарии разместилась католическая школа, в костеле Иосифа отправляют богослужение евангелисты-пятидесятники, а в храме «Аве Мария» собираются ивано-франковские баптисты.

   

 

В первые же годы после сооружения костел Наисвятейшей Девы Марии Неустанной Помощи предназначался прежде всего для потребностей польских школьников и гимназистов. В частности, сюда на службы приходили ученики из расположенной рядом школы имени Теофила Чацкого (теперь – дом на улице Шевченко, 32) и ученицы женской семилетки имени Королевы Софии (теперь – здание на улице Гординского, 10). На богослужениях девушки занимали правую сторону храма, ребята держались слева. Небольшой храм обходился без традиционного органа, духовные песни сопровождались игрой на фисгармонии. Главным же украшением храма был передан из Рима чудотворный образ Матери Божьей Неустанной Помощи, который еще в XVI веке освятил Папа Пий V. После Второй мировой войны, когда «освободители» превратили помещение костела на спортзал, икону и большинство церковного инвентаря удалось вывезти в Польшу, сейчас этот образ находится в костеле городка Поляніце-Здруй.

 

 

Понятное дело, что, несмотря на строительство новых храмов, далеко не все тогдашние станиславівські школьники и гимназисты (впрочем, как и нынешние) были слишком набожными и послушными. Время местная молодежь прибегала к очень жестоких выходок, одну из которых описал Kurjer Stanisławowski со ссылкой на львовское издание Wiek Nowy.

 

«Несколько дней назад встретил профессора гимназии П. очень досадный случай. В времени, когда он шел вечером домой, увидел нескольких подростков в гимназических мундирах, которые пошли за ним следом и сквернословила на него словами вроде «мішігін» и тому подобное. Когда словесных оскорблений показалось мало, они окружили бедного профессора и громко с него кпили», — описывала газета издевательство над неназванным профессором, который за чрезмерный труд находился в достаточно болезненном состоянии.

 

 

Спас своего коллегу от такой напасти другой профессор гимназии, который вовремя подоспел на ту авантюру и разогнал хулиганов. Как впоследствии было установлено, до нападения на учителя были причастны местные гимназисты, очевидно, еврейского происхождения, поскольку газета называет их «сионистами». О них дирекция гимназии начала следствие.

 

Кстати, мультикультурный в те времена Станиславов, в котором жили поляки, евреи, украинцы, немецкие колонисты и потомки армян, не всегда отличался толерантностью в межнациональных отношениях. На попытки приуменьшить значение своей общины в городе или, упаси Боже, на проявления неуважения особенно остро реагировали поляки. Об этом свидетельствует хотя бы публикация в том же номере газеты, где речь идет о недоразумении с языкового вопроса в государственном учреждении.

 

Случай произошел в экспедиционном бюро Дирекции железных дорог, куда один из корреспондентов газеты обратился для решения каких-то своих дел. Австрийский чиновник, который там работал, в ответ на обращение к нему на польском языке, заявил, что не понимает, о чем идет речь, и попросил говорить по-немецки.

 

 

«Такое позорное пренебрежение польской общины в польской стране мы не должны терпеть. Или служба господина Лайнкауфа [руководителя экспедиционной службы Дирекции железных дорог. – Z] будет уметь разговаривать на польском языке с посетителями-поляками, или не будет иметь клиентов среди поляков», — пригрозил в заметке Kurjer Stanisławowski.

 

Тем временем с приближением рождественских и новогодних праздников в Станиславове появились новые проблемы. Оказывается, местные садоводы, которые выращивали цветы в вазонах, предоставляли их в аренду для украшения залов, в которых проходили различные торжества – как праздничные, так и траурные.

 

 

«Мы неоднократно обнаруживали, что цветы, которыми вчера украшали катафалк умершего, часто по причине заразной болезни, на второй день выставляют для декорирования сцены и залов в городском казино, в помещении «Соколов» в театре имени Монюшко. Разве это полезно для здоровья?» — возмущалась такими фактами газета, намовляючи санитарную службу пристальнее присматриваться к такой деятельности садоводов.

 

А еще накануне праздников жителей города беспокоила дороговизна продуктов. В Станиславове уже смирились с тем, что мясо здесь было едва ли не самым дорогим во всей Галичине, но старались хотя бы не допустить подорожания рыбы во время Рождественского поста.

 

 

«Поскольку мясо сейчас очень дорогое, хотелось бы, чтобы маґістрат спас нас от высоких цен на рыбу, которую жители будут покупать на Рождество. Лучшим средством для снижения цен есть приглашение на рынок (под контролем) … приезжих торговцев и выделения им хороших конкурентных мест», — посоветовал городской власти Kurjer Stanisławowski.

 

 

Зато в городском парке уже начались зимние развлечения. Предприниматель Лучинский оборудовал каток и приглашал жителей и гостей города развлечься на свежем воздухе. Вход был платным: в будни с взрослых брали 30 сотиків, а из учеников – 20. В выходные и праздничные дни плата за вступление росла на 10 сотиків.

 

 

Дальше будет.

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика