Новостная лента

Кто ближе был к Нобелю?

15.10.2015

Семеро ученых на этой неделе получили самую престижную научную награду. Но в истории были и те, кого номинировали множество раз, но так и не дождались вожделенного звонка из Стокгольма.

 

Французский биолог Гастон Рамон (1886-1963), которого выдвигали на Нобелевскую премию аж 155 раз, является рекордсменом среди ученых, которые ее так и не дождались.

 

Нобелевский комитет хранит перечень кандидатур в тайне в течение 50 лет, но публикует данные о древних номинации. Журнал Nature проанализировал архивы комитета и составил список ученых, которых выдвигали на награду наибольшее количество раз, но ее так и дождались. «Победителем» стал французский биолог и ветеринар Гастон Рамон, который с 1930 по 1953 гг. имел аж 155 отдельных номинаций в области физиологии и медицины, но каждый раз жюри решало наградить кого-то другого.

 

В 1920-х Рамон создал вакцину против дифтерии, которая в те времена была одной из основных причин смертности среди людей. Он разработал метод дезактивации дифтерийного токсина формальдегидом, который можно вводить в организм для получения иммунного ответа. Метод Рамона, который с небольшими изменениями используют до сих пор, начал массовую вакцинацию против дифтерии.

 

Второй в списке рекордсменов по количеству номинаций на Нобеля – другой исследователь дифтерии, ассистент Луи Пастера Эмиль Ру, которого с 1901 по 1932 г. выдвигали 115 раз. В конце XIX века. Ру открыл дифтерийный бактериальный токсинспільно с Александром Єрсеном (чье имя фигурирует в названии палочки-возбудителя бубонной чумы Yersinia).

 

Рамон и Ру могли проигрывать, видимо, из-за того, что несколько Нобелевских премий уже присуждена ученым за открытия в области иммунологии и инфекционных болезней, – объясняет Эрлинг Норбі, ученый и исследователь нобелевских архивов, постоянный секретарь Шведской королевской академии наук с 1997 до 2003. Так, в 1901 г. первого в истории Нобеля по физиологии и медицине получил Эмиль фон Беринг как раз за исследования дифтерийных токсинов.

 

Но во многих случаях фактором, который помешал многим заслуженным ученым получить награду, стали внутренние предубеждения Нобелевского комитета, – считает историк науки из Университета Осло Роберт Марк Фридман. Например, в области физики в первые годы существования премии в Нобелевском комитете преобладали шведские експерименталісти, которые меньше обращали внимания на теорию. Это объясняет то, почему так и не дождались премии несколько влиятельных теоретиков, например Анри Пуанкаре (51 выдвижения между 1904 и 1912 гг.), хотя их доработок получил широкое признание в научном сообществе. Самым влиятельным химиком, который не был награжден, стал британец Кристофер Келк Інгольд, которого с 1940 до 1965 гг. выдвигали 68 раз. Как и в случае с Пуанкаре, теоретические статьи Інгольда о механизмах химических реакций не импонировали Нобелевскому комитету во времена превалирования эксперементальных методов исследований.

 

Кроме того, комитет оказывал предпочтение кандидатам с большей международной поддержкой. Это может объяснять то, почему награда обошла французского хирурга Рене Лериш, которого с 1930 до 1953 года. выдвигали 79 раз в основном его французские коллеги, а также немецкого хирурга Фердинанда Зауэрбруха, который с 1914 по 1951 г. номинировался 56 раз, но также преимущественно немцами.

 

Много ученых не получили награды за то, что Нобелевский комитет признал доработок других важнее и влиятельнее. Но были случаи, когда процесс определения лауреатов все-таки трудно назвать вполне справедливым. По мнению историка из Дюссельдорфского университета им. Генриха Гейне Нильса Гансона, так было с американским хирургом Харви Кушингу, которого называют отцом современной нейрохирургии. С 1917 до 1939 г. его номинировали 38 раз, но, по мнению Гансона, из пожелтевших архивов Нобелевского комитета следует то, что комитет так и не смог адекватно понять и оценить значение его передовой работы.

 

«Для того, чтобы сделать любое открытие, достойное Нобелевской премии, на самом деле нужен целый калейдоскоп научной деятельности, в котором лавры достаются единицам. Поэтому нет оснований считать, что нобелевские лауреаты – это какая-то особая каста “лучших”, которая отличается от тех ученых, которые премию никогда не получали», — утверждает Н. Гансон.

 

Declan Butler

Close but no Nobel: the scientists who never won

Nature, 11/10/2016

Отреферировал Евгений Ланюк

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика