Новостная лента

Левые – правые: устаревшее различия

18.11.2015

Вероятно, нам нужно принять новую форму понимания политики, делая различения между сторонниками открытого общества с одной стороны (политика Хиллари Клинтон, которая является демократом) и адептами закрытого общества, что поддерживают Дональда Трампа, который якобы связан с Республиканской партией

 

 

Следя за выборами в США, трудно применять различия между левыми и правыми как сетку для чтения. Разделение по типу европейского на либералов и социалистов уже не работает, поскольку социализм не представлен в США и все – или почти все – кандидаты поддерживают более или менее регулируемый капитализм. Вероятно, нам нужно принять новую форму понимания политики, делая различения между сторонниками открытого общества с одной стороны (политика Хиллари Клинтон, которая является демократом) и адептами закрытого общества, что поддерживают Дональда Трампа, который якобы связан с Республиканской партией.

 

Думаю, две эти концепции позволяют несколько прояснить позиции одного и другого. Трамп, который из-за нехватки знаний не лишен последовательности, настроенный против иммиграции, против неамериканских религий (ислам), против не белых (мексиканцы), против импорта (особенно китайского) и против обязательств американской армии за пределами страны. Его видение общества является почти племенным. Он является сторонником централизованной и сильной державы, которая принимает все решения, не слишком консультируясь ни с оппозицией, ни с гражданским обществом. Поэтому не удивительно, что Трамп уже проявляет симпатию к диктаторам, разделяющими его националистические, автаркічні и етатичні идеи, начиная от Путина.

 

Этому может противостоять – пункт за пунктом – программа Хиллари Клинтон, открыта к культурной, религиозной и разнообразия нации, достаточно благосклонна к международных обменов и военной и политической активности. Она также намерена вести переговоры со своими политическими противниками, которых не объявляет врагами; впрочем, это не означает, что она является классическим либералом, поскольку склоняется к інтервенціоністської и регулирующей государства.

 

Оба кандидата иллюстрируют переклассификации политических правил, каждый из них принял что-то от левых, а то от правых, то от республиканской традиции и что-то от демократической традиции, не вполне совпадая с партиями, в которых один и другая себя причисляют. Трамп порывает с симпатией традиционных республиканцев – от Рейгана до Джеба Буша – к тому, что касается иммиграции, международной торговли и международной пропаганды демократии. Клинтон порывает также – но в менее впечатляющей форме, чем ее оппонент, – с осмотрительностью демократов (особенно Обамы) относительно использования силы для решения международных конфликтов.

 

Мне могут возразить, что эта переклассификация между открытым обществом и закрытым обществом является случайным инцидентом, характерным только для США, следствием екстраваґантного характера Трампа. Это толкование имеет право на жизнь, но не является убедительным; в этих выборах мы также можем увидеть такой себе разновидность лаборатории будущего, которая может оказаться полезной для Европы. Так недавний британский референдум о выходе из ЕС противопоставил друг другу не консервативную правую руку и лейбористскую левые, а сторонников открытости и тех, кто вступал за закрытость. Мы в Испании спрашиваем себя, вторая подряд фраґентація парламента не обусловлена старомодной системой партий, которые уже не отражают новое разделение между открытым или закрытым. Маріо Варґас Льйоса, и не только он, советовал для Испании правительство коалиции между «открытыми» сторонниками Европы и «закрытыми» защитниками трибалізму. То же самое происходит во Франции, где те, кто выступает за открытость или закрытость, разбросанные между архаичными партиями, полученными в наследство от революционного прошлого, что ему мы обязаны терминами «правые» (сторонники короля в 1792 г.) и «левые» (сторонники республики), но которые уже не отражают современные ставки и настроения.

 

На самом деле кандидаты на президентских или парламентских выборах несут перед собой лозунги старых партий только через практические и оппортунистские причины: эти партии продолжают контролировать организации и ресурсы, которые необходимы, чтобы быть кандидатом. Избиратели? Они уже не ориентируются, а результаты не позволяют формировать последовательные правительства: мы уже убедились в этом в Большой Британии, а также в Испании и Франции.

 

Как выйти из этого гризайлю и восстановить четкий выбор в демократии? Можно создать новые партии: в Испании – это закрытая партия «Мы можем» [Podemos] и открытая партия «Граждане» [Ciudadanos]. Во Франции такой есть соблазн Эммануэля Макрона – ни правые, ни левые, но открытость. В США Трамп покончил с Республиканской партией, которая обязательно должна возродиться в другой форме, сделав выбор между открытостью и закрытостью. Почти во всей Европе названия партий не совпадают с выбором между открытостью или закрытостью; искажение является всеобщим.

 

Мы дадим один совет, который, возможно, поможет восстановить в Европе неразрывность между партиями и убеждениями: воспользоваться следующими выборами в Европейский парламент, чтобы списки кандидатов классифицировались согласно этой шкале: от открытости к закрытости. Этот пример, проданный сверху, мог бы распространиться между странами-членами ЕС. В конце концов мы к этому придем. Если нам это не удастся, демократия уже не будет жизнеспособной.

 

Guy Sorman
Izquierda-derecha, una distinción obsoleta
ABC 08.08.2016
Зреферувала Галина Грабовская

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика