Новостная лента

«Львов свободнее, чем Прага»

13.10.2015

Во Львовском Музее этнографии и художественного промысла завершилась выставка фотографий чешского поэта и фотографа Игоря Малієвського «Знаки Львова». Он готовил ее два года, не раз наведываясь к нашего города. Художник в разговоре с Z поделился впечатлениями от Львова, львовян и рассказал про свой личный «львовский период».

 

 

— Вы уже не впервые во Львове, а год назад даже приезжали сюда с литературными чтениями. Расскажите, что на этот раз привело Вас в наш город?

 

— В этот раз для меня заканчивается определенный львовский период, который начался более двух лет назад. В то время во Львове был мой друг, у него здесь открывалась выставка, и он пригласил меня приехать. Не знать почему, я приехал. И неожиданно я почувствовал себя здесь очень хорошо. Я не понимал, почему мне здесь так хорошо. В первый день по приезде я написал свои первые стихи о Львов. И я решил сделать фотографии этого города. Это не первый город, который я фотографировал, ведь я часто работал в разных городах. Но я почувствовал какой-то внутренний связь, совсем мне не известный, который я могу открывать, делая фотографии. В первый же день, когда я это увидел… Я говорю «это», потому что трудно сказать, что это такое. Я просто решил, что моим следующим городом должен быть Львов. Потом удалось приехать на Книжный форум, потом я приезжал во время Месяца авторских чтений, несколько раз я приезжал сам по себе, только писал и занимался фотографией. В этот раз я приехал во Львов, чтобы просто показать свою работу, итог этого периода.

 

Львов – это сказочный город, все мы его знаем. И никто никогда там не был. Был там уже давно, возможно, тогда это был другой город, потому что на одном месте их сразу несколько, они открываются постепенно, если неосторожно отдернуть рубашку фасада – из-за нее выныривают польские или еврейские, а порой немецкие или русские надписи. Львов – это город, который не знают даже те, кто в нем живет, и это хорошо, потому что только осознав, кто мы есть, начинаем играть самих себя и необратимо терять. Поэтому все психотерапевты и гиды туристических агентств всегда будут только хорошо информированными могильниками, патологоанатомами, которые изучают отдельные клетки красивой девушки, независимо от того, является той девушкой наша душа или душа города, в котором мы оказались. Львов – это красивая девушка, которая сама о себе этого не знает и которая имеет другие заботы, чем прихорашиваться. Это девушка, о которой мужчины в Чехии мечтают время от времени, но которую уже не могут найти, девушка жизнь, девушка, которая радуется тому, что живет.

 

Из книги «Знаки Львова»

 

 

Это книга, которая напечатана на чешском, английском и украинском языках. Она проиллюстрирована большим количеством фотографий, я их снимал в классической технике на пленку и распечатывал эти фото в темной комнате. Я привез свою выставку и презентовал свою книгу. Она наверное слишком дорога для украинских читателей, но радуюсь, что она теперь в мировой дистрибуции. Поэтому фотографии Львова увидят люди в Соединенных Штатах и других странах. Мне уже писали и друзья и даже незнакомые мне люди, что эта выставка и эта книга побудивших их приехать во Львов. Первое ее открытие состоялось в Праге. Но во Львове это было, пожалуй, самое важное открытие, потому что всегда немножко опасно открывать город для людей, которые в нем живут от рождения, а я же иностранец. Поэтому я немного волновался, как это будет воспринято. Сегодня пригласил много друзей, чтобы они увидели Львов, увидели мою выставку. Много моих друзей являются художниками, музыкантами, писателями. Собравшись ехать во Львов, мы просто решили, что покажем что-нибудь из того, что мы делаем. Потому что Львов очень открытый для художников из других стран, даже есть переводчики, которые бесплатно все для нас делают, и люди, которые подготовили вечер, и мы им за это очень благодарны.

 

 

— Когда-то и Чехия, и наш регион — Львов, Галичина — принадлежали к одной империи. Чувствуется еще эта культурная матрица, общая для Львова и чешских городов? Или, на Ваш взгляд, за сто лет эта матрица исчезла и мы разошлись в разные стороны настолько, что это уже не чувствуется?

 

— Очень чувствуется. Этим летом я отдыхал в Одессе. Это также интересный город. Я также задумал его фотографировать. Но для меня это более иностранное город, чем Львов. Разница между ними есть, а для меня интересна вся Украина. Конечно, я был в Киеве, всего несколько дней, и хочу туда вернуться, но Львов очень похож на Прагу. Я думаю, Львов, Краков, Прага и Лиссабон — это города, которые имеют какую-то небольшую тайну. В них есть много похожего. Трудно сказать чего именно, возможно, из фотографий это видно лучше, чем из интервью, потому что словами это выразить трудно. Львов очень напомнил мне Прагу 90-х годов, когда мы уже освободились от социализма, но еще не совсем принадлежали к западной системы. Сегодняшняя Прага очень самонаціоналізована. В центре практически не живут люди, и культура более связана. Здесь на улице выступают уличные музыканты, а в Праге это запрещено. Поэтому мне кажется, что Львов более свободен, чем Прага. Возможно, в будущем это изменится, возможно, для многих людей все изменится к лучшему, но возможно, будет потеряно какую-то поэзию. Я очень рад, что был во Львове в это время и застал эту поэзию.

 

Улица генерала Тарнавского

 

— Вы рассказывали, что с Вами приехали друзья посмотреть Вашу выставку, и их интересует Львов сам по себе. А вообще чешскую публику интересует Украина, украинская культура и литература? Много заинтересованных Украиной в Чехии?

 

— Надо сказать, что несколько лет назад этой заинтересованности не было. Для обычной публики Украина была тем самым, что и Советский Союз, то есть некая страна, очень похожа на Россию. После агрессии России против Украины все изменилось. Люди знают, что это другая страна, они начали интересоваться украинским языком, украинскими писателями. Сейчас такие имена, как Андрухович, Винничук, очень известные в нашей стране, люди, которые читают книги, уже знают эти имена, а может, и много других. Этому очень содействовало Месяц авторских чтений, благодаря которому много писателей из Украины и других стран могут приезжать в Чешскую Республику.

 

— Я знаю, что Вы приглашаете к Чехии украинских писателей. Я думаю, Вы заинтересованы Украиной за то, что у Вас украинские корни?

 

— Возможно. Но я не могу сказать, что этот интерес является вполне генетическим. Это корни очень далекое. Украинцем был мой дедушка с папиной стороны, я его никогда не видел, он умер еще до того, как я родился. И прабабушка с папиной стороны имела какое-то русские корни. Я очень хорошо чувствую себя в славянских странах, я даже хорошо чувствую себя в России. Но сейчас там такая политическая ситуация, что это просто денервує интеллектуалов. Поэтому возможно, я поеду в Москву с этой выставкой. Мне очень интересно, как ее воспримет российская публика, но она будет также интересна для украинцев, которые проживают в Москве.

 

Площадь Вичевая

 

— Есть ли в Чехии украинская диаспора и активна ли она?

 

— Украинская диаспора не очень активная в культурном плане. Я думаю, очень многие украинцы приезжают в Чехию просто работать, поэтому у них нет времени, они не живут там, чтобы стать украинскими чехами. Они там живут, чтобы заработать и вернуться назад в Украину. Я знаю, что украинцы приходили на мою выставку в Праге. Я с ними разговаривал и знаю, что проходят различные акции, концерты, но их организовывает небольшой круг людей.

 

— Я знаю, что Вы организовывали акцию в поддержку Украины против российской агрессии «Уволили Ілловайськ, освободим Карловы Вары». Было такое?

 

— Это были только открытки и самолетики во время фестиваля в Карловых Варах. Туда ежегодно приезжает русская диаспора. То был наш небольшой шутка. Где-не-где эти листовки оставались лишь 5 минут, где-где дольше, и чешские журналисты успели их сфотографировать.

 

У меня есть друг, чешский писатель Ярослав Рудіш. В Праге уже 10 лет мы имеем литературное кабаре. Каждый месяц мы ставим новый спектакль. Мы ставим ее только дважды. И раз или дважды в год, как получается, мы приглашаем также авторов из других стран. Нам удалось пригласить Юрия Винничука. Мы решили написать письмо президенту Путину с благодарностью за освобождение от фашизма и предложением принять в дар то самое ценное, что мы, чешский народ, имеем. Поэтому мы написали письмо на чешском и русском языке: мол, мы высылаем в подарок нашего президента как самую большую ценность, мы знаем, что президент России не любит дорогих подарков, но мы уверены, что этот он оставит себе. Это была такая маленькая поддержка Украины с нашей стороны. Мы были очень рады, что того вечера, когда люди, которые ходят на наши спектакли, подписывали это письмо, в нашем театре выступал Юрий Винничук, который привез свои переписи и готовил украинский борщ. Так что в Чехии теперь есть по крайней мере 300 людей, которые знают, что это такое. Так что связь с Украиной есть. Если что-то хорошее и произошло через эту агрессию, так это то, что весь мир и Чехия в том числе узнали об Украине и заинтересовались ее культурой.

 

Улица академика Колессы

 

Беседовала Галина ГРАБОВСКАЯ

 

ДЛЯ СПРАВКИ

 

Игорь Малиевский родился в 1970 году в Праге.

Изучал теоретическую физику в Карловом университете.

С 1995 года занимается художественной фотографией (дважды побеждал в конкурсе Czech Press Photo), пишет стихи и прозу, вместе с Ярославом Рудішем готовит литературное кабаре EKG.

В 2003 году дебютировал сборником стихов «Бєломорка», позже вышли книги «Дружба» (2005), «День, который наступил после конца света» (2013) и «Луна над рекой Тейо» (2014).

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика