Новостная лента

Монумент позора

29.05.2016

 

Не нужно хвалы и хулы.

Время поделит позор и славу.

Люди славили – время осудит,

Распяли – в веках осанна.

Авторемінісценсія

 

 

 

Сотни тысяч глаз миллионы раз увидели его за 47 лет, прошедших со времени сооружения в Львове, так называемого монумента славы.

 

Именно на том месте, на изгибе нынешней улицы Стрыйской, в конце XVIII века открыли Стрыйское кладбище, которое просуществовало до 1823 года. Потом кладбище перенесли на место, где теперь расположился Военный мемориал (верхняя терраса Парка культуры имени Богдана Хмельницкого). Здесь, на Померках, был Стрыйский кладбище. Официально его закрыли 1893 г., но могилы здесь были еще в середине XX века. В 1947-1952 годах на месте кладбища и старых кирпичных заводов был заложен парк имени Богдана Хмельницкого.

 

В 1970 году здесь сооружен Монумент боевой славы советских Вооруженных Сил (скульпторы Дмитрий Крвавич, Эммануил Мисько, Ярослав Мотыга, Александр Пирожков, архитекторы Мирон Вендзилович, Аполлон Огранович), отмечен в 1972 году Государственной премией Украинской ССР имени Тараса Шевченко. Дальнейший профессиональный анализ покажет, что с градостроительного, архитектурного, скульптурного, конструктивного и просто эстетической стороны это является неграмотный и даже опасен произведение. Награда эта была чисто идеологической.

 

 

Я присутствовал, когда открывали этот мемориал и хорошо это помню.

 

Уже тогда это каменное громадье не вызвало у меня никаких симпатий. Хорошо, я уже тогда был несоветским. Но не знаю у кого сейчас эта незугарна конструкция может вызвать какие-то сантименты или формой, или цветом, или размещением.

 

 

Почему так?

 

Арґументую. Раз, что на этом месте никогда не было никаких геройских поступков советских Вооруженных Сил. Два – здесь не оставлено из этических соображений даже упоминания, что здесь было кладбище. Три – если и делать здесь монумент славы то славы Сечевых Стрельцов, которые отбили кирпичный завод рядом.

 

Если же говорить о памяти «славы советских вооруженных сил во Львове во второй мировой войне, то прежде всего надо вспомнить то, о чем везде написано и все знают — Чтобы придать оккупации легитимного вида, Советская власть организовала во Львове 22 октября 1939 года опереточные Народные Собрания украинского народа, которые произошли в нынешнем помещении Оперного театра, где торжественно провозглашено Воссоединение западноукраинских земель с Украинской Советской Социалистической республикой в составе Союза Советских Социалистических Республик. Станислав Людкевич тогда собственно провозгласил: «Нас освободили и на то нет никакого совета». Сразу после этого начались массовые репрессии и депортация в Сибирь украинского и польского населения, как это делалось в Советской Украине.

 

 

22 июня 1941 пока на линии фронта шли бои, энкаведисты, чтобы не эвакуировать заключенных, истребили две с половиной тысячи украинцев и поляков, преимущественно интеллигенции, которые находились в тюрьме «Бригидки», на Лонцкого и Замарстыновской тюрьме, в том числе и моего деда Николая Костка, что был работником типографии Осолінеуму.

 

Я никогда не видел своего деда Николая с Дороговижа, но помню.

 

Во Львове немцы создали концентрационные лагеря Шталаг-329 на Цитадели, где содержали военнопленных, и Яновский коцтабір (теперь исправительно-трудовая колония №30) в конце улицы Шевченко. Еврейское население согнали в гетто. В эти ужасные времена мои бабка с дедом, имея на руках четверо малых детей прятала в подвале еврейскую семью Шудріхів, пока не выехали до Старого Самбора. В 1943 году немцы истребили львовское гетто. С этим Львов потерял своих жидов. И на их место с войсками НКВД прибыли российские евреи…

 

23 июля 1944 года началась военная «Операция Буря» польской подпольной Армии Крайовой с целью взять Львов и Галичину и с этих позиций вести переговоры по обустройству границы. Она превратилась на убийства украинцев поляками на улицах Львова.

 

27 июля 1944 года Красная армия взяла Львов. Руководителей Армии Крайовой были приглашены на переговоры с руководством Красной Армии, где их арестовали. Украинская Повстанческая армия готовилась к войне с новым оккупационным режимом.

 

В 1946 году Львов, как и всю Галицию, покинула подавляющее большинство польского населения. На их место прибыли переселенцы из России, русскоязычные евреи и украинцы с Востока. Украинцев-лемков, которые прибывали из Польши, зато селили не во Львове, а в периферийных районах Западной Украины, а тот дальше. Так в городе раз изменилось население. Львов стал преимущественно русскоязычным городом.

 

Украинскую греко-католическую церковь было ликвидировано и прихода насильно присоединили к Русской православной церкви на Львовском соборе 1946 года. Те, кто не согласились, поехали в Сибирь. Несмотря на то во Львове остались действующие польские костелы, как надругательство новой власти над украинством. У верующих украинцев была альтернатива – полонізуватися, русифицироваться, или уходить в подполье. Как показали сентябрьские события 1989 года во Львове, когда на улицы вышли 200 тысяч греко-католиков, большинство выбрала третий путь.

 

Против УПА велась беспощадная война, сопровождавшаяся жестокими репрессиями против местного украинского населения. Тысячи семей, поддерживали повстанцев, были вывезены в Сибирь.

 

5 марта 1950 года на конспиративной квартире в селе Белогорще на окраине Львова погиб Главный Командир УПА Роман Шухевич.

 

Вот так, тезисно, выглядели в Львове «героизм и слава» Советской Армии.

 

 

Продолжалась большая человеческая мясорубка и сырье с помощью всех силовых структур вбрасывали в большой тигель для переплавки в новую историческую общность — советский народ. Что из этого получилось видим – гомосоветикус вульгарис (бездельник, лжец, взяточник, вор, еще и ворует).

 

 

И продолжим о монумент, на этот раз с точки зрения градостроительной. С транспортной, вроде все верно. Длиннющая стрела Стрыйской дороги поворачивает круто вправо и имеет ответвление улицы Гвардейской. В перспективе этой прямой предстала вертикаль обелиска и черный гранитный барьер. Но тот же барьер своей массой грубо преградил один из красивейших видов на Цитадель и город, живописную панораму.

 

Сегодня представители власти добивают этот пейзаж, позволив застройку в парке на костях погребенных, вместо тактично регулировать и обновлять озеленение и формировать кроны с «окнами на Львов». Такими «окнами» могла бы стать прозрачная и монументальная аркада, которая и останавливает и одновременно пропускает взгляд, как то есть на входе в Стрыйский с улицы Парковой, на польском мемориале Лычакова.

 

Есть свидетельства самих авторов этого проекта Вендзиловича, Мисько, Мотыги, что они сами «творили» его под идеологическим давлением, не считают никаким художественным явлением и согласны были бы с его ликвидацией или реконструкцией.

 

18 января, 2012 года Галицкий районный суд Львова огласил решение в деле относительно демонтажа Монумента славы на улице Стрыйской и постановил отказать в иске на основе устных показаний нескольких коммунистов о том, что они сдавали деньги на его сооружение, и он построен на средства общины. Этот смешной аргумент никто даже не собирался аргументировать соответствующими документами, квитанциями, и, в конце концов, аргументы можно было и подать в форме марок от Общества охраны памятников истории и культуры, также в те времена, как идеологическая организация собирала средства на такие памятники, как добровольно-принудительные взносы от граждан.

 

Относительно конструктивного качества этого монумента, то его уже пора обносить забором, чтобы уберечь людей от падения кусков гранита, а со временем и бронзовых скульптур с обелиска, как и кусков черного габбро, которым облицована стела, поскольку ее стены имеют нетектонічний отрицательный наклон.

 

 

Интересно заметить, что на улице Витовского напротив городского Парка культуры на противоположном конце его центральной аллее, спускающейся от черного монумента установлен львовянами знаковый камень. На нем можно еще прочитать отчеканены когда пафосные слова: на этом месте будет сооружен памятник борцам за волю Украины.

 

Далее процитирую фрагмент статьи «Когда дорастем до памятника борцам за волю Украины?» Степана Вовканича в «Крымской светлицы» еще по 19.08.2011.

 

Такой памятник должен отражать трагизм и величие бытия украинского народа, «его экзистенции – исторической памяти, преемственности развития, сохранения культурных традиций и национальной идентичности, формирования информационного пространства, комфортного для креатива нации среды, способного воспроизводить и формировать национально-сознательную личность.

 

Концептуальных новых монументов, которые львовяне построили бы и были бы на века символом борьбы нации за ее свободу и независимость, украшением города, его знаковой визиткой – крайне мало. Может, трагическая фигура Узника возле тюрьмы на Лонцкого… Но где же воплощенная в граните, бронзе героическая картина освободительной борьбы за свободу Украины, что началась задолго до ее ведения ОУН-УПА? Разве те украинцы, которые отдавали жизни в войне с поляками в 1918-1919 годах или полегли под Крутами, в Холодном Яру, не боролись за свободу Украины?

 

Пока что есть памятник Бандере, но он – персональный и издалека, извините, несколько похожий то ли на Галана, то на трафаретной Ленина. Фоновые колонны памятника имеют смутное и не сразу понятное нагрузки. А где же непосредственные герои, эти юноши и девушки добровольно шли ради свободы Украины на явную смерть еще до того и тогда, когда Бандеру вражеские силы держали в тюрьме.

 

Я также не знаю, один или три ангела на вершине этой скульптурной композиции имеют победно трубить, разнося по свету славу непокоренным борцам. Но я знаю: а) изображение должно быть таким, чтобы каждому жителю и гостю Львова было понятно — не мы, а нас на нашей же земле пытались жестоко поработить (полонизировать, онемечить, зросійщити), то есть лишить национальной аутентичности и гордости.»

 

Об этом говорилось и говорится (изредка) уже давно в прессе и в кулуарах власти, которая все же и сейчас во Львове больше заботится о личные интересы а не национальные. И каждый год повторяется краснознаменное шоу национального позора на улице Стрыйской возле черного монумента «освободителям», как и у других показаний имперского присутствия по всей Украине, которые охрунені, равнодушные, доведенные до рабского состояния украинцы не решаются сбросить с тела своей земли.

 

А решить дело хотя бы с этим монументом национального позора можно было бы раньше, если бы власть чувствовала постоянное давление граждан Львова. К сожалению сознательных граждан, готовых на активное конструктивное действие, на сопротивление унижению и актуальный чин во Львове недостаточно, чтобы мы могли добиться на достойную жизнь в своем городе, в своей стране.

 

Архитектор Юр Волощак

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика