Новостная лента

Мур и Хирляк

25.05.2016

Искать лазейки в границе между Мексикой и США является прибыльным бизнесом для мафии. Только открыв настежь границы можно покончить с нелегальной иммиграцией и контрабандой наркотиков

 

 

Хороший репортаж может быть таким же увлекательным и информативным о реальный мир, как и выдающееся повествование или замечательный роман. Тех, кто в этом сомневается, я прошу прочитать хронику Иоанна Ґрільйо Bring On the Wall, опубликованную 7 мая в The New York Times. В ней рассказывается история Фляко (Хирляка), мексиканского контрабандиста, который все свою жизнь, еще со школьной скамьи (с 15-ти лет) тайком переправлял через границу в США наркотики и нелегальных иммигрантов. Пять лет он отсидел в тюрьме, однако не отрекся от ремесла, которым занимается, тем более что сейчас, как он говорит, его незаконный специальность процветает как никогда.

 

Когда Хирляк начал заниматься контрабандой марихуаны, кокаина и переправлять через границу своих соотечественников, а также выходцев из Центральной Америки, которые перешли через пустыню Сонора и мечтали попасть в США, перемитництво было ремеслом так называемых «койотов», которые работали сами по себе и обычно брали 50 сентаво с иммигранта. Однако по мере того, как американская власть укрепляла границу решеткой, стенами, таможнями и полицейскими, цена поднималась – сейчас каждый нелегальный иммигрант платит за переход как минимум 5 тыс. долл., – наркокартели, особенно такие, как картель Хуареса, Синалоа, Лес-Сетас и Эль-Ґольфо, взялись за этот бизнес и сейчас контролируют, временами яростно конфликтуя между собой, секретные переходы на трех тысячах километров границы – от берегов Тихого океана до Мексиканского залива. Нелегального иммигранта, который переходит границу сам по себе, обходясь без них, картели наказывают, иногда смертью.

 

Способов найти брешь в границе есть множество, и Хирляк показал Иоанновы Ґрільйо хорошие примеры находчивости и хитрости контрабандистов: катапульты или трамплина, при помощи которых перелетают через стену, тайники, которые строят внутри поездов, грузовиков и автомобилей, туннели – в некоторых из них есть электрический свет и кондиционеры, чтобы те, кто ими пользуется, наслаждались удобной переправой. Сколько их? Пожалуй, очень многие, несмотря на те 224, что их полиция выявила за период 1990-2016 гг., ибо, по словам Хирляка, бизнес, вместо того, чтобы прийти в упадок, процветает несмотря на преследования и запреты. Если верить его словам, есть столько действующих тоннелей, что американо-мексиканскую границу «похож на швейцарский сыр».

 

Означает ли это, что картели не занимаются знаменитым стеной, на возведение которого президент Трамп в поте лица ищет миллиарды долларов? «Наоборот», – утверждает Хирляк. «Чем больше препятствий, которые нужно обойти, тем лучше для бизнеса». То есть утверждение «никто не знает на кого работает» в данном случае оправдывается целиком и полностью: мексиканские картели в восторге от прибылей, которые они получат от антиіммігрантської одержимости нового американского чиновника. И без сомнения, она послужит большим стимулом для того, чтобы инфраструктура противозаконности достигла новых вершин технологического развития.

 

Город Ногалес, где родился Хирляк, простирается до самой границы, поэтому многие дома имеют подземные переходы, которые сочетаются с домами на другой стороне, и переход туда и обратно в этом случае является быстрым и на удивление легким. Иоанн Ґрільйо даже имел возможность увидеть один из тех туннелей, который начинался в могиле на городском кладбище. А еще ему показали, уже в Аризоне, как мафия с помощью смелых технологических операций превратила широкие водосточные трубы, которыми пользуются обе страны, на коридоры для транспортировки наркотиков и иммигрантов.

 

Этот бизнес настолько процветает, что мафия может платить лучшую зарплату водителям, таможенникам, полицейским, железнодорожникам, служащим, чем та, которую они получают от государства или частных предприятий, и таким образом рассчитывать на систему информации, которая противодействует системе органов власти, и на средства, достаточные для того, чтобы с помощью хороших адвокатов защитить в судах и государственной администрации своих сотрудников. Как говорит Ґрільйо в своем репортаже, достаточно абсурдным является то, что на этой границе Соединенные Штаты тратят колоссальные суммы, чтобы помешать контрабанде наркотиков, когда во многих американских штатах уже легализовали скоро легализуют употребление марихуаны и кокаина. Я добавил бы: где спрос на иммигрантов – легальных или нет – остается очень сильным, как для работы в поле, особенно в посевной сезон и во время сбора урожая, так и в городах, где определенные виды физической работы выполняют почти исключительно латиноамериканские иммигранты. (Здесь, в Чикаго, я не видел ни одного ресторана, кафе или бара, которые бы не были переполнены ими).

 

Ґрільйо вспоминает о миллиардах долларов, которые потратили сша, когда Никсон объявил «войну наркотикам», и как, несмотря на это, употребление дурмана постепенно росло, стимулируя его производство и контрабанду и порождая вокруг этого несказанну коррупцию и насилие. Достаточно сосредоточиться на таких странах, как Колумбия и Мексика, чтобы понять, что связана с наркотрафиком мафия, породила политический и общественный беспорядок, раковое рост преступности, и даже стала смыслом существования якобы революционной войны, которая – по крайней мере в теории – похоже, подходит к концу.

 

Нечто похожее происходит и с нелегальной иммиграцией. Как в Европе, так и в Соединенных Штатах появилась паранойя вокруг этой темы, в которой – в который уже раз в истории общества, переживающих кризис, ищут козла отпущения для объяснения социальных и экономических проблем, от которых страдают, и, конечно, иммигранты – люди с другим цветом кожи, другим языком, другими богами и другими обычаями – являются избранными, то есть теми, кто приезжает, чтобы отобрать рабочие места у коренных жителей, совершать преступления, грабить, насиловать, совершать теракты и перегружать систему здравоохранения, образования и пенсий. Таким образом расизм, который, казалось, исчез (на самом деле отошел в сторону и спрятался), сейчас приобрел определенной легитимности даже в таких странах, как Швеция и Голландия, которые еще недавно были образцом толерантности и сосуществования.

 

Правда в том, что иммигранты значительно больше дают странам, которые их принимают, чем получают от них: это подтверждают все опросы и исследования. Подавляющее их большинство настроены против терроризма, поскольку они сами являются самыми многочисленными его жертвами. И наконец, несмотря на то, что они являются скромными и несчастными, иммигранты не являются глупыми, они не едут в страны, где их не требуют, они едут в те общества, где именно через развитие и процветание, которых они достигли, местные жители уже не хотят заниматься определенными ремеслами, выполнять работы и обязанности, которые являются необходимыми для того, чтобы общество функционировало, и которые выполняются благодаря им. Международные агентства, исследовательские фонды и центры напоминают нам об этом ежесекундно: если развитые страны хотят и дальше иметь высокий уровень жизни, им нужно открыть свои границы для иммиграции. Конечно, не как-нибудь: інтеґруючи ее, а не изолируя в гетто, которые являются притонами фрустрации и насилия, давая ей возможности, которые, например, давали США перед появлением националистической и расистской демагогии Трампа.

 

Короче говоря, это очень просто: единственный действительно действенный способ покончить с проблемой нелегальной иммиграции и мафиозным контрабандой – это леґалізувати наркотики и открыть настежь границы.

 

Mario Vargas LLosa
El muro y el Flaco
El País 21.05.2017
Зреферувала Галина Грабовская

 

    

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика