Новостная лента

Народная икона на стекле Гуцульщины и Покутья

14.04.2016

 

 

Темой сегодняшней лекции является народная икона на стекле Гуцульщины и Покутья. Эти иконы являются неким феноменом в общей панораме украинского народного искусства.

 

Иконы на стекле (а в Карпатском регионе их называли «образы на стекле», и так я их буду в дальнейшем называть), были распространены только в западном регионе Украины. Они чрезвычайно интересны по своей стилистике.

 

В период, когда их создавали, к ним было двоякое и весьма негативное отношение, в частности, у священников и, в частности, в богатого слоя. Первым из украинских этнографов исследовал Гуцульщину Владимир Шухевич. Он пишет, что эти образы писали «отвратительные богомазы», они пришли на смену хорошим церковным образам. Так и появились образы на стекле.

 

В интерьере гуцульской дома они были выставлены несколько под углом. За те образы складывались ценные вещи, документы, священное зелье. То был самый почетный, святой угол в горнице.

 

Сам репертуар образов на стекле был относительно ограниченным.

 

Две иконы иностранного происхождения: «Esse Homo» и «Христос-виноградарь».

 

 

Сначала я бы хотела остановиться на том, почему иконы на стекле были распространены в западном регионе Украины, а именно в Карпатском регионе. В Национальном музее хранятся две иконы зарубежного происхождения. Первый образ – «Esse Homo». Зафиксировано, что оно куплено в Космаче. Сам образ происходит из Нижней Силезии. Другой образ – «Христос-виноградарь» – является румынским. Дело в том, что в XIX веке в странах-соседях (Румынии, Словакии) и небезпосередніх соседях Украины (Чехии и Австрии) очень активно развивалось продуцирования образов на стекле. И поскольку эти образы тиражировались тысячами, были странствующие продавцы, которые разносили их и продавали на ярмарках, то очевидно, что эти образы таким образом попали на наши просторы. Есть много сведений, что в городках и даже больших селах Карпатского региона проходили ярмарки, и там продавались привезенные образы на стекле, и таким образом они попали в украинские сборники. В целом украинских образов мы имеем около сотни в собраниях украинских музеев. И это свидетельствует о том, что эта техника была заимствована. Потому что даже хронологически эти образы являются более ранними, чем наши украинские.

 

Техника выполнения имела очень много преимуществ. Поскольку красочный слой наносится на обратной стороне стекла, соответственно, все изображение находится под стеклом, оно имеет блеск и защищены от внешних повреждений. Когда подкладывали под стекло позлітку, оно получало дополнительный блеск, мерцание, стекло ловит различные солнечные блики. И, очевидно, техника была весьма привлекательна для народных мастеров. Когда началось более активное продуцирование листового стекла, то в Гуцульсько-Этом регионе наши мастера-маляры, иконописцы начали пробовать эту технику.

 

Последний мастер икон на стекле Петр Немчиков с женой и дочкой

 

 

Живопись на стекле – это древняя техника нанесения изображения с обратной стороны стекла. Очень интересно, что мы имеем единственное фиксированное источник, где сын последнего маляра, который занимался иконописью на стекле, рассказывает как отец изготавливал образы. Это была публикация в 1932 году в «Курьере Станіславовському», которую сделал известный польский этнограф Юзеф Грабовский. В то время он формировал коллекцию искусства Покутья в Станиславе и нашел сына последнего художника Кароля Німчика, который жил в Богородчанах. И здесь приведена цитата из этой статьи: «Рисование начинали с приготовления чернил из сажи со смолой, потом заваривали столярный клей с водой. Когда клей полностью растворялся, раствор при температуре сливали в чернила и растирали камнем на каменной плите». Он подает, что все краски изготавливали вручную, растирали и, что очень интересно, как он пишет, иконы на стекле изготавливали коллективно. Его отец, который считался мастером, их рисовал и приводил тінювання. А разрисовкой фона занималась мама, а дети расставляли эти образы для высыхания. Летом они должны были следить, чтобы образы во время высыхания не избили куры. Это был такой интересный процесс домашнего изготовления образов.

 

За какими образцами рисовали иконы на стекле? На время распространения образов (то есть, середина XIX века) были очень популярны различные графические отпечатки: народные деревориты, литографии, которые были предшественниками этих образов на стекле и которые также могли выполнять функцию домашних икон, дешевых домашних образов, поскольку они в больших количествах продавались на ярмарках, на відпустах возле церквей, на празниках. Литография Богородицы Лежайської показывает, насколько маляры близко и подобно выполняли эти литографии на стекле, просто раскрашивая.

 

Было два метода создания образов. Если литография была большого размера, ее подкладывали под стекло. И есть такие примеры, что древние (меньшие) образы полностью соответствуют размеру литографии. Или с этой литографии изготавливали прорис, то есть, рисунок на бумаге. Стекло очень хорошо подходит к тиражированию. Прорис подкладывали под стекло, и можно было очень быстро на стекле воспроизвести чернилами контуры. Сначала воспроизводили контуры. Затем, как рассказывает Кароль Немчиков, выполняли тінювання. Тінювання – это черные линии, ритмичные, менее ритмичные, которыми обозначали складки, основные черты, лики, а тогда следующим этапом было рисование. Как свидетельствует рассказ Кароля Німчика, рисунок и тінювання выполнял мастер-маляр, а разрисовывать могли уже помощники.

 

Литография Богородицы Лежайської

 

 

Перед нами является один из самых распространенных типов Богородицы с младенцем – Богородица Одигитрия Лежайська, которая выполнялась по першозразком, литографией, которая продавалась на відпустах, поскольку Богородица Лежайська считалась чудотворной иконой. Маляры по-разному интерпретировали этот графический подклад. Они произвольно меняли фон, достаточно произвольно трактовали одежда, мафорий Богородицы, цветы увеличивали, разрисовывали на собственный вкус.

 

 

Это еще два примера Богородицы Лежайської. Левая икона происходит из Богородчан, потому что характерной чертой покутских образов и произведений семьи Німчиків (единой семьи, чью фамилию мы знаем как маляров на стекле) является то, что они рисовали образы на белом фоне.

 

А рядом правый образ – на голубом фоне. Такие были более распространены на Гуцульщине, в горном регионе.

 

Имеем еще один пример как литографии служили образцом для создания образов на стекле. Икона выполнена по лежайським вырезана из дерева второй половины XIX века. И видим, что образ почти идентично повторяет основные формы, которые есть на литографии. Только на фоне маляр уже дорисовывает ангелов, головку ангела, повнофігурного ангела, вместо цветов, которые мы видим на литографии.

 

Это еще один пример очень редкого образа. Редкий он из многих обзоров. Во-первых, это фактически единственная икона, где есть повнофігурно на стекле представлен Святой Николай. Представлен в арке, то есть по типу образа церковного классического, нарисованного на дереве. По стилистике можем сказать, что это один из ранних образов на стекле и также из Богородчан, очевидно, семьи Німчиків. Интересный и редкий экспонат – он хранится в Национальном музее.

 

Еще несколько примеров образов на белом фоне также с богородчанского отделения. Богородица Одигитрия (это уже не Богородица Одигитрия Лежайська, это уже другой тип) и святая Варвара.

 

Вера Свенцицкая

 

 

Теперь перейдем к наиболее распространенным, наиболее колоритных и ярких образов, а именно «красных» образов. Так их назвала Вера Илларионовна Свенцицкая, коллекционер, составитель коллекций Национального музея и большая любительница этого вида народного искусства, которая фактически начала обнародовать эти образы. Она сотрудничала с львовскими коллекционерами, устраивая выставки образов на стекле в львовских музеях. «Красные» образы получили название от красного активного фона, на котором были представлены фигуры. Как видим, техника абсолютно соответствует тому описанию, что рассказывал Кароль Немчиков. Есть черный контур, такое очень темпераментное, быстрое, виртуозное притенения – эти краплакові штрихи, ровные, волнистые, и потом уже идет яркое раскрашивания образа. Одежду рисовали желтым цветом, а другие цвета могли варьироваться.

 

Не было какого-то канона: что одежда или, к примеру, нижний мафорий должен быть только голубой. Он мог быть зеленый, красный. Иконописцы довольно таки произвольно обращались с цветом. И в том весь чар, очарование тех икон, что они очень активные и действенные по колориту. Образ Богородицы с младенцем, Святой Николай и Святая Варвара – это одни из лучших образцов в гуцульсько-этом живописи на стекле. Все три образа были куплены в Криворивне. Поэтому считаем, что эти оскорбления на активном фоне красном, синем, зеленом были более распространены в Карпатском регионе, в горном. А на Покутье преобладали иконы на белом фоне, но их сохранилось, к сожалению, значительно меньше. Вот имеем образцы цветовой гаммы. Образ Святой Варвары – подклад использован тот же, но совсем уже иначе фон, другие цветы, другая стилизация декора.

 

Каждый мастер выполнял все индивидуально. Святой Юрий здесь на зеленом фоне представлен, но аналогичные композиции были на красном, синем. Уже больше в сторону Буковины – на желтом фоне.

 

Кроме того, что образы на стекле рисовали в Богородчанах, не имеем никаких достоверных данных, где их изготавливали. Юзефу Грабовскому рассказывали, что в Снятыне жил дьяк, который рисовал образы. В те 1930-е годы Грабовский искал каких-то конкретных данных, однако он ничего не нашел. Поэтому сейчас мы оперируем только местом обнаружения образов. К большинству этих артефактов есть данные о том, где эти образы закуплены. Но где они изготовлены, мы не знаем. Можем единственное сказать: что, как и народный костюм отличался по селам за колоритом (в селах Буковины преобладали более яркие цвета в вышивке), так же менялась локализация цвета в образах на стекле. Но точно сказать, что образы на желтом фоне рисовали только на Буковине, а на синем и красном фоне – только на Гуцульщине, мы не можем.

 

Периодизация, когда рисовали образы на стекле, мы имеем только 10 образцов, которые подписаны. Почему-то датированы образы на стекле сохранились лишь трьохсюжетні, где по центру распятие. На первом видим святую Варвару, Богородицу Покрова, на втором образе георгий Победоносец, распятие, Богородица с младенцем. На всех этих образах снизу есть нарисована белая полоса и проставлена дата. То, как писали надписи и как писали даты, свидетельствует, что маляры были довольно малограмотными. Поскольку это обратное изображение, то они не знали как это правильно написать, чтобы правильно читалось, а также делали ошибки.

 

 

Это наиболее старый образ на стекле, 1851 года. Он сохраняется в коломыйском Музее народного искусства Гуцульщины и Покутья. Это классическая схема: Святой Николай, посередине распятие, Богородица с младенцем. Сам колорит образа, то, как сделано тінювання, эти прориси цветов показывают, что першозразками, на которые ориентировались наши маляры, были словацкие иконы. Собственно, этот образ очень близок к словацким образов за колоритом. Видим, что это неизвестный художник, который один из первых рисовал образы на стекле. Был претезійним, рисовал тонкой линией и пытался очень деликатно детализировать одежду, в отличие от тех «красных» образов, где активно все прорисовано.

 

Относительно распространенных сюжетов. Их было относительно немного, но имеем очень много различных видоизменений в колорите и декоративном наполнении образов. Покров Богородицы является очень распространенным сюжетом и это мы знаем еще с казацких времен. Церковные иконы Покрова Богородицы были одними из самых любимых, где под мафорієм изображали святых и казачество, порой даже ктиторов. А на Гуцульщине под Покровом Богородицы рисовали пятерых святых: посередине Николая, апостолов Петра и Павла, и еще двух святых. Однако художники позволяли себе это менять. На правом образе видим только трех святых. Сохранились образцы, где только один ангел нарисован. То есть художники не следовали иконографии точно по образцу.

 

Еще одним из распространенных сюжетов было коронование Девы Марии, или Новозаветная Троица. Интересно, что в репертуаре маляров на стекле Иисус Христос, кроме как в распятии и в Новозавітній Троицы, больше никак не изображался. Это фактически единственный сюжет, где изображали Иисуса Христа.

 

Также видим, как по-разному стилизовали. Интересным является правый образец. Это маляр, который очень активно использовал тінювання не только темное, но и светлое. Все образы его авторства очень динамичные и темпераментные, сразу выделяются среди других.

 

Распространенным был также сюжет Богородицы Кормилицы. Левый образ также авторства этого же художника, что рисовал активными белыми и черными штрихами. Видим, насколько меняется образ, если рисунок наполнен такой ритмичной линейностью. Видим, что одежда Богородицы совершенно по-разному выполнен, это была уже творчество художника.

 

Распространенным сюжетом было распятие с пристоящими. Его изображали с Богородицей, Иоанном Богословом, иногда с Марией Магдалиной, иногда с ангелом с чашей. А также более статическая иконография, когда изображены Богородица, Иоанн Богослов, которые стоят возле Иисуса. Также был вариант, что просто изображали распятие без пристоячих.

 

«Притча про богача и бедного Лазаря»

 

 

Одной из интересных багатосюжетних композиций была «Притча про богача и бедного Лазаря». В литературе, касающейся печатной графики, является отпечатан аналогичный сюжет, литография, которую печатали в Вене. Есть указанная полная атрибуция, к которой была надпись на украинском языке «праведный Лазарь в навозе лежит, а брат богач веселится». Это означает, что эту ярмарочную картинку, по которой потом рисовали образы, в частности на стекле, печатали специально для украинского региона. То есть в Вене печатали литографии с украинскими надписями, их продавали на ярмарках, маляры использовали и с них писали иконы. Икона «Притча про богача и бедного Лазаря» выполнена больше тем литографическим образцу. А в предыдущих мы видим, что маляры смещают части этого сюжета и более это трактуют произвольно, на свое усмотрение. Иногда приводят эту надпись, иногда нет.

 

Страшный Суд

 

 

Одним из редких есть образы Страшного Суда. Их сохранилось не более восьми. Этот сюжет очень упрощен. Если в украинских церквях ярко изображается второе пришествие Иисуса Христа с праведниками, грешниками, то здесь, на стекле, оно довольно схематичное. Плоскость стекла с перегородкой на верхнее и нижнее царство. Внизу архангел Михаил с весами, которыми будет взвешивать души праведников и грешников. Сверху ангельский хор и Новозаветная Троица. Поскольку сюжет Страшного Суда был достаточно сложный для выполнения, то эти иконы являются наиболее яркими образцами народного примитива, потому что маляры как умели, так и рисовали.

 

Очень популярными и колоритными были изображения со святыми хранителями семьи и домашнего очага. Одним из таких является святой георгий Победоносец, который абсолютно народного звучание получил в живописи на стекле. Очень интересно описал изображение гуцульского Юрия Змееборца писатель-любитель Онуфрий Манчук. Он написал той же гуцульской говором «Сидит себе молодєчьок дес так в дваціт и четыре года на шкапєти в такой чяці, ек бывало наши гусары носили, и буком єшчірці в зубы тичєт». Это собственно весь колорит Гуцульщины. Действительно, до канонического изображения Юрия Змееборца здесь очень далеко. Митрополит Иларион писал, что мы имеем церковного Юрия Змееборца и народного. Народный георгий Победоносец считался покровителем весны, сельскохозяйственных работ, выпас скота. Мы знаем, что в день святого Юрия выгоняли отары на полонины Карпат. Это такое абсолютно народное воплощение святого.

 

 

Также в редких сюжетов принадлежат образы с изображениями апостолов Петра и Павла. Как говорил митрополит Андрей, это наши отцы по вере, через их души Господь дал все, что относится к Божьей апостольской традиции. Апостолов изображали возле церкви. Использовался один подклад. Тема изображения была традиционная для всех икон. Но видим, что по-разному декорировали образы.

 

 

До любимых сюжетов принадлежал сюжет Трех Святителей: Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Это изображение стало тиражироваться еще с 1604 года. Изображение было распространено в служебниках. И уже затем выполнялись отдельные литографии. Но тут видим, как маляры произвольно относились даже к пропорциям изображения. То есть они не затруднились показать низ одежды, ноги святых. Это такое довольно символическое воплощение образов святых на стекле. Интересны эти две версии Трех Святителей. Это на белом фоне, где возвращаемся к образам из Покутья семьи Німчиків. Левый образ, то маляр на цветочном фризе закомпонував Трех Святителей. А на правом образе он как-то в три четверти их изобразил.

 

Иван Непомук

 

 

Интересным феноменом является то, что на Гуцульщине и Покутье были распространены образы святого Иоанна Непомука. Этот святой был канонизирован только в середине XVIII века. Он является фактически чешским святым. Считается покровителем Чешской земли, но у нас явно шло заимствование западных иконографических образцов. И в XVIII ст. образ этого святого был распространен. Известно, что в Одессе, на въезде в город стояла фигура выполнена известным скульптором Пинзелем, собственно, фигура Иоанна Непомука. И там есть надпись «Патроне доброй славы, опікуне путешествующих, упаси меня и город от разных случаев». Иван Непомук и у нас считался опекуном путешествующих, именным святым Иванов, поскольку имя очень распространено в Украине. И поэтому этого святого изображали также на стекле. Что интересно, Иоанна Непомука в нас изображают с таким разорванным трираменним крестом, а это символ семьи Потоцких. Вполне возможно, что семья Потоцких заказала скульптуру Иоанна Непомука в Пинзеля и таким образом распространились эти изображения.

 

Скульптурная композиция Ивана Непомука в Бучаче (работы И.Г.Пинзеля)

 

 

Еще хотела бы обратить ваше внимание на этот образ на голубом фоне. Он является достаточно знаковым для нашего украинского живописи, потому что в 1960-х годах Юзеф Грабовский выдал в Польше альбом «Ludowe malarstwo na szkle». Собственно, наш образ он дал на обложку. Юзеф Грабовский исследовал народный иконопись на стекле всей Европы. Он авторитетно заявлял, что наиболее колоритными и яркими являются образы на стекле Гуцульщины и Покутья. Иван Непомук на голубом фоне был в этом альбоме растиражированный тиражом в 20 или 30 тысяч и издан в 1960-х годах. И для нас очень почетно, что наши образы он считал, с художественной точки зрения, сильнейшими в Европе.

 

 

Таким очень ярким феноменом живописи на стекле Гуцульщины и Покутья есть парные образы. Я исследовала иконы на стекле также всей Европы, и этого феномена в них нет. Возможно, очень изредка их выполняли в Румынии, но это фактически наше изобретение. В двойную раму монтировались два разные сюжеты. Эти сюжеты, которые мы уже рассматривали, компоновали вместе. И образ становится более динамичным, эти две плоскости как-то взаимодействуют между собой и читаются как диптих. Иногда художники даже специально компоновали их вместе.

 

Еще один пример, когда распятие с пристоящими компоновали с Богородицей Одигітрією, Святым Николаем и распятие с пристоящими, Богородица-кормилица и коронование Девы Марии.

 

Маляры использовали 10-12 підкладів, не больше, и из них создавали различные версии икон. Иногда эти образы дополнены в верхней части только цветами, а здесь художник щедро расписал ангелами и иконы получились довольно композиционно наполненными.

 

Еще один пример – это святой Юрий и святая Варвара. Это также пример образов на красном фоне, но видим, что краска потемнела. Все-таки это зависело от качества красителей – некоторые выгорали, некоторые темнели.

 

Это пример образа на дереве. Схема выполнения аналогична икон на стекле. Но специфика рисования на стекле заключалась в том, что там все-таки обратная техника написания и поэтому такие иконе более яркие, более динамичны за счет штрихов. А эти выполнены более сдержанно. То есть, они есть подобные, близкие к образам на стекле, но и нечто другие.

 

Еще одной особенностью живописи на стекле является багатосюжетні иконы. Мастера, которые приобрели ловкости, изучили схемы изображений сюжетов, багатосюжетні иконы рисовали без підкладів. Потому что начинает очень меняться величина изображения. Если на тех классических образах 30х40 см Варвара занимает полную плоскость стекла, то здесь они уже рисуют меньшие сюжеты, дополняют другими. Поскольку гуцулы очень творческие и изобретательные, то почему иконы на стекле не должны быть такими же творческими, как, к примеру, мосяж? И это тот пример, когда маляры брали известную схему – Святой Николай, распятие, Богородица. Внизу была надпись, но неразборчивый. Как видим, они сюжеты не разграничивали. На правом образе верхнюю часть нарисовали на красном фоне, соответственно в одежде использовали зеленый цвет, зато нижний сюжет, это пророк Илья, нарисован на зеленом фоне, а одежду сделали красным. То есть, они так взаимозаменяемо использовали цвета.

 

Еще один пример такой произвольной интерпретации. По центру есть распятие и двое ангелов, которые молятся. Для того, чтобы сделать активный центр, маляр обводит назовет, разрисовывает цветами, подает на золотом фоне. Вместо Богородицы представляет архангела Михаила. Такая себе своя версия трьохсюжетного образа.

 

Еще одним композиционным вариантом является образ Покрова Богородицы, где вместо ангелов, что компоновали сверху возле нимба, маляр представляет Благовещения: Богородица, Дева Мария с венчиком и архангел Гавриил с такой стилизованной веточкой. На этом образе очень хорошо видно как маляры произвольно пользовались цветом – нимб не является золотой, он является зеленый. Но в том есть весь шарм тех образов, в такой непосредственности и искренности живописи. Рядом есть образ, где появляется еще один сюжет. Сверху есть изображение Иоанна Крестителя и Иисуса Христа в детском возрасте. Такое изображение в овале и три цветочка внизу – это были также очень распространены литографии, такие приятные, нежные, выполненные с любовью. Этот сюжет также позаимствовали маляры. И в гуцульсько-этом живописи фактически как отдельные сюжеты не фигурировали, они этими изображениями только дополняли другие сюжеты. В живописи чешском, австрийском отдельно рисовали просто Иоанна Крестителя и Иисуса Христа в детском возрасте как отдельные иконы. А у нас их использовали в качестве дополнения к другим сюжетам. Здесь видим, что маляр на правом образе совершенно по-своему все закомпонував: внизу Святой Николай, Богородица с младенцем без распятия, гроб Господень и в верхней части Иоанн Креститель и Иисус Христос в детском возрасте.

 

Литография – изображение Иоанна Крестителя и Иисуса Христа в детском возрасте.

 

 

Наиболее яркими образцами багатосюжетності есть несколько образов из коллекции Богдана Сороки. Это феноменальные композиции, выполненные в поодинчому варианте. Видим двойной образ. Вместе с тем одна часть поделена еще на четыре части. На левой стороне представлена «Притча про богача и бедного Лазаря», а на правом образе маляр разделил стекло линией на четыре части и представил Богородицу-кормилицу, распятие с пристоящими, Новозавітню Троицу без Марии и святую Варвару. То есть маляр на свое усмотрение закомпонував некую композицию из тех сюжетов, которые знал. По этому образу видим, насколько кольористичне чутье было в маляра. Как он с точки зрения художественного анализа грамотно чередует цвета фона, цвета одежды У него все цвета звучат: красное на зеленом, зеленый на доминирующем красном. То есть маляры явно по стилизации является самоуками, но видно, что есть чувство цвета и композиции.

 

Чрезвычайно интересным является этот образ. Возникает вопрос, почему он имеет такую форму и нижние части являются более короткими. Знаем, что гуцульские дома были деревянные, там были балки. Очевидно, что хозяин заказал себе образ, этот образ довольно большой, где-то по большей стороне имеет 60-70 сантиметров. Он заказал себе большой образ, чтобы он вписался ему под балки. То есть центральная часть была посередине, а под балками шли Иисус Христос, человеческие частицы образа и с другой стороны святая Варвара. Очевидно, что это выполнял тот же маляр, что и предыдущий образ, потому что видим применение тех же принципов, то самопроизвольное разделение стекла, произвольная трактовка всех декоративных мотивов, но очень правильно все с точки зрения художественного построения.

 

Икона на стекле кисти Остапа Лозинского

 

 

Фактически этими багатосюжетними образами, которые являются самыми сложными из всех сохранившихся, я бы хотела завершить нашу коротенькую лекцию. Очень приятно, что техника живописи на стекле очень вдохновила большую плеяду художников во Львове возродить это живопись. В Национальном музее проводятся мастер-классы рисования на стекле. Надо сказать, что художник Остап Лозинский прекрасно воспроизводит давние обиды на стекле.

 

Иван Гречко

 

 

У нас есть такой корифей, собиратель образов на стекле – Иван Гречко, то он даже обвинил Остапа Лозинского, сказав, что он то уж зафайно делает. Он очень хорошо почувствовал ту силу мазка, ту вес позолоты, которая просвечивается из–под стекла. И вот таким штрихом оптимизма я бы хотела завершить сегодняшнюю лекцию.

 

 

ОБ АВТОРЕ

 

Оксана Романов-Треска – кандидат искусствоведения, исследователь, художница, коллекционер, член Института собирательства украинского искусства при НТШ во Львове, автор-составитель альбома «Народная икона на стекле» (2008).

 

***

 

Лекцию было прочитано 26 января 2017 года в рамках выставки «Гуцульское Рождество», которая проходила в Национальном музее во Львове имени Андрея Шептицкого.

 

 

Подготовили Оксана МАТВИЙЧУК и Андрей КВЯТКОВСКИЙ

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика