Новостная лента

Не спешите хоронить «эпоху Меркель»

17.09.2015

На прошлой неделе в партийном ландшафте Германии состоялась одна хоть и не масштабная, но зато довольно неприятная смена. Антиевропейская партия продемонстрировала успех на выборах в ляндтаґу, обогнав правительственный ХДС Ангелы Меркель. Это дало обозревателям лишний повод поболтать о «конец эпохи Меркель».

Следовательно речь идет о партии «Альтернатива для Германии» (Alternative für Deutschland – AfD), которая неожиданно заняла второе место на выборах в ляндтаґу земли Мекленбурґ-Передняя Померания на северо-востоке Германии. Согласно окончательным подсчетам результатов земельных выборов, которые состоялись в воскресенье, четвертого сентября, первое место традиционно в этой земле одержала Социал-демократическая партия Германии, за которую проголосовало 30,8 процентов избирателей, пришедших на участки. Тем временем AfD набрала 20,8 процентов голосов. Христианские демократы вынуждены были довольствоваться девятнадцатью процентами.

Таким образом, по сравнению с выборами до этого ляндтаґу 2011 года социал-демократы потеряли пять процентов избирателей, христианские демократы – четыре процента. AfD же приняла участие в выборах впервые – и сразу такой успех.

Этот приморский регион Германии, который некогда входил в ГДР, последние 18 лет считается одной из утверждает левых идей. ХДС здесь выигрывал лишь дважды – в 1990-м и 1994-м – на волне всеобщего энтузиазма, спровоцированного объединением Германии. Потом здесь лидером симпатий стали социал-демократы и другие левые партии в ходе их появления на политическом горизонте и исчезновение из него.

Почему же прошлонедельный проигрыш стал таким болезненным для ХДС, а прежде всего для бундесканцлери Ангелы Меркель? Во-первых, потому, что именно в этой земле был родной округ действующей немецкой лидеры. На первых загальнонімецьких выборах в декабре 1990 года Меркель баллотировалась в депутаты Бундестага по избирательному округу Штральзунд-Северная Передняя Померания-Рюґен и уверенно победила.

Во-вторых, обозреватели оценивают выборы в местные законодательные собрания как решающий тест перед проведением в 2017 году всеобщих выборов в Бундестаг. И эта проверка продемонстрировала неутешительные для ХДС, Европейской Унии и демократии процессы. Потому вспомним что это за партия такая AfD. Партия, которая консеквентно выступает за ликвидацию Европейской Унии или, по крайней мере, выход из нее Германии. Партия, которая играет на самых грубых ксенофобских чувствах, используя міґраційну кризис. А кроме всего, эта партия является твердым союзником политики Кремля в Европе. Ее члены оправдывали действия России в Крыму, поддерживали сепаратистов на Донбассе и апологетизували Владимира Путина.

В-третьих, именно после прошлонедельной поражения, в некоторых хадеків сдали нервы и они набросились с критикой на своего лидера и ее миграционную политику. А AfD эту миграционную темой інструменталізувала с максимальной эффективностью и за счет этого выиграла.

Тезис о «конец эпохи Меркель» впервые прозвучала летом 2015 года, когда немецкая бундесканцлерка довольно неосторожно пригласила беженцев из Сирии и других «горячих точек» к благодатной Европы, заявив, что границы для них открыты. Можно предположить, что немецкий лидер была уверена, что у нее есть еще достаточно времени, чтобы подготовиться к приему мигрантов. Что удастся согласовать этот вопрос с коллегами из других стран-членов Европейской Унии. Что поток беженцев не будет таким стремительным, что его не удастся проконтролировать.

Впрочем реальность оказалась значительно более жесткой, ожидания. Если в канцелярии канцлера тогда говорили о 200 тысяч человек, преимущественно несовершеннолетних, то вскоре границу ЕС пересекли уже 400 тысяч. В конце года число просителей убежища перевалило за миллион.

А хуже всего то, что был потерян контроль над потоками. Долгое время никто точно не устанавливал идентичность большой части этих людей. Не было надежной системы реестра, центров для приема беженцев оказалось недостаточно, а процедура получения убежища осуществлялась медленно. А когда с беженцами начали массово возникать инциденты криминального характера, Европа возмущенно забурлила.

«Ангела Меркель считала, что массовый наплыв беженцев создаст проблему исключительно бюрократического характера. Финансирования, говорила она, ґарантоване. Она произнесла свою знаменитую фразу: «Мы его роздобудемо». Тысячи немецких граждан, охвачены духом солидарности, бросились собирать одежду, напитки, еду и даже деньги для беженцев. Были люди, которые предложили свое жилье, преподаватели, готовые обучать бесплатно, древние імміґранти, которые изъявили готовность выступить в качестве переводчиков. Потом произошли события в Кельне. Не замедлило выплыть на поверхность то, что перед  нападениями и ограблениями женщин в новогоднюю ночь в стране была целая куча похожих случаев. Ультраправые, которые сейчас на подъеме, нашли угноєне поле», – так описывал эти события испанский писатель и публицист Фернандо Арамбуру.

Почему миграционный шлюз открылся так внезапно и так широко? Трудно себе представить такое стремительное наращивание процесса без внешнего вмешательства. Кому была выгодна эта кризис с беженцами в Европе, кто от нее больше всего получил выгоды – разумеется, Кремль. О его вмешательстве говорят пока исключительно косвенные вещи. Убежден, что со временем мы узнаем гораздо больше о активную роль Москвы в этом процессе, но пока оставим ее за скобками.

Сейчас нас больше интересует, как все же Германия дала себе совет с таким наплывом беженцев, насколько эта миграционная волна повлияла на благосостояние немцев, на стабильность и безопасность в стране. И здесь данные вполне оптимистичны. Если отбросить чисто эмоциональный фон, отдельные вопиющие случаи, то можно уверенно утверждать, что Меркель таки дала совет с беженцами. Міґраційну кризис, несмотря на активность ультраправых и ультралевых внутри страны, а также несмотря на сопротивление лидеров некоторых европейских стран, в целом удалось преодолеть.

За прошедшие 12 месяцев нередко приходилось читать в европейской прессе о том, что в Германии грядет финансовый апокалипсис. Две его главные причины – беженцы, на которые надо выдавать миллиарды, и помощь Греции на сотни миллиардов евро.

Но что мы видим в реальности? Вот уже два года подряд – 2014 и 2015 – Германия завершает не просто со сбалансированным бюджетом, а даже с небольшим профицитом. У финансовых аналитиков в настоящее время уже нет ни малейшего сомнения, что таким же успешным станет и текущий год. Да и в следующем году история, похоже, повторится, если не случится чего-то экстраординарного. И если бюджет 2017 года будет выполнен без заимствований, то Вольфганг Шойбле войдет в историю как первый министр финансов ФРГ, который четыре года подряд поддерживал бюджетный баланс в крупнейшей экономике Европы.

Так почему же миграционная кризис, сотни тысяч беженцев, которые прибыли в Германию на волне сирийского кризиса, не привели ни угрозы для внутренней безопасности Германии, ни финансовой нестабильности немецких социальных касс? Здесь надо обратить внимание на такой невероятный факт. В немецком Министерстве финансов был оперативно создан отдельный фонд для поддержки интеграционных проектов в 2016 и 2017 годах, на сумму 13 млрд евро. Однако в связи с хорошим финансовым положением в других проектах, также связанных с поддержкой беженцев, текущего года фонд не только не был наполовину использован, но и еще и пополнился за счет новых поступлений. Поэтому и оказалось, что не такая страшная миграционная кризис, как его малюют.

Теперь относительно греческого долгового кризиса, которое впервые открыто проявилась 2010 года и достигла своего пика в 2015 году. Финансовая поддержка Афин партнерами из Европейской Унии – и прежде всего Германией – вызвало тогда целый шквал критики. Одни критики были недовольны тем, что на деньги налогоплательщиков спасают греческие банки, другие – тем, что Уния пытается поддержать неэффективную греческую экономику. Тем временем греческая хозяйка понемногу выздоравливает. А финансовая нестабильность на юге Европы заставила мировых инвесторов искать «тихую пристань» для своих денег. И где они ее нашли? Конечно, в максимально надежных немецких государственных облигациях. Такой неожиданный наплыв денег, стремительно снизил расходы Германии на обслуживание облигаций. Сэкономленная на этом сумма, по подсчетам Института экономических исследований в Галле (IWH), достигла 100 миллиардов евро. Таким образом Берлин себе с горой возместил расходы на спасение греческой экономики.

Все эти успехи немецкой хозяйки позволили Министерству финансов заложить в бюджет на следующий год такие приятные вещи, как ослабление налогового пресса и повышение так называемых «детских денег».

Так почему же партия Ангелы Меркель до сих пор теряет рейтинговые очки? Через старую как мир причину, имя которой «популизм». Финансовые успехи невооруженным глазом не сразу заметишь, а беженцев видно каждый день, особенно, когда этой теме посвящено массу телепрограмм.

До следующих парламентских выборов в Германии целый год. Можно надеяться, что за это время бундесканцлерка и ее команда сумеет довести до сведения электората плюсы и минусы своей работы. Поэтому пока рано утверждать о политической смерти Ангелы Меркель, а ее четвертая канцлерская каденция может стать еще успешнее три предыдущие.

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика