Новостная лента

Не сплю и думаю: 23.05—5.06

06.06.2016

 

Автобус – в принципе не лучшее место для спанья. Тем более – автобус, который чуть не всю ночь пытается преодолеть государственную границу. Тем более – украинский автобус, который одиннадцать часов мучает пассажиров какой-то багатосерійною русском бредом. В конце концов, для мышления такой автобус – тоже место не самое лучшее. Остается разве что крутить в голове калейдоскоп самых свежих воспоминаний.

 

Кстати, о сериале. Женщина, которая сидит рядом, через проход, часто ездит этим автобусом у своих дрібнокомерційних делам, поэтому первую половину сериала видела несколько раз, но уже потеряла надежду узнать, отомстит в итоге хороший Серега плохом Юре не отомстит. Хоть какая долгая дорога из Варшавы до Черновцов, а все равно сериал еще длиннее. «Лучше и не начинать смотреть, – советует женщина, – потому что потом одно что расстройство». Я, однако, замечаю в кадре авто с украинскими номерными знаками и – несмотря на страх «розстройства» прямо в автобусе – решаю немного последить за сюжетом. И правильно делаю: сериал оказывается не российским, а «производства украинской компании » Star Media». Новенький, только в начале 2017 года представлен телеканалом 1+1. Завязка там такая: двое друзей детства – упомянутые Юра и Серега – ведут совместный успешный бизнес. И вели бы себе дальше, только плохой Юра получает предложение перейти на новый уровень» и взяться за торговлю оружием. На что, конечно, хорош Серега реагирует отказом, потому что оружие – это смерть и нарушение закона, и вообще он собирается жениться беременным Свєтлячком. В смысле девушкой Светкой, просто Серега называет ее Свєтлячком. Следовательно плохой Юра убивает хорошего Серегу. После чего Серега достает в небесной канцелярии разрешение вернуться на землю. Но только на сорок дней и только в теле неудачника Вали. В смысле мужика Валентина, просто все его называют Валя. Ну и вдохновляемое бесстрашной душой Сереги тело бывшего увальню Вали открывает сезон охоты за негодяем Юрой, припильновуючи одновременно по беременным Свєтлячком. А называется все это «Жизнь после жизни». Логично.

 

Хотя можно было бы назвать и иначе. Скажем, «Мечта креола». Судите сами: события этой мистической «милодрами» разворачиваются в каком-то неназванном, но довольно крупном украинском городе. Кроме номерных знаков, в поле нашего зрения время от времени попадают таблички с надписями вроде «Лифт не работает» или «Обмен валют». И все, более ничего никуда не попадает. Все разговаривают, переписываются и ведут документацию на русском, в школе дети изучают Пушкина и Лермонтова, фамилии героев – Воробьев, Хорьков и Мазуров. Не знать, и догадается кто-то из них, что с лифтом не все в порядке. А так, то вроде и прицепиться не к чему: добро и зло; правильные нравственные акценты; общечеловеческие, так сказать, ценности; даже недавно реформированная полиция на имя майор Исаев пытается стоять на стороне справедливости. И что самое интересное: ни одного оскорбления в адрес украинцев в тех сериях, что я успел просмотреть, не прозвучало. Потому что ни одного украинца на целое украинское город в этом фильме нет и край. Это же не воплощена – как душа Сереги – мечта креола? Никто не скандалит, проспектов не переименовывает, официантов и продавщиц пользоваться государственным языком не призывает. Сами свои: Воробьев и Хорьков, Пушкин и Лєрмонтов… Такой во время войны с Россией выглядит Украина в воображении украинской компании Star Media. Я зато, не спя, думаю себе, как тот персонаж Волнового: э нет, товарищи креолы, чем такая ваша Украина – с украинскими номерными знаками, обменом валют, испорченными лифтами и симпатичным майором Исаевым, но без нас, украинцев, – то пусть уж лучше не будет никакой.

 

* * *

 

А вот и граница. То что, жеґнай, Польско? Или все-таки еще не прощай? Про Польшу мне в последнее время писать труднее всего. Мой многолетний с ней роман претерпевает сегодня критических испытаний. С одной стороны, помня о всю ту поддержку, которую оказывали нам поляки на протяжении десятилетий, я сейчас раздался бы предателем, если бы сказал все, что думаю, все, что вижу. С другой стороны, эту поддержку оказывали нам не абстрактные, а вполне конкретные поляки, которые в 70-80-е годы прошлого века действовали в подполье, выходили на демонстрации, сидели в тюрьмах, наконец свергли коммунизм и построили европейскую (да еще и благосклонного к Украине) Польшу. И теперь эти люди – не я – говорят, что никак не надеялись дожить не только до такого наглого демонтажу демократических основ государства, но и к такой стремительной нравственной деградации общества. Я, в свою очередь, никак не надеялся дожить до того, что буду подбадривать многочисленных польских друзей, которые до сих пор постоянно подбадривали меня. «Понимаешь, – говорят эти мои старшие друзья, – главная проблема состоит не в деятельности нынешней польской власти, не в ее примитивных манипуляциях, не в разжигании ею ксенофобии и обращении с европейского пути развития. Главная проблема заключается в том, что все это находит широкий отклик в безмозглых головах избирателей. Мало того: как показали последние социологические исследования, для 38% молодых поляков действия нынешней власти является недостаточно радикальными, поэтому эта молодежь охотно проголосовала бы за какой-то ONR или других выгодных Москве или прикормленные ею фашистов. Откуда они повылазили? Кто наплодил такое количество бритоголовых «спортсменов», которые сейчас заполонили улицы польских городов?» – «Понимаете, – подбадриваю своих старших друзей я, – так не бывает. Люди так быстро не плодятся и не меняются. На двух наших Площадках я видел сотни тысяч прекрасных лиц. А за правления Януковича казалось, что вокруг бродят сплошные тітушки. На самом деле эти тітушки были и будут всегда, но на первый план они выходят тогда, когда своим стадным инстинктом улавливают сигнал сверху, что настал их момент. Вы, – говорю, – потерпите немного. Миновали гораздо худшие времена немецкой и советской оккупации, следовательно, и этот момент когда-то должен пройти мимо». Старшие польские друзья вздыхают, кивают седыми головами и отвечают: «Возможно, возможно». Но их интонация свидетельствует, что в возможность лично дождаться светлого будущего они уже не слишком верят.

 

* * *

 

И воспоминание о радостном. То есть о киевский «Книжный Арсенал». Точнее, не про сам «Арсенал», который, бесспорно, был событием радостным, а о расположенном неподалеку – на той же Лаврской улице – паб. Лет, кажется, два назад я уже до того паба заходил. Выбрал блюдо из меню, попробовал заказать. Нервная официантка сказала, что такого блюда нет.

 

– То подскажите, пожалуйста, какая есть.

 

– Мужчина, я на работе, – визвірилась официантка. – Вы будєтє делать заказ или нет?

 

– Меня много, а вы одна? – спросил в ответ я и вернулся на «Арсенал» доедать піроґі «Николай».

 

В этом году рискнул зайти снова. И опять правильно сделал, потому что их там как будто подменили. А может, и вправду изменили персонал. Все улыбаются, отвечают на украинском и советуют, что будет быстрее, а что вкуснее. То я на радостях за два дня трижды тот паб посетил. И ни разу не пожалел. Как, вероятно, не жалели и русскоязычные клиенты, которых те же официантки (и один солидного возраста официант) обслуживали на русском. И никто ничем не бросал в сотрудников, а наоборот – все с удовольствием оставляли им чаевые. Если именно такая – клієнтозалежна – двуязычие станет нормой во всех заведениях Киева, Харькова, Одессы и других украинских городов, то языковая проблема, по крайней мере на бытовом уровне, думаю, отпадет в Украине сама собой. Вот только компании Star Media придется производить свои следующие кинопродукты где-то посреди аутентично одноязичного «русского мира». Но имею подозрение, что без их «жизнєй после жизни» мы в этой жизни как-то обойдемся.

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика