Новостная лента

Неуважливість господина Смита

24.03.2016

Шотландский экономист лучше всех объяснил, почему одни страны прогрессируют, а другие отступают и какова истинная грань между цивилизацией и варварством

 

 

Еще до того, как он прославился своей мудростью, его знали за его неуважливість. Как-то извозчик диліжансу, что ехал с Единбурґу к Керколди, заметил посреди пустоши, за несколько миль от этого городка, одинокую фигуру. Он остановил лошадей и спросил джентльмена, нуждается ли тот в помощи. Только тогда последний, удивленно оглянувшись вокруг, заметил, где он находится. Погруженный в свои размышления, он шел несколько часов (лучше сказать, думал). А однажды в воскресенье его увидели – все еще закутанного в утренний халат – в Данфермлине, за 15 миль от Кирккалди: он смотрел в никуда и разговаривал сам с собой. Спустя годы его соседи в Единбурґу привыкнут участвовать к тому, что он ходит туда-сюда старым кварталом в неожиданные часы, с отсутствующим взглядом и молча шевеля губами, тот старый отшельник, которого все называли мудрецом.

 

Он был им, и это одна из немногих вещей, которые мы знаем о его детстве и молодости. Он родился в Керколди в 1723 г. Легенда о том, что его похитила ватага цыган, является вымыслом. Он ходил в местную школу и, видимо, ему хорошо шли грека и латынь, потому что Университет Ґлазго, когда он вступил в него в 14-летнем возрасте, освободил его от первого года обучения, который посвящался классическим языкам. Через три года он получил стипендию для обучения в Оксфорде, и о те шесть лет, которые он провел в Колледже Бейллиол нам известно лишь, что он получил выговор за то, что втихаря читал «Трактат о человеческой природе» Дэвида Юма – позже тот стал его близким другом, – который проклинал за его атеизм тогдашняя реакционная академическая иерархия. Покинув Оксфорд, он прочитал несколько знаменитых лекций в Эдинбурге, которые известны нам только из конспектов двух студентов, которые были на них присутствуют. С тех пор он считается одной из самых заметных фигур так называемого Шотландского Просвещения.

 

Он преподавал в Университете Ґлазго, сначала логику, а впоследствии – нравственную философию, и его лекции имели такой успех, что послушать их приезжали студенты из многих мест Соединенного Королевства и Европы; среди них был и Джеймс Босвелл, который оставил яркое свидетельство о элегантностью их изложения. Господина Смита очень бы удивило то, что в будущем его будут называть отцом экономики. Он всегда считал себя моральным философом, который увлекался науками и красным письмом и, как все шотландские интеллектуалы его поколения, очень интересовался системами, которые поддерживали общественный и природный порядок, и был убежден, что только ум – а не религия – сможет в конце концов их понять и объяснить.

 

Его первой книгой, которая увидит свет лишь после его смерти, была «История астрономии». Другой – исследование о происхождении языков. Больше всего в жизни ему хотелось выяснить что именно поддерживает единство и стабильность в обществе, если люди являются такими еґоїстичними, упрямыми и несолідарними, узнать история является последовательной эволюцией и объясняет прогресс и цивилизацию одних народов и стаґнацію и дикость других.

 

Первая его опубликованная книга, «Теория нравственных чувств» (1759), объясняет тот известковый раствор, который держит общество вместе, несмотря на его разнообразие и подрывные силы, которые в нем бурлят. Адам Смит называет симпатией это естественное чувство к ближнему, которое, поддерживаемое воображением, приближает нас к нему и берет верх над негативными инстинктами и страстям, которые бы отдалили нас от других. Это видение человеческих отношений есть положительное, он утверждает, что «моральные чувства» в конце концов всегда берут верх над жестокостью и ужасами, которые творятся в каждом обществе. Это интересная, легкая книжка, которая иногда похожа на учебник хороших манер, однако она тонко объясняет, как творятся человеческие отношения, что позволяет обществу функционировать, не распадаясь и не взрываясь.

 

Лишь однажды он выехал из Объединенного Королевства, но эта прогулка длилась три года – с 1764 по1767, – как наставник молодого герцога Баклю он отвез его к Франции и Швейцарии, где познакомился с Вольтером, которого с похвалой цитировал в «Теории нравственных чувств». В Париже он дискутировал с Франсуа Кенэ и физиократами, которых строго критиковать в своей следующей книге, несмотря на то, что Кенэ произвел на него хорошее личное впечатление и позже они смогут обмениваться письмами. Вернувшись в Шотландию, он практически заперся в Керколди, где жил со своей матерью, которую обожал, и значительную часть последующих лет провел в своей замечательной библиотеке, сочиняя «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776). Первое издание разошлось за шесть месяцев, и на нем он заработал 300 фунтов стерлингов. При жизни автора вышло еще пять переизданий – третьих с очень важными исправления и дополнениями, – и Смит увидел перевода своей книги на французском, немецком, датском, итальянском и испанском языках. Высокие оценки от начала были почти единодушны, и Дэвид Юм, убежден, что эта «сложная» книга не скоро, но завоюет читательские массы, сравнил ее – по важности – с «Историей упадка и гибели Римской империи» Эдварда Ґіббона.

 

Адам Смит не подозревал, какое первостепенное значение будет иметь его книга в будущем в целом мире, даже в странах, где ее читало много людей. Он умрет, расстроен тем, что не написал трактат по юриспруденции, который, как он думал, дополнил бы его исследования систем, которые объясняют человеческий прогресс. На самом деле он был первый, кто объяснил людям, почему и как действует система, которая вывела нас из пещер и заставила двигаться вперед во всех сферах – за исключением, к сожалению, моральной – мы покорили основы материи и достигли звезд. Простая и одновременно очень сложная система, основанная на свободе, которая превращает еґоїзм на общественную добродетель, Смит обобщил ее одной фразой: «Мы получаем продукты не через доброжелательность мясника, пивовара или пекаря, а из-за того, что они заботятся о собственном интересе. Мы не обращаемся к их співчутливості, а лишь к их еґоїзму и никогда не говорим о наших нуждах, а лишь об их собственной выгоде».

 

Эта книга сделала переворот в экономике, истории, философии, социологии. Она утверждала, что благодаря частной собственности и разделения труда развились потрясающие производительные силы, а конкуренция на свободном рынке, где нет слишком много преград – является механизмом, который лучше распределяет богатства, вознаграждает или наказывает хороших и плохих производителей, и не они, а потребители являются настоящими регуляторами прогресса. И что свобода – не только в политических, общественных и культурных сферах, но также в экономической – является основной гарантией благосостояния и цивилизации. Многие могли изменить капитализм, общество и законы, как Адам Смит написал эту бесконечную книгу на 900 страниц в XVIII веке. Но по сути ни одна другая до сих пор не объяснила лучше, чем некоторые страны прогрессируют, а другие отступают и какова истинная грань между цивилизацией и варварством.

 

Он был некрасивый, угловатый, и лексикограф Сэмюэль Джонсон (которого Адама Смит в одной дискуссии назвал матерью) утверждал, что у него было лицо «грустного пса». Однако он всегда был скромным мужчиной, со спартанскими привычками, лишенным тщеславия и жадным до знаний. Никогда ничего не было известно о его невесте, и, вероятно, он умер девственником в 1790 г.
 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика