Новостная лента

Опера: кандидаты и дебаты

21.02.2016

 

В Львовской Опере будет новый гендиректор-худрук! Сама по себе эта новость – даже до начала конкурса на должность – потрясла галицкий Пьемонт. Директор не менялся в Опере так давно, что уже можно считать поколениями (с 1998 года!). Но наконец – на прошлой неделе Тадея Эдера торжественно провели на пенсию, деликатно не спросив ни о чем, и уже завтра комиссия в Минкульте отберет из семи претендентов троих, которые поедут в Киев презентовать свои программы лично.

 

 

Вечером 20 февраля в большом сессионном зале Ратуши инициативная группа коллектива театра собрала обсуждения, где кандидаты должны были презентовать себя общественности, ответить на вопросы и продемонстрировать свои преимущества. На приглашение выступить откликнулись пятеро из семи. Василий Вовкун, действующий художественный руководитель Львовской оперы, не смог прийти – по стечению обстоятельств, именно поехал в Киев. Евгений Лавренчук, самый молодой кандидат на должность, находится заграницей, в Израиле. Модерировал руководитель медиа-хабу «Твой город» Тарас Яценко.

 

Итак, мы попытались зафиксировать самое интересное и важное из выступлений кандидатов, чтобы потом – уже после избрания руководителя – была возможность еще раз взглянуть на процесс, и понять, возможно, что-то полезное для будущих конкурсных назначений.

 

Опытный менеджер

 

Александр Драган сразу подтвердил: его привело на должность «великое чувство любви к жанру оперы». Когда-студенческий мэр Львова, последние 7 лет он руководит Хмельницкой областной филармонией, и уверенно заявляет, что теперь она – «одна из мощнейших в Украине». Увлеченно рассказывает о постановке «Тоски» с видом на Каменец-Подольскую крепость, другие новые постановки филармонии за время его руководства… Но программу презентовать отказывается (как потом увидим, не он один) – ибо закон разрешает обнародовать ее лишь перед конкурсной комиссией, чтобы избежать плагиата. О себе говорит: «стараюсь привлекать к работе людей, лучших, чем я», «хочу понимать мотивацию каждого из участников коллектива». Убеждает: основное доказательство его руководящей способности – это Хмельницкая филармония, где в коллективе из трехсот человек удается перебиться без интриг.

 

На вопрос из зала относительно проблем Львовской оперы, перечисляет известное: недостаточно премьер, очень неуверенный обновление репертуара; творческий потенциал оркестра реализован не в полной мере… Говорит, что многих артистов оперы знает еще со времен учебы, и уверен: такие люди могут создавать гораздо больше творческого продукта. Театр, по мнению господина Драгана, по своей сути должен стать одним из представителей Украины в Европе.

 

Когда же кто-то возмущенно выкрикивает из зала сакраментальное и отчаянное «А как, интересно, вы собираетесь это все делать? Министерство денег не дает!…» (это Оперный бы еще жаловался!), Драган спокойно и с улыбкой отвечает: «Давайте тогда поговорим о деньгах». Здесь уже аудитория оживает длинным выдохом, и топорщит уши. Ответ была длинная и подробная, но если коротко: за семь лет руководства Александра Драгана прибыли Хмельницкой филармонии выросли в 10 раз.

 

Спрашивают, конечно, и о совместительстве администрирования и творчества. «Если все будет идеально, и люди после церкви будут идти в Львовскую оперу – тогда я позволю себе стать и дирижировать. А сейчас я вижу задачу в другом».

 

Вечный солист

 

Роман Ковальчук начинает свое выступление с пафосного и непонятной цитаты. Продолжает жалобами на плохой новый закон, который заставляет артистов подписывать контракты. Завершает преамбулу констатацией: я был против, но контракт в итоге подписал.

 

За тем идет длинная и душевный рассказ о школе в соседнем селе, постановку в той школе «Шельменко-денщика» и гастроли в соседних селах, долгие непонятные биографические перепитии с операциями и неразумными поступками, тяжелую службу в армии (в оркестре на трубе) и победу в конкурсе солдатской песни. «Имел отношение к постановке боев в Тарасе Бульбе».

 

Программу аналогично презентовать отказывается, и заявляет: основной вопрос для нового директора будет простым – что станет локомотивом, который потянет за собой всю систему? Не забывает упомянуть о достижениях театра: в частности, о статусе национального. Говорит, что в его программе является заключение нового коллективного договора в Львовской Опере, а уже в договоре – многие из планируемого в программе. Отмечает, что театр должен выполнять «не только презентационную функцию, но и воспитательную». «Наш ресурс – в регионах: в селах и районах, в соседних областях. Львовская опера должна стать духовно-культурным центром этой страны».

 

«Будете ли вы отменять крепостную систему контрактов?» – кричат из зала. «Я до последнего держался, чтобы не подписывать контракт!» – отвечает кандидат. «Вы за контракты или против контрактов?» – дожимают. «Воздержусь. Не могу быть против, потому что иду на должность по контракту».

 

Серьезные кадровые изменения Роман Ковальчук видит в первую очередь в перераспределении штатного расписания и создании новых отделов – менеджмента и маркетинга, и отдела анализа финансового состояния. О творческих работниках – претензий у него нет.

 

Оптимист-идеалист

 

Олег Петрик – единственный кандидат, который не боится презентовать свою программу развития – на день, на год и на пять лет. Начинает высоко: «Здесь закладывается одна из зерен гражданского общества к развитию театрального дела… Меня мотивировали к представлению на должность патриотические соображения. Я в театре двадцать лет, и больно смотреть, как убивают таланты…».

 

В его презентации – анализ деятельности театра: творческий, экономический, финансовый. Хоть детализированной биографии Петрик не рассказывает (за что все ему безмерно благодарны), все же вспоминает, что кроме художественного образования окончил еще и юрфак и финансы, а в диссертации работает именно над темой развития Львовской Оперы.

 

Схемы и диаграммы, глобальные и локальные проблемы, детальный перечень проблемных моментов, три этапа решения проблем, кадровые изменения и создания независимого общественного совета для надзора за театром. Так красиво рассказывает, что из зала вырывается возмущенный наезд на слишком хорошо подготовленного кандидата от «комиссара философии правовой самозащиты населения»… Аплодисменты Петрик собирает ощутимо крупнее своих предшественников.

 

Неуверенный ударник

 

Профсоюзный активист Олег Федик начинает красиво: «Я наверное самый интересный кандидат из всех кандидатов, потому что у меня нет стажа», но к концу своего выступления теряет интерес аудитории. В опере он работает на год дольше Эдера – от 1997 года. В 2003 году, поняв, что «никакими профсоюзными договорами мы не достигнем равенства с администрацией», Федик пошел учиться на менеджера и защитил диплом по «управлению неприбыльными организациями на примере Оперного театра» (хоть Оперный, вообще-то, госпредприятие, а значит, должен быть прибыльным).

 

Как и другие, программу он не представляет. «Но там есть детальный план зарабатывания средств, является вопрос о мотивации персонала, и системы премирования артистов». Хочет расширить творческий состав до 2 полных складов, освободить 50-70% адмінштату за непрофессионализм. Среди ожидаемых нововведений планирует ввести в театре видеозапись – чтобы учиться на своих ошибках.

 

«У меня нет ничего, кроме театра. Я не буду распылять свое внимание», – утверждает Федик, и добавляет: «Люди меня знают, я человек слова. Что говорю – то и делаю».

«Это круче, чем отбор на Евровидение» – комментируют интернет-трансляцию в сети.

 

Скрипач-бизнесмен

 

Орест Щудло, директор БО «Представительства» ПАО «Искра», член правления ПАО «Искра», имеет богатую биографию, о которой щедро рассказывает. Бизнес-справочник «Город Льва», гастроли в 30 странах мира, «приобретенное в искусстве перенес в бизнес».

 

Жалуется, что информации о Львовскую Оперу нашел совсем не так много, как хотел бы: финансовую отчетность ему отказались предоставить, а о культурной составляющей в деятельности Оперного театра информация вообще отсутствует! «По крупицам собирал», пока не заметил: «колоссальная сумма выделяется на культуру в Украине!» (здесь, конечно, зал заурчал, как голодный живот). 87% финансирование оперы – это дотации государства. В Ла Скала – 37% дотаций.

 

Щудло уверенно оперирует Законом «О театрах и театральном деле» – особенно в отношении способов заработка театров: прокат костюмов, продажа трансляций, сувениры и прочее. Ссылается на выводы аудита 2015 года: «нарушения приобрели системный характер». В программе (которую, конечно, тоже не показывает) обещает сохранение коллектива, и (как неожиданно и свежо!) невозможность привлечения артистов извне, если есть свои исполнители (это же дает такую экономию средств!).

 

Понятное дело, из зала звучит небезразлично вопрос: «А как же вы сделаете так, чтобы театр не стал эстетической забігайлівкою, а остался социальным институтом, призванным воспитывать зрителя?». На первом месте – искусство, отвечает господин Орест, – а потом уже – оптимизация расходов.

 

 

Потом начинается дискуссия с участием всех кандидатов. На банальный вопрос «Как вы оцениваете работу театра и руководства за последние годы?» смелое соответствуют Петрик и Федик. Первый говорит о неадекватном состоянии, в котором находятся время заместители гендиректора на рабочем месте; второй – о давлении на коллектив с помощью краткосрочных контрактов, и о людях, которые ушли в свое время с Оперы, и теперь славные в мире. Роман Ковальчук здесь, как и в большинстве резких вопросов этого вечера, пытается выкрутиться: «Если бы такие обсуждения деятельности театра были 5-10 лет назад, сегодня не было бы таких претензий к театру. Общественность Львова теперь созрела до того, чтобы контролировать национальные институты».

 

Вечный вопрос о совмещении двух должностей в одной вызывает, соответственно, такие же размытые и никакие ответы. Что тут отвечать, если закон уже принят, и все кандидаты на эту должность, очевидно, мысленно с ним согласились – по крайней мере, временно.

 

Зато очень точным (хотя может и не до тех обращенным) был вопрос про юридическую коллизию, которая спрятана в условиях конкурса. Дело в том, что должность худрука в Львовской Опере занята: ее занимает Василий Вовкун, и пока контракт не закончится, избранный комиссией должен быть только генеральным директором. Александр Драган отвечает на вопрос исчерпывающе: «Видимо, в министерстве думают, что это вопрос решится сам собой: действующий художественный руководитель без проблем станет генеральным директором, и никаких коллизий не будет (в зале аплодисменты). А если произойдет сенсация – то эту ситуацию должна решать организация, которая ее сделала».

 

Важнейший вопрос с точки зрения обновления методов работы и целой схемы существования Львовской оперы прозвучало в конце: будет ли все-таки аудит и расследования? Будут наказаны коррупционеры? Александр Драган отвечает весьма размыто, но утвердительно. Федик обещает публичный аудит, а дальше – «если соответствующие органы захотят отреагировать – пусть реагируют». Ковальчук вновь убегает от ответа: «Борцы с коррупцией сами часто бывают коррупционерами. Не с коррупцией надо бороться; надо создавать условия, чтобы она не возникала». Орест Щудло уверенно твердит: как имеете свидетельство коррупции, то уже надо подавать их в соответствующие инстанции! Олег Петрик отвечает по-менеджерски: на основе аудита будут решение с ликвидации факторов и субъектов, которые допускали коррупцию, и не только денежную.

 

Потом было еще немало вопросов и замечаний из зала. Завершить эту почти-стенограмму, наверное, стоит словам Мирона Юсиповича, который говорил много о печальные дела в Оперном, но оптимистично подытожил: «Если вы возьметесь, вам помогут!».

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика