Новостная лента

Первые Три дня супруги

05.05.2016

 

В браке взял тесть зятя под руку и сказал не как мужчина к мужчины (как это обычно водится), но как отец к сыну:

 

— Смотри на Лидочку, парень! Она немного причудливая, развезена даже несколько, то… из почвы хороший ребенок… Это наша вина, что она такая, а не иная… Но, Боже мой, кто имеет только одного ребенка и заверения лекарственных поваг, что больше детей не может быть, то очень трудно, то просто невозможно не развести того ребенка… Но из почвы Лидочка добрый ребенок… Можешь быть уверен, что никогда не предаст тебя, ни, как это у современных женщин водится, не будет разрушать тебя на строи… Только не перечь ей ни в чем… Видишь, она привыкла к тому, что мы старые все вволюємо ей волю….. Делай так и ты, пусть ей кажется, что она дальше еще круг отца и мамы… она Говорит „да”, пусть будет так… Ничего плохого или невозможного она не пожелает, но ты даже в мелочах не перечь ей… Даже… если бы она не имела смысла… Обещаешь мне это, парень?

 

Зять посмотрел в слишком блестящие глаза тестя и тронут протянул руку:

 

— Будьте спокойны, отец… Я не мог бы сказать, что я знаю женщин так, как некоторые молодые люди нашего времени… Но одно знаю: женщины любят, чтобы с ними обращаться нежно, как с хорими. Вы говорите еще, что Лидочка не любит, чтобы ей перечить… спасибо вам за совет и вот моя рука, в чем ей ни пол словом не перечитиму… Даже если бы правда была по моей стороне…

 

И зять с тестем в знак взаимного согласия и любви к Лідочки поцеловались.

 

Еще того самого дня отъехали молодежи вечерним поездом на новое хозяйство. Молодая женщина была увлечена своим новым гнездышком, что его так усердно на ее приезд приготовил ее муж. Спальня ввела ее в недоумение: с такой прецизністю, с таким нежным вкусом розложено здесь каждый мельчайший предмет.

 

—Ты это все сам, без ничьей советы закупил, выбрал, уложив?

 

— Сам, — ответил муж.

 

Тогда молодая женщина подошла на цыпочках к мужу, закинула ему обе руки на шею и потирая своей головкой до его бороды, спросила ласково, как только одиночки это умеют: — А когда ты стелил это кровать… не подумал ничего „злого” про меня, ну… о нас… Не было при этом у тебя еще других мыслей, кроме тех… чтобы я похвалила узор капы… Е?

 

Муж уже отворив мышцы, чтобы ей наглядно доказать, какие мнения можно иметь, когда стелется кровать накануне брака, но, вспомнив себе предостережение тестя, сказал неуверенным голосом: — Нн-и-никаких мыслей не имел я… уверяю тебя…

 

— И все будешь такой вежливый? — спросила.

 

— Увидим… — ответил виминаюче. Но увидев ее облачное личико, добавил скоро: — Разумеется, что все буду таким, каким ты себе бажатимеш меня видеть…

 

Да, но сказал это уже поздно: женщина сняла свои руки с его шеи, села в самый темный уголок отомани и не хотела уже осматривать его мастерской. — „Ничему не прекословить, только в ничему не перечить” — повторил себе несколько раз в уме предостережение тестя и на пальцах вышел к своей мастерской.

 

Когда около семи никто не звал его ужинать, мужчина розложив кресло, накрылся блюзою и положился спать, надслухуючи заєдно, не зовет его кто. И действительно: за часок послышалось ему, что кто-то в их спальне плачет. Встал, подошел к двери: в спальне плакала его молодая женщина. Этого уже слишком много! Слезы уже первого дня их супружеского сожительства: что подумал бы о нем его тесть!

 

Муж застал свою молодую жену в их постели, согнутую в клубочек, как громко хлипала. С ее уриваних слов понял только то, что он ее не любит и за это ей жизнь не мила.

 

„Но ведь это неправда, десять раз неправда!” Хотел уже громко возразить этой очевидной лжи, как вдруг подумал, что возражать ей теперь, когда она совершенно выведена из равновесия, значило бы подливать масла в огонь, поэтому сказал компромісово: — Возможно, любимая, что я не люблю тебя так, как ты заслуживаешь на это…

 

Это было худшее, что он мог сказать: молодая женщина аж плакать перестала из большого чуда, или сожаления.

 

Однако они еще в тот вечер помирились. В первом дне супруги гнев и извинения относятся к найроскішніших минут. Они зїли ужин таки в спальне. Она не позволила ему спать в кабинете без подушки, а он, чтобы не перечить ей, остался с ней.

 

Рано за завтраком сказала молодая женщина своему мужу: — Так плохо сегодня выгляжу, что аж девушка обратила внимание на мой вид. А ты какого мнения? — Ему вспомнилась предостережение тестя и ответил скоро: —Ты действительно, сердечко, несколько блідонька сегодня… На дівчиву не обращай внимания: если эта тебе не нравится, я приведу тебе другую… — И желая извиниться молодую женщину за дерзость служанки, наклонился над столом, чтобы поцеловать ее в локоть. Но женщина совсем не желала себе его извинений. Гневно отбросила его руку, встала изза стола и без слова отошла из комнаты.

 

„Что же случилось снова?” — подумал мужчина.— „Я же ей ни в чем не перечил… В нічогіському.”

 

За обедом опять перепросились.

 

— Она действительно хороший ребенок, только не надо ей ни в чем перечить — признал правы тестю.

 

Третьего дня шел дождь на дворе. Молодая женщина захотела поехать на почту, но решительно отказывалась взять зонт с собой.

 

Здесь впервые за три дня человек, забывая о предупреждении тестя, начал уговаривать женщину, чтобы таки взяла зонт.

 

Но и этим вместе это не получилось ему хорошо. Молодая женщина расплакалась в приявности фурмана: — Многие поможет мне твоя зонт, ветер со всех сторон завіває дождем… Много это поможет… Я и с десятью зонтами все равно достану катар… И будет колоть меня… Да, если бы ты хоть немного, хоть чуточку любил меня, то ты не пустил бы меня в такую погоду из дома… да, Да, ты парня отправил бы, коней на сто ветров разогнал бы, а меня не пустил бы…

 

Само собой, что немного помогло, когда он вияснював и оправдувався, что именно потому, что ее любит, не хотел позволить ей ехать в непогоду без зонта.

 

Она, громко хлипаючи, убежала в спальню, заперлась там и в отчаянии начала писать письмо родителям.

 

И как пришла ночь, ей стало жаль его, ибо не смотря на свою капризность имела доброе сердце, чтобы он снова не выбрался ночевать сам в кабинет и… дала перепроситися…

 

В постели уже вытащила из-под подушки письмо и на убытки начала читать из него некоторые места: — „…Мой муж совсем без воспитания, мама. Ты верить не хотела бы, что он уже первого дня сказал мне: что я (мне стыдно такое тебе писать, но я хочу, чтобы ты все знала!) как женщина, не делаю на него ни малейшего впечатления… Второго дня, что за неимением делікатности, мама, сказал просто с моста, что я совсем плохо выгляжу… А третьего дня… зная мое здоровля, имел сердце высылать меня, даже без зонта на почту так, как-будто нельзя было чуть подождать, вплоть почтальонов придет…”

 

И много было еще жалел в том письме, но мужчина не мог о них узнать, потому что женщина поцарапала письма и не можно было уже лоскутков склеить, Засипляючи уже, шепнул мужчина до ушка своей молодой жене: — А все же, если бы не твой отец, я не познал бы своей женщины в три дня по браке.

 

[Причудливое сердце, 1936, с.50-55]

 

 

 

 

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика