Новостная лента

Популисты выступают против неудач

17.09.2015

Доверие к владущого класса подрывают неудачные войны, неравномерный рост и нехватка чувства безопасности.

 

 

Бунт популистов против владущих элит, что охватывает развитые демократии, — это последний раздел старейшей политической истории. У каждого общества, несмотря на его форму правления, есть свой владущий класс. Ключевой же вопрос: элиты управляют в свою пользу — ради общего блага.

 

В течение десятилетий после Второй мировой войны владущі классы Западной Европы и США руководили экономикой и социальной политикой своих стран таким образом, что благосостояние подавляющего большинства их граждан улучшилось. За это граждане благодарили элитам определенным уважением. Доверие к правительству было высоким.

 

Эти владущі классы не были наполнены традиционной аристократией и лишь частично состояли из богатых. С течением времени ведущую роль перебирали образованные профессионалы. Многие из них имели сравнительно скромное происхождение, однако они посещали наилучшие школы и формировали прочные сетевые связи с другими студентами.

 

Некоторые из них были экономистами, другие — специалистами в области государственной политики и управления, третьи — учеными, чей вклад в борьбу во время войны обернулся на престиж в мирное время. Многие из них были юристами, способными направлять свои отточенные аналитические способности на правление. Они были, используя введенный в оборот в конце 1950-х термин, «меритократией», элитой, сформированной по заслугам.

 

В некоторых человеческих соревнованиях меритократические претензии в основном не вызывают проблем. В спорте мы отмечаем преимущество тех, кто выиграл. В науке рецензии коллег отмечают достижения; большинство людей в каждой специальности могут назвать несколько человек, которые заслуживают Нобелевскую премию.

 

Политика, в частности в демократиях, является более скомплікованою. Демократическое равенство находится во внутреннем напряжении с иерархическими притязаниями любого типа, в том и с признанием заслуг. В письме Джона Адамса Томас Джефферсон характеризует выборы как лучший способ поднятия «природных аристократов» на позиции власти. Он имел в виду таких людей, как он сам: широко образованных и обученных тонкого искусства управления.

 

Такой взгляд не пережил 1820-е, когда Эндрю Джексон возглавил народное восстание против него. Утверждая, что «коррумпированная сделка» элит обманом лишила его президентства в 1824 году, он одержал победу в 1828 году, которую обозначил как триумф обычного человека — фермеров, ремесленников, сильных первопроходцев — против денежных интересов. С тех пор троп о добродетельных людей, которые выступают против элит, заинтересованных в достижении своих интересов, продолжается в американской политике.

 

Однако это более чем американская история. В демократиях меритократія всегда будет находиться в состоянии обороны. Ее легитимность всегда будет зависеть от ее производительности — способности ґарантувати физическую безопасность и широкое распространение благосостояния, а также от успешного осуществления внешней политики и вооруженных конфликтов. Когда она не в состоянии это обеспечить, ситуация кардинально меняется.

 

Именно это произошло на всем Западе. Неудачные войны, нехватка внутренней безопасности и неравномерный рост подорвали авторитет владущих элит. Хоть голосование за «Брекзіт» в Соединенном Королевстве стало шоком, все же это был лишь последний из серии сюрпризов, направленных в том же направлении.

 

Среди сюрпризов — результат прошлогодних выборов в Польше, который сменил правительство во главе с правоцентристской партией «Гражданская платформа» популистско-националистической партией «Право и справедливость». В течение последнего десятилетия польская экономика росла вдвое быстрее, чем экономика любого члена Европейского Союза. Однако, как отметил журнала American Interest Генри Фой, успехи концентрировались в крупных городах Польши, в то время как другие населенные пункты отставали. Посткоммунистическая рыночная экономика, отмечает он, «разрушила традиционный образ жизни без надлежащего возмещения».

 

Неравномерный рост обуславливает культурного возмущение. «Мы лишь хотим вылечить нашу страну от некоторых болезней», — сказал в январе новый польский мінітр иностранных дел Витольд Ващиковский немецкой газете. Большинство поляков, с его слов, руководствуются «традицией, историческим сознанием, любовью к стране, верой в Бога и нормальной семейной жизнью между мужчиной и женщиной». Однако предыдущее правительство действовало так, «как будто мировые, как на марксистский манер, суждено развиваться только в одном направлении — к новой смеси культур и рас мира велосипедистов и веґетаріанців, которые используют только возобновляемые источники энергии и борются со всеми проявлениями религии».

 

Новые меритократи, следовательно, подвергаются и культурное, и экономическое возмущение. Образование готовит их к тому, чтобы пробиваться вперед в экономике знаний, оставляя индустриальные и сельские районы позади. Однако она также побуждает их ставить под сомнение традиционные ценности и приветствовать культурное разнообразие. Образованные классы меньше руководствуются партикуляристськими призывами к этнической и национальной идентификации, а больше — интернационализмом и универсальными нормами. Многие из них больше отождествляют себя с элитами за рубежом, чем со своими менее образованными и менее успешными соотечественниками.

 

Подобные деления являются наглядными повсюду на Западе. В зависимости от баланса сил политические последствия в каждой стране различны. Но условия борьбы в основном подобные. Так же, как и угрозы — не на корню и для демократии.

 

William Galston
The Populist Revolt Against Failure
WSJ, 30.08.2016
Зреферувала Леся Стахнів

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика