Новостная лента

Пост о пост-правду

30.12.2015

 

Текучие времена, отмеченные философом Зиґмунтом Бауманом, доплыли до того, что выродились в пост-правдивые. Оксфордский словарь выбрал словом года «post-truth», то есть «пост-правдивый», ведь составители отмечают, что это прилагательное. «Пост-правдивый» («post-truth») – это связанный или такой, что обозначает собой обстоятельства, при которых объективные факты меньше влияют на формирование общественного мнения, чем апеллирование к эмоциям и личных убеждений».

 

Мы живем во времена, когда правда приобретает все ефемерніших рис, она растворяется в болоте полуправд, тонет в трясине манипуляций и передергиваний. Ее все труднее отличить по маскировочным камуфляжем, в который все одевает гибридная война.

 

Пост-правдивые времена – это и доминирование правды поста, фэйсбучного поста. Эмоциональный, с надрывом, где постулируется желчь и злость, непроверенные слухи выдаются за правду, а словосочетание «испорченный телефон» приобретает новых смыслов. Это собственная колокольня, с которой можно плевать на всех. Можно окружить себя единомышленниками, обложиться ими поможет сам фейсбук, чтобы каждый мог чувствовать себя комфортно и давить на других, которые привыкли ставить все под сомнение.

 

Сутки поста как права на подстраивание мира под себя. Еґоцентризму, спровоцированного тарґетованою рекламой, хотя на самом деле это подстраивание под мир. Самолюбование в сотни отпечатков себе подобных юзеров-зеркал.

 

Когда facebook и вконтакте разнились перед всем тем, что стартовой страницей первого была лента новостей, а второго – персональный профиль. «Что там у других» против «какая(ой) я прекрасная(ый)». И вконтакте отступил, сдался перед натиском своего заокеанского прообраза, и тоже сделал главной ленту. Однако со временем механизм facebook начал действовать так, что лента создает приятные для уха посты. Появляются отражение нас самих. Мы – то, что мы лайкаємо и шеримо.

 

Ярина Винницкая в своим недавним тексте пишет: «Соцсети — это огромное мировое «кривое зеркало», только наоборот — в нем все выглядит гораздо лучше, чем есть на самом деле». Нет, социальные медиа – это формирование системы зеркал, которые стоят друг напротив друга и отражают уже отраженное изображение. Симулякр симулякру. Этот парадокс вечного спуска, в которой суть удаляется и мелеет с каждым кьяром без проверки фактов, каждым идентичным ее прочтением, каждым некритичным комментарием. Она удаляется сама от себя, мелкое пока не нивелируется и исчезает, что ею можно пренебречь. Зато растет в глазах постульоване, само на себя опираясь, вірогіднішає и певнішає в своей нарцистичности.

 

При чем зеркало сие специфическое – оно черное. Черное зеркало с огромным набором пост-правдивых инструментов: фотошопами, видеоредакторами, тролефермами, чтобы иметь возможность каждой минуты запостить бутафорский контент на фейковый сайт, чтобы накрутить себе впоследствии количество просмотров с фейковых аккаунтов или загнобити тех, кто все еще сомневается.

 

Эта многозначность слова «пост-правда» или то же «пост-правдивый», как его можно прочитывать по – украински- прекрасное и крайне символическая, а заодно и печальная. Она показывает всю его многомерность, всю многоликость и пост-правдивость, ибо крайне трудно сразу понять, что действительно за всем этим стоит, что действительно имелось в виду тем или той, кто его употребил.

 

Вся эта сложность при том идет не от «истинной» части, а от «постовой». Правда не влияет даже на само это слово, она випхана за рамки, будто поставлена в угол на гречку, чтобы могла подумать о собственную роль не только в современном мире, но и в этом проклятому «слове года» от составителей Оксфордского словаря. Все, забудьте о ней, ее время прошло, теперь другая эпоха.

 

Итак, все дело в «посте», его семантическом разнообразии, старых и новых формах, новоприобретенным смыслах. «Посте» как «после», как признаке обесценивание чего-то, отрицание, нивелирование, отторжение. Это выставление за пределы или в угол.

 

«Посте» как «ответственной должности», карьере будущего. Важной профессии, суть которой сводится к проверке фактов и поиске правды среди сотен фейков, тысяч симулякров, миллионов полуправд и банальных небылиц, чтобы найти ее и явить всему миру. Чтобы развеять сомнения и дать надежду. Или спрятать подальше, затлумити, чтобы никто к ней никогда не пробился, отбить ее тысячи отпечатков в черных зеркалах, чтобы уменьшалась, пока не исчезла, пока голос ее не превратится в далекую луну или даже отзвуки эха, потому что же «эхо зеркала ничего не знает о зеркало» (Грицько Чубай).

 

«Посте» как наблюдательном пункте, месте надзора, откуда необходимо внимательно следить за правдой, нести службу за правду, защищать ее от посягательств или предохранить других от возможности узнать правду, держать в плену сладкой лжи и приятных иллюзий, к чему сами десятками и сотнями стремятся.

 

От этого всего возникает ощущение, что пост-правда появилась от того, что религия черных зеркал ввела пост на правду. Человечество дозирует ее для себя, будто боится перенасититись, словно ее так трудно переваривать, с ней так трудно ужиться.

 

Вероятно, одним из лучших объяснений современной ситуации с пост-правдой является старая загадка о правителе, который не хотел, чтобы чужаки приближались к его владениям. Границу проходил через реку, над которой возвышался мост. У него повелитель поставил стражу и приказал ей спрашивать каждого, кто осмелится перейти черту: «Зачем идешь?» Если ответ окажется правдивым, то путника следует утопить. Если же путешественник соврет – постовой должен его повесить. Никто долгое время не решался приближаться к мосту, но как-то появился крестьянин, который решил пересечь границу. «Зачем идешь?» – Спросил его часовой. И по легенде этой загадки он ответил что-то такое, что заставило постового пропустить мужчину.

 

«Иду, чтобы быть повешенным на этой виселице», – якобы сказал он. Далее перед стражем встала тяжелая дилемма, потому что за ложь он должен был бы повесить на мужа, но после исполнения приговора оказалось бы, что крестьянин сказал правду, а за такое его следовало бы утопить. Поэтому, поразмыслив немного, страж отпустил его. Однако такие законы действуют лишь в загадочной реальности. В пост-правдивые времена охранник границы без лишних раздумий затянул бы веревку на шее крестьянина, потому что только после исполнения приговора его слова превратятся в правду. Точнее пост-правду. От чего ему никак не полегчает, ведь вероятно, что дальше смельчака не только не реабилитируют, а еще и потащат топить.

 

Однако не нужно сгущать краски. Период пост-правды должно сплотить тех, для кого правда имеет значение. Они смогут объединиться и противостоять недоверчивым людям, которые отстранятся от реальности ширмой релятивизма и «тарґетованої правды». Будут отражать отпечатки, пока наконец не змілюють и не исчезнут.

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика