Новостная лента

Потерять, чтобы найти: Нью-Йоркская группа

12.10.2015

 

Цикл встреч, авторских чтений и дискуссий «Великое возвращение Нью-Йоркской группы» завершился премьерой документа «Аквариум в море». Несколько недель назад приглашенные писатели вернулись в США. И теперь матрица НЙГ как культурного явления лежит перед глазами украинского читателя, и хочет ответов.

 

 

Эти писатели никогда не писали манифестов и не собирали собрания. НЙГ не выдавала членских билетов. Первоначальная семерка Нью-Йоркской группы – это Тарнавский, Богдан Бойчук, Богдан Рубчак, Патриция Килина, Эмма Андиевская, Женя Васильковская. Поиски себя и определение окружающего, желание дать имя тому, что звенело в воздухе, и собственная внутренняя энергия как протест против ассимиляции в английском языке и литературной традиции высекли их стиль. А совместное с бітниками литературная среда помогло сделать форму произведений настолько выразительной и оригинальной, хоть и писали они на русском, критики говорили, что такое письмо уж слишком не типичное для украинского языка.

 

Иван Светличный говорил об их творчестве: «пагубность публицистики для поэзии они понимают хорошо». Почти восемьдесят лет назад, когда 3 ноября 1937 года в урочище Сандармох стояли под стеной Лесь Курбас, Николай Кулиш, Валерьян Подмогильный и многие другие, они только родились. Их родители, украинские беженцы, спасаясь от войны, вывезли их в лагеря D. P.. В эмиграции они стали авангардом диаспоры, так и оставшись украинцами на чужбине. Тех, что погибли в 1937, Юрий Лавриненко позже назвал » Расстрелянным Возрождением, а тех, что выжили, за несколько десятилетий ввел в литературу как Нью-Йоркскую группу, тем самым подхватив прерванную традицию украинского модернизма.

 

 

И к пониманию и составление литературной иерархии был долгий путь, который завершается (или продолжается?), очевидно, на современном читателю. Документальный фильм «Аквариум в море», что и стало поводом для «возвращения» снял Александр Фразе-Фразенко. Средства на ленту искали в несколько этапов: сначала в Украине, потом в США, где и собрали большую часть (в частности, благодаря Научному Обществу им. Шевченко в Америке и частным пожертвованиям).

 

Продюсировал фильм писатель Василь Махно: «В процессе съемок фильма оказалось множество разнообразных историй, которые «кружат» вокруг Нью-Йоркской Группы, и хотя я лично знаком со почти всеми ее участниками, и даже мне было интересно услышать эти мифы и легенды. К тому же, без Нью-Йорка понять творчество этих поэтов бывает сложно вследствие особого урбанистического ландшафта, которым перенасыщен этот город. Надеюсь, что зрители будут иметь возможность открыть поэзию и смысл жизни этих легендарных поэтов».

 

 

Премьера в рамках Форума издателей вышла атмосферной: в зале присутствовали Юрий Тарнавский с дочерью, Богдан Бойчук и жена Богдана Рубчака, профессор Марьяна Рубчак. Фильм удивил энергетикой и ритмом кадров: герои счастливы, и этому не мешает их почтенный возраст – в «Аквариуме в море» нет обреченности или нареканий. Смотреть это кино легко, а закадровая начитка поэзии в нескольких сценах подчеркивает самих авторов, раскрывает их.

 

Есть в картине и крайняя откровенность: это Патриция Килина, бывшая жена Тарнавского. Он отказывается комментировать их отношения, однако Рубчак и Бойчук шутку рассказывают о забавных случаях их совместной жизни. Судьба этой женщины – американки, которая в поиске собственной идентичности выучила украинский язык так, что писала стихи, а потом продолжила поиски, и на английском написала культовый для ЛГБТ сообщества США роман Front Runner – показывает мультикультурный излом, на котором творили писатели НЙГ. А также дарит выбор, который они сделали.

 

Есть в фильме и Эмма Андиевская и Вера Вовк, Женя Васильковская, и поэтому он напоминает разговор не о давноминуле, а о том, что было будто вчера. Премьера завершилась овациями в десять минут.

 

 

О том, что осталось за кадром, режиссер Александр Фразе-Фразенко рассказывает: «Когда я завершил первый монтаж, то понял, что кино длится четыре с половиной часа! Во Вроцлаве на европейской премьере я показывал версию продолжительностью два часа десять минут. Американская и украинская премьеры получили версии по часу сорок. Я подумал, что из этого материала я могу сделать не одно кино, что стоит еще доснять и сделать несколько отдельных фильмов о членах группы. Например, сейчас в активной работе фильм «Casi Desnudo» о Юрия Тарнавского, громкую премьеру которого мы уже планируем в следующем году. За кадром теперь основной версии остались сцены, которые могут быть понятны исключительно украинцам. Я хотел, чтобы зрители, просмотрев это кино, почувствовали в первую очередь удивительную силу поэзии. Теперь в течение следующих месяцев «Аквариум в море» будет иметь прокат городами восточного побережья США – Бостон, Филадельфия, Вашингтон и др.

 

Наши фильмы о украинских поэтов важны по нескольким причинам. Во-первых, об этом нет никаких других фильмов. Во-вторых, фильм – наиболее действенный и масштабный способ захватить и втянуть людей в мир, на который ты обращаешь внимание. И в-третьих, эта часть украинской культуры, модерністична традиция, украинцам очень нужна, потому что украинцы – просто уничтожены люди. Их (в основном «совок») загнал в этнографическое гетто с вышиванками, глупой музыкой и примитивными поэтами, а мы имеем все, что ставит нас на уровень мировой культуры».

 

 

После авторских чтений в театре Леся Курбаса, и просмотра фильма приходит время на возвращение главного: текстов. А это требует грамотной оптики, что видит не только группу, но и все явление – поколение, к которому присоединились впоследствии Юрий Коломиец, Олег Коверко, Марко Царинник, Роман Бабовал и Мария Ревакович. (Антология «Координаты», которую издали в 1969 году Бойчук и Рубчак, объединила свыше ста авторов).

 

«Чтобы сделать возможным присутствие этих произведений, нужно понять энергию, которую они превращали в слова: те, кто покинул места своего рождения в раннем возрасте, осознавали себя скорее путешественниками, чем изгнанниками, лицами перемещенными, а «смещенными», как метко выразился Богдан Рубчак. Даже Нью-Йорк стал для них не конкретным городом, а местом модерности, условным и омовленим», – говорит літературознавиця Елена Галета. – «Без Нью-Йоркской группы украинская литература добровольно лишилась бы зрелого модернизма и авангарда, сложного, но неповторимого опыта построения мира, опирающегося исключительно на конструкцию языка. Возвращаясь к исходному вопросу о принадлежности к “нашей литературы”, решусь переложить ответственность на читателей. Готовы ли мы сегодня принять как свою густую интертекстуальность, не ограниченную рамками национальной литературы? Готовы к новой поэтики, предстает в схватке синтаксиса и семантики? Собственно, станет отваги, чтобы разместить Нью-Йорк на карте украинской литературы? А еще, наконец, о том, что такое география, имеет и она может определять историю текста: литература – это все-таки не почтовый перевод, определять ее исключительно по месту отправления художественных “сообщений” довольно сомнительно. Шевченко большую часть своих произведений написал также “не с Украины” – из Санкт-Петербурга, с Оренбурга, с Кос-Арала, с Новопетровской крепости, из Нижнего Новгорода. Леся Украинка написала “Одержимую” в Минске, “Боярыню” – неподалеку от Каира, “Лесную песню” и “Каменного хозяина” – в Кутаиси, и это лишь несколько примеров. Участники Нью-Йоркской группы определяли свое место на литературной карте не географией, а выбором языка и отношением к ней. И если первая волна украинской послевоенной эмиграции творила литературу вопреки историческим обстоятельствам, то поколение Нью-Йоркской группы провозгласило творчество независимо от обстоятельств. Нужна была немалая отвага, чтобы после потерь и угроз предыдущих десятилетий заявить о своем праве на язык не только как объект сохранения, но и пространство эксперимента».

 

Пока история литературы определяет место НЙГ, авторы находятся в условной тени. И на встречах в рамках «Великого возвращения» они четко показали, что несмотря на почтенный возраст и расстояния, до сих пор готовы к диалогу со своим читателем. Потому, убеждена, пришло время на прочтение, перепрочитання, и в конце концов осмысления идентичности этих текстов, этих людей.

 

Не степями и горами

протянулась твоя география —

на полушариях миллионов сердец

и сквозь невидимые просторы песен.

Не создала тебя история,

а тоска за твоей красотой.

Ты родилась в душах, как поэзия,

и твое понятие звучит, как метафора.

— Страна из стонов и молитв,

важный продуценте смерти,

недаром своей форме

напоминаешь розжоване сердце.

27.01.1965

Юрий Тарнавский

 

Место как география не весит ничего, пока его не назвать. Место как языковой код, как дом, становится началом, мифом, верой, разочарованием и завершением одновременно. Читая стихи этих поэтов, понимаешь: эта игра метафоры – присутствия любви к этой земле. И это словно смотреть на себя в зеркало: история о поиске себя в пространстве, в чужой стране, а тогда – о поиск и нахождение страны в себе.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика