Новостная лента

Прокуроры – плохиши. Но не обязательно

12.10.2015

 

Без сомнения, украинская прокуратура имеет ряд серьезных недостатков. Но ее – прокуратуры, а не пороков – широкий осуждение, который с недавних пор является топ-трендовым, омрачает тот факт, что в функционировании этого института есть определенный смысл. модерном обществе также.

Если вскоре не проявится никакого положительного эффекта от всех реформ, которым подверглась прокуратура, то причиной этого, прежде всего, будет недостаток понимания новейшей роли ведомства. К тому же нежелательная перспектива усугубляется тем, что и сейчас не видно инициатив, которые бы последовательно предлагали качественно отличную от действующей роль для прокуратуры.

 

Весной этого года в Украину с лекцией посетил заместитель директора Института Кеннана Уильям Померанц. Свою лекцию он начал с того, что углубился в историю XVIII века: от этого периода исследователь вел историю прокуратуры на территории Российской и советской империй, в состав которых была включена Украины. С Уильямом Померанцем можно согласиться: зря, что прошло четверть века, – украинская прокуратура и в дальнейшем остается наследницей имперских предшественниц. Именно поэтому большинство людей думает, будто задача прокуратуры заключается в том, чтобы “надзирать и наказывать”.

                  

Предприниматель понял обозначенную роль прокуратуры через давление всевозможных проверок и вал исков, госслужащий – развертывание навесы дамоклових мечей в виде прокурорских представлений, предписаний и протестов, правонарушитель – уголовное преследование. Последний, ненавидит прокурора больше чем судью, поскольку исключительно по решению прокурора он оказался на скамье подсудимых.

 

Не удивительно, что с таким набором представлений и рассуждений о прокуратуре, все чаще раздаются призывы – расформировать, и даже полностью ликвидировать ведомство. Поэтому, похоже на то, что институт прокуратуры являются обреченными на исчезновение. Однако это ошибочное мнение. Ведь обреченными на исчезновение является не сам институт, а его репрессивная роль. Это историческое явление и вызванные ею конфигурации системы органов прокуратуры и соответствующие практики, бесспорно, должны как можно скорее уйти в прошлое.

 

Какая же роль должна быть выбрана взамен?

 

Каждое общество функцию обеспечения коллективной и личной безопасности своих членов делегирует прежде всего государству. Государство, перенимая на себя эти функции, в частности обязуется охранять и защищать жизнь, здоровье, свободу и собственность людей от преступных посягательств. Поскольку реальную угрозу их правам, свободам и интересам несут в основном уголовные правонарушители. Государственными органами, что почти всюду является ответственным по выполнению этих функций, есть специальные и следственные подразделения, а также органы обвинения (прокуратуры).

 

Между тем, государственное (в Украине с 30 сентября этого года – публичное) обвинение уголовных правонарушителей в суде, которое долгое время считалось главной обязанностью прокурора, теряет актуальность. Причина этого кроется в изменении парадигмы уголовной юстиции: если раньше она была полностью сосредоточена на наказаны и исправлении правонарушителей, то сейчас уверенно переориентируется в компенсационную (восстановительную) плоскость. Ибо только таким образом она способна удовлетворить общественные потребности – помочь восстановить нарушенные преступлением права, а не свои собственные – сформировать “положительную” уголовную статистику.

 

Хотя в Украине данная тенденция является еще достаточно слабой, в современных демократических обществах ее легко проследить. Все-таки где она проявляется в частности в том, что общий процент уголовных производств, которые направляются в суд с обвинительным актом, а следовательно затем становятся предметом судебного спора, – неуклонно уменьшается. Такие обстоятельства, в свою очередь, еще больше усиливают влияние прокурора на каждое уголовное производство. Ведь если львиная доля уголовных производств фактически заканчивается на стадии досудебного расследования, вес прокурора в уголовном производстве закономерно становится определяющей, потеснив судейскую.

 

Учитывая смену парадигмы уголовной юстиции и возросшую вес прокурора в уголовном производстве, в модерном обществе прокуратура призвана заботиться об устранении последствий уязвимого положения, в котором оказались потерпевший, общество и государство за уголовное правонарушение, которое совершено или готовится. Иначе говоря, свое значительное влияние на досудебное расследование прокурор должен использовать для того, чтобы не только направлять ход расследования и координировать работу следственных и специальных подразделений, он также должен обеспечить надлежащую координацию государственных учреждений, оказывающих поддержку пострадавшим от преступлений и обличителям.

 

Переизбрание украинской прокуратурой на себя этой роли станет мощным толчком для преобразования ведомства с государственной на публичное учреждение, а также будет способствовать росту уровня доверия и уменьшения проявлений негативного отношения к прокурорам. Однако самое главное – это обеспечит надежную почву для развертывания в уголовном процессе истинной дихотомии “конфликт – разрешение конфликта”, где есть место и потерпевшему, вместо ошибочного – “преступник – обвинитель”. В конце концов, это поможет украинским прокурорам определиться с собственной миссией.

 

Вместе с тем надо оговориться, что здесь ни в коем случае не постулируется мнение, будто определение, даже нормативное закрепление новой роли или миссии украинской прокуратуры автоматически утвердит практики, призванные реально заботиться об устранении последствий уязвимого положения, вызванного уголовным правонарушением. Охарактеризованы практики могут возникнуть исключительно как результат сознательной государственной политики и широкого ряда других практических мероприятий в области уголовной юстиции. Потому что уголовная юстиция все-таки является сложной системой, как нормативно, так и институционально.

 

Государство должно начать с устранения преград, которые сдерживают применение института соглашений в уголовном производстве и других правовых институтов, поощряющих правонарушителя покрытия убытков (вреда), причиненного преступлением, и разоблачения других правонарушителей. В таких преград прежде всего относятся: отсутствие закона об уголовных проступках; законодательные ограничения круга случаев, в которых могут быть применены упомянутые институты; архаичный порядок назначения и виды наказаний, которые не соответствуют требованиям современности, поскольку они еще остаются элементом традиционной (репрессивной) парадигме уголовной юстиции. При этом нельзя обойти вниманием и тот прискорбный факт, что применение упомянутых институтов искусственно сдерживаются еще и руководителями органов прокуратуры.

 

Инициативу с начала практических мероприятий могли бы взять на себя сами прокуроры, например оставив жесткий обвинительный уклон, который тяготеет к клеймения, в уголовных производствах относительно преступлений небольшой и средней тяжести.

 

Наконец и такой аспект: практики, которые призваны заботиться об устранении последствий уязвимого положения, вызванного уголовным правонарушением, также должны касаться и правонарушителя. Ведь и правонарушитель нередко при таких обстоятельствах оказывается в уязвимом положении. Конечно, здесь прежде всего речь идет о людях, которые совершили нетяжкие преступления, в период несовершеннолетия, не умышленно или преступления, не имеют потерпевших (например, хранение небольшого количества наркотических веществ).

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика