Новостная лента

Речи, медиа и опасность фраґментованості

11.02.2016

Потеря тщательно подготовленной риторики значительно усложняет информационное взаимодействие

 

 

Каждого, кто следит за текущими публикациями на тему указа президента Трампа относительно иммиграции, ждет настоящий мультимедийный вызов. Собственно говоря, это отличный пример того, насколько сложно передавать четкое сообщение в информационную эру.

 

Граждане перескакивают из новостей кабельного телевидения на официальные письменные заявления, далее на сайт правительства, затем на президентский твит, на последние новости Фейсбука, вердикт суда, электронную петицию, юридический блог и так далее. Все это периодически переваривается и вбрасывается в он-лайн маслоробку живых блогов, к которой традиционные средства массовой информации теперь обращаются за стремительными событиями, которые заслуживают освещения в прессе.

 

Аргументы за и против президентского решения ограничить иммиграцию из нескольких преимущественно мусульманских государств приводились разрозненно, везде где можно. Как мультимедийная фраґментація – кроме того, что вызывает у рядового заинтересованного читателя головная боль, гнев и фрустрацию – влияет на наш способ восприятия информации? И как стоит реагировать лидерам, которые пытаются подать четкий месседж в такой ситуации? Можно ли как-то воспользоваться этой путаницы?

 

Традиционно думают о риторике как о науке о публичные речи, но теперь это значительно более широкая сфера.

 

Несколько тысяч лет назад (для определенного упрощения) публичные дебаты имели форму тщательно спланированного соревнование сторон в определенном месте встречи. Вы бы пошли на агору или форум, наряженные в тогу и прочее. Произнесли бы речь, а ваши оппоненты произнесли бы свои, оппонируя вам. Ваши аудитория была бы единственной аудиторией, в пределах слышимости, и ваш оппонент обращался бы к той же аудитории, что и вы. Соревнования сторон происходило бы в том самом месте, на том же языке и в том же литературном жанре.

 

Это прошло уже давно. Политики, за исключением особых случаев, больше не произносят официальные речи стоя. Они обращаются к своей публике в множество способов. Темы и основные тезисы кратко изложены до и после их выступлений; позирование перед прессой; остроумные цитаты в новостях, что постоянно повторяются; официальные заявления могут быть сделаны в письменной форме; или могут быть донесены» до публики личным сообщением в социальных сетях.

 

Публика вылавливает фрагменты информации. Эти фрагменты не обязательно соотносятся друг с другом непосредственно. И некоторые из них не являются заслуживающими доверия – «фейковые новости», «альтернативные факты», – но во всем этом водовороте нет ячейки, ни согласованных стандартов или арбитра, что за ними можно протестировать достоверность каждого фраґмента. И все это коґнітивне перегрузка ослабляет способность их проверять или дифференцировать.

 

Также больше нет отдельно взятой публики, на которую ориентируются лидеры со своими воззваниями. Все сообщают, подслушивают, передают, ретранслируют. Это ощущение многоцелевой аудитории еще больше все усложняет. Например, Тереза Мэй всячески старалась понравиться американскому президенту и одновременно умиротворить строптивых сограждан. Это скаламутило ее месседж, через что она стала выглядеть нерешительным. Бизнес-руководители в кризисной ситуации могут столкнуться с чем-то аналогичным, ища месседж, который найдет отклик у разной публики среди владельцев акций, поставщиков, контролирующих органов, потребителей и медиа-комментаторов.

 

На мой взгляд, существует две различные стратегии, которые вы можете принять в таких условиях.

 

Первая-та, которой придерживается администрация Трампа: пробовать воспользоваться замешательство. Если ничему нельзя верить, и внимание публики ослабевает, вы можете подбросить полов: напускайте еще больше тумана и не переживайте противоречиями или цофанням, потому что если вы придерживаете нескольких противоречивых позиций одновременно, то всегда можете сделать финт ушами.

 

Это – особенно для тех, кто из мира бизнеса – может выглядеть привлекательным как краткосрочная стратегия в условиях тумана на поле боя. Но она может оказаться очень рискованной в долгосрочной перспективе. Будут люди, которые на все будут обращать внимание и занотовуватимуть. Эти заметки, возможно, найдут свой путь к юристам и их будут рассматривать в суде. Мельницы истории, возможно, перемалывают медленно, как выразился Генри Уодсворт Лонґфелло, но перемалывают мелко.

 

Вторая стратегия является противоположной: она заключается в том, чтобы учитывать свои разные аудитории и разнообразие медиа, которые добьются их внимания, и так искусно подготовить месседж, чтобы он удовлетворил если не всю публику, то как можно большую ее часть. Вы работаете над опровержением ложной информации, обрубая головы гидре дезинформации очень быстро и четко. Ваш месседж будет ясным, логичным и совместим со всеми политическими позициями. Другими словами, у вас может быть очень пестрый хор, но все они будут петь гимн с одного листа. И ради Бога, постарайтесь, чтобы его мелодия легко запоминалась.

 

Sam Leith
Public speaking, news media and the danger of fragmented messages
The Financial Times, 1.02.2017
Зреферувала Галина Грабовская

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика