Новостная лента

Система не работает

15.12.2015

Популистское недовольство — От Италии и Англии до Огайо — связано со справедливости, а не экономикой.

 

 

Лев Толстой писал, что все счастливые семьи счастливы одинаково, а каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. Уроки 2016 года среди прочего утверждают, что, политически говоря, Толстой был неправ.

 

Это был год, в котором все, что не могло произойти, не должно было быть, не должно было произойти — произошло. В мае филиппинцы выбрали человека, которая сказала, что была бы рада убить миллионы наркоманов, так же как Гитлер убивал миллионы евреев. В июне британцы отвергли Европейский Союз — вместе со всей элитной сметанкой, что говорила им оставаться в нем. В октябре колумбийцы отвергли соглашение с ФАРК, за которую их президент был удостоен Нобелевской премии мира. Месяцем позже: Дональд Трамп — президент-элект.

 

Теперь итальянцы подавляющим большинством голосов отклонили предложенные изменения к Конституции, которые должны были сделать их политическую систему функциональной и сделать возможной экономическую реформу. Беппе Грилло, популистский политик, который вел кампанию против изменений, хвастался в своем блоге в воскресенье, что «времена изменились». Так, изменились.

 

Филиппины, Великобритания, Колумбия, Америка и Италия — крупные несчастливые семьи. И Франция, где действующий президент не решился выдвинуть свою кандидатуру для переизбрания, и Бразилия, где президента свергли в августе, и Южная Корея, где собираются объявить импичмент президенту в конце этой недели. Никто не должен думать, что переизбрание Ангелы Меркель в следующем году является несомненным, или что Марин Ле Пен не станет президентом Пятой Республики. В несчастливых семьях есть одна общая черта — в них отсутствует антипатия бить тарелки.

 

Что случилось? В 2014 году Даниэль Дрезнер, профессор университета Тафтса, опубликовал книгу, восхваляющей по тушению пожаров финансового кризиса 2008 года Международный валютный фонд и другие институты «экономического глобального управления». Глобальная экономика балансировала на грани новой Великой Депрессии, но он не упала. Ergo, успех.

 

Книга называлась «Система сработала». Кроме случаев, когда этого не произошло. Система больше замасковувала проблемы, чем их решали.

 

Государственные статистики могут показывать снижение уровня безработицы, но они дают скудные представления о статусе ныне доступной работы или оплату ранее доступной работы. Дать неограниченный кредит перепуганному пациенту всегда будет иметь наркотический эффект; а также может вызвать эффект зависимости. Практически нулевые (или отрицательные) процентные ставки стимулируют фондовые рынки — на радость опытных инвесторов и разочарование экономных людей. Спасение банков может иметь «системный» смысл. Но они отграничивают поведение от последствий. Передавая управление экономикой от вибираних должностных лиц в руки невибираних банкиров и регуляторов тешит самолюбие интеллигенции, но одновременно оскорбляет чувства нормального человека, что ее голос в делах ее собственного существования должен учитываться.

 

Другими словами, «система» с ее високомудрою рациональностью и заумными маневрами поразила миллионы людей непонятностью и несправедливостью. Может и хорошо, что небо не упало на всех, но мало бы упасть хоть на кого-то? Берни Сандерс дошел на удивление близко к номинирования его кандидатом от демократов, называя Уолл-Стрит ошустами и требуя уголовного преследования. Хиллари Клинтон потеряла Белый дом, так прекрасно символизируя систему, которая якобы работала так хорошо. Дональд Трамп является тем, кем является, и читатели знают, что я думаю об этом. Непростительно грехом госпожа Клинтон было ее чрезмерное и незаслуженное — чувство собственной избранности.

 

Посмотрите еще раз на другие крупные политические неожиданности этого года.

 

Колумбийцы отвергли мирный договор, потому что невыносимо, когда террористам легко сойдут с рук их преступления. Филиппинцы выбрали Родриго Дутерте, потому что требовали моральной справедливости против наркоторговцев, не обращая внимания на тонкости юридической справедливости. Британцы зіґнорували мрачные предупреждения о последствиях выхода из ЕС, потому что полномочия Брюсселя нарушили их чувства демократического суверенитета. Итальянцы сказали премьер-министру Маттео Ренци убираться прочь, потому что не симпатизируют планам, которые, как они видят, сделанные в Берлине в пользу немцев.

 

Волна популизма, что сейчас заливает целый мир иногда описывается как бунт против глобализации: иммигранты не в состоянии усвоить ценности принимающей стороны, бедные страны забирают рабочие места от богатых и так далее. Но корень недовольства не в экономике. Речь идет о справедливости. Почему банкир получает бейл-аут в то время, когда продавец банкротится? Почему нелегальный иммигрант получает гражданство без очереди гражданство? Какое право имеет иностранный судья рассказывать нам, на какие наказания заслуживают наши преступники? Почему наши солдаты рискуют своими жизнями для защиты богатых союзников?

 

Те из нас, кто верит в либеральный международный порядок (ныне насмешливо называемый «глобализмом») должны об этом подумать. Есть мощные научные аргументы о преимуществах свободной торговли в сравнении с меркантилизмом, о преимуществах Pax Americana в сравнении с America First [в первую очередь Америка]. Но поборники либерализма будут продолжать терять арґументацію, если мы не научимся выкладывать доказательства не в терминах «что делать», а в терминах «что есть правильно».

 

Bret Stephens
The System Didn’T Work
The Wall Street Journal, 5.12.2016
Отреферировал А.Д.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика