Новостная лента

Скользкая дорожка

21.10.2015

 

Вечером 17 октября было полнолуние… При полные часто активизируются маниакальные наклонности, у людей появляются проблемы со сном, обостряются чувства. Странно и жаль, что на молодой месяц обратные процессы не действуют. И в этот понедельник во Львове, в Концертном зале им. С. Людкевича состоялся концерт камерного оркестра «Collegium Musicum» под руководством крепкого и талантливого дирижера азербайджанского происхождения из Германии Валида Агаева. Концерт имел довольно обычный заголовок «Бах–Перселл–Шнитке–Стравинский», поэтому не трудно было догадаться – желающие послушать Моцарта или Штокгаузена уже из заголовка были разочарованными.

 

 

Утром 17-го октября, листая ленту в фейсбуке, наткнулся на новость от модератора мероприятия Тараса Демка, которая гласила: «Выиграй поездку на чудо-поезде по маршруту Львов–Бах–Перселл–Шнитке–Стравинский» с подписью «Дорожка кайфа».

«Что-то эта скользкая дорожка…» – подумалось мне, и все же предложение такого музыкального наркотика не обошла меня стороной. Поэтому, переполненный сомнениями и, наверное, под влиянием Луны, я все же соблазнился посетить концерт с кроваво-синей фактурой на фоне афиши.

 

Уже традиционно на мероприятиях, которые организовывает концертное агентство «Collegium Musicum», желающих посетителей было немало: годы деятельности этой организации дают свои плоды. Несомненно, музыкальная жизнь Львова теперь действительно тяжело представить без концертов этого общества. Поощряя как молодежь, так и серьезных мировых звезд до активного соучастия в своих мероприятиях, концертное агентство не только дает толчки к развитию нашего не слишком культурного общества, но и определенным образом дает возможность молодым музыкантам, которые ищут свое предназначение и не имеют еще собственных выходов на большую сцену филармонии, попробовать себя в роли настоящего оркестранта, хоть и полупрофессионального.

 

 

Первым в программе было выполнено Рондо из сюиты «Абделазер» – последний из написанных Генри Перселлом произведений (хотя программа концерта указывала на выполнение всей сюиты). На тему этого Рондо через 250 лет еще один из представителей английского, но на этот раз уже современной музыкальной культуры – Бенджамин Бриттен напишет крупные Симфонические вариации и фугу (так называемое «Руководство по оркестру для молодежи», но об этом уже в другой раз). Так сложилось исторически, что британская музыкальная культура не богата на композиторов, а культурное наследие Перселла, представителя эпохи барокко, вообще ставит слушателя в тупик: барочная музыка так или иначе ассоциируется с немецкой или итальянской культурой, но совсем не с Альбионом. И это коротенькое Рондо можно назвать ярким образцом эталонного барокко, и не удивительно, что организаторы концерта поставили этот творик на начало – он задал тон всему концерту, его атмосфере. Но он настолько мимолетный, что даже не успеваешь осознать: он был выполнен.

 

Карл Филипп Эмануэль Бах, Флейтовым Концерт ре-минор. Модератор концерта, и по совместительству директор и арт-менеджер концертного агентства «Collegium Musicum», Тарас Демко назвал одного из сыновей знаменитого отца представителем «классического просвещения» (что на самом деле может иметь такую трактовку – его творчество оказало немалое влияние на творчество Моцарта, Гайдна, Бетховена и многих других композиторов, а также в целом на формирование эстетики классицизма в целом), и мне тяжело с этим утверждением согласиться: считаю К. Ф. Е. Баха обычным маньєристом.

 

Итак, о музыке. В одной из предыдущих рецензий говорилось, что в камерном оркестре «Collegium Musicum» штат коллектива от проекта к проекту меняется и, соответственно, этот факт не может положительно влиять на качество звучания и умение совместного музицирования. Оркестровая мастерство не приобретается за несколько репетиций, тем более когда твой партнер за пультом каждый раз меняется. Простые и лаконичные партии сопровождения в струнных все время плавали, штрих был сборным, не випрацюваним, хотя, если можно было бы употребить этот термин в рамках эстетики барокко, «драматургия» в целом соответствовала ожиданиям: закрывая глаза на фальшь, оркестровая игра была обычной, легкой, иногда «простецкой» что действительно импонирует музыке Бахового второго сына.

 

 

Говоря о флейтистку Дженифер Зойбель из Германии, которая исполняла сольную партию в этом концерте, следует прежде всего отметить ее ответную игру в отношении оркестра – простую, ненавязчивую, обычную игру. Сам Концерт К. Ф. Е. Баха имеет, честно говоря, по меньшей мере странная трактовка скалывающего флейты – позволю себе чуть художественное замечание: круг уст инструмент флейтистка держала меньше половины продолжительности произведения; удивил также факт того, что она поставила перед собой пульт с нотами, что выглядело как минимум странно – такую простую партию можно было бы и выучить наизусть, и это уже дела индивидуальные. Как справедливо заметил модератор Тарас Демко: К. Ф. Е. Бах чаще всего писал произведения для клавесина, позже переінструментовуючи их для оркестра. Так вот, даже клавесинной партии в оркестре было больше, чем флейты, поэтому сказать что-то критически об игре солистки трудно.

 

В II медленной части в оркестровом сопровождении появилось настолько много фальши, что людям с абсолютным слухом лопнул бы мозг, и мне их заочно стало очень жаль. С другой стороны, часто бывают ошибки в нотном материале; но – даже если бы они были – гармонии, мелодии и фактура здесь настолько простые, что противоречие партий легко прослушивается, и эти безобразия на репетициях без проблем можно было бы исправить на слух.

 

Хочется также обратить внимание на большой объем Концерта: барочные и маньєристські духовые концерты редко бывают длиннее 15 мин, этот же Концерт длился более 25 минут. Даже маленькой девочке лет трех, которая сидела сразу за мной, такое показалось «за рамками понимания Вселенной», поэтому она начала агрессивно и самоотверженно протестировать гупанням ногами и задорным визгом на весь партер. К сожалению, мамочки все же пришлось поскорее вывести активистку из зала (хоть я ее немного понимаю).

 

Относительно игры Дженифер Зойбель – в финале Концерта ре-минор ее исполнительский и инструментальный диапазон раскрылся в большей степени, и тут уже стало возможно открыто говорить о искусное легкое стаккато, полное владение этой музыкой, и господство над ней, не доминируя над оркестровым сопровождением, а в обратную сторону – уступая ему, действительно солюючи легко и непринужденно. В финале Концерта присутствие скалывающего флейтової партии оправдала себя.

 

Один из наиболее часто исполняемых произведений Альфреда Шнитке (видно, за простоту выполнения и доступность для слушателей) – «Сюита в старинном стиле» – без перерыва продолжил программу концерта. Здесь к струнников с клавесином присоединились еще несколько духовиков. И, как то часто бывает с недосвіченими скрипачами, от самого начала произведения, сразу все группы струнных не строили. Считаю за счастье для духовиков, когда их партии не дублируются другими инструментами – поэтому «дерево» в этом произведении звучало на голову выше струнных. В их партиях была масса фальши, и они все время «низили» – особенно виолончели с контрабасами; а также валторны, которые, ни для кого не секрет, редко не кіксують. Учитывая напівпрофесійність камерного оркестра «Collegium Musicum», не удивительно, что дирижеру часто приходилось прибегать к широкому, «громкого» жеста – оркестранты вяло реагировали на обычные дирижерские прихоти, которых часто было больше, чем много.

 

Возвращаясь к деятельности концертного агентства «Collegium Musicum», которая существует и стремительно развивается уже достаточно немало лет, следует сказать, что во Львове появился даже их собственный слухацький контингент, который без труда всегда заполняет залы во время концертов. Но мне не приходилось бывать ни на одном, где бы не хлопали между частями, не приводили бы детсад, и где не звонили бы мобильные телефоны. Хоть Шнитке Сюита написана для небольшого камерного состава, где принципы музицирования в основном различаются от симфонического (здесь часто больше ответственности на самих музыкантах, чем на дирижеру), простые задачи, поставленные композитором, были не решены, а говорить о балансе при таких условиях вообще неуместно. Динамическая амплитуда струнных даже не выходила за рамки громко-тихо – все игралось на меццо-форте. Духовые же часто наоборот реагировали на динамические оттенки (что, в принципе, является нормой), и это сильно контрастировало с замыслом (если он был) дирижера или оркестра. В рамках львовских филармонических концертов или самой деятельности КА «Collegium Musicum» это исполнение Сюиты возможно и не дотягивало до отметки «катастрофа», и без преувеличения: Шнитке не удался совсем, к сожалению.

 

Во II отделении концерта была исполнена Сюита из балета «Пульчінелла» Игоря Стравинского. Хотя перед началом II отдела концерта было осуществлено развернутый акт тщательной настройки оркестра, уже где-то с пятого такта в II скрипок, а за ними – у альтов, виолончелей, контрабасов, а впоследствии – и в И скрипок, строй начал стремительно падать. Стилизация под эстетику Д. Перголези (это был первый опыт Стравинского в неокласицистичній манере) не нашла соответствующего отклика в звучании оркестра «Collegium Musicum»: специфическое и ярко-самобытное оркестровки Стравинского стоит значительно лучшего исполнения. Считаю большой ошибкой руководства оркестра решение поставить два контрабасы вместо одного (хотя именно в партитуре Стравинского там действительно есть дівізі на два), ведь за весь концерт в целом в их партиях не было слышно ни одного чистого унісона. Большие, объемные и развернутые скрипичные соло, которые исполнял концертмейстер оркестра Петр Тітяєв, действительно порадовали ухо должным, высокопрофессиональным, не чрезмерным сольным звуком, который смело украшал оркестровую фактуру и часто отвлекал от лажи остального оркестра – такой себе лучик надежды и позитива за вечер.

 

 

Резко бросилась в глаза разница оркестровой подготовки духовых групп и струнных: в основном духовики здесь были из других, так называемых профессиональных оркестров, где подобная игра является недопустимой, а струнники, которые не имеют такого опыта музицирования, помаленьку что-то царапали себе под нос. Обычно такое смешивание оркестра имеет выигрышную позицию – сочетание опыта с юношеским энтузиазмом; и здесь, к сожалению, это правило почему-то не действовало, а про энтузиазм вообще речь не шла – была какая-то скучная тягомотина смычков, много фальши, о штрих говорить просто без смысла – и, кажется, не без заслуг в этом процессе дирижера Валида Агаева. Однообразный жест скорее был направлен на координацию оркестра, чем на его мотивацию или ведения драматургических линий. Но, с другой стороны, с таким оркестром, наверное, иначе нельзя работать – поэтому работа дирижера подсознательно имела в себе определенную рефлексию относительно оркестровой игры. Частично Валида Агаева можно понять: когда музыка рушится, и ничего не звучит, здесь совсем не к агогики, лінеарних структур или вертикальных построений – чтобы уже хоть как-нибудь до конца доиграли…

 

Очень жаль, но вынужден констатировать нежелание оркестра «Collegium Musicum» эволюционировать, оставаясь на ступени совсем не филармонического уровня. И относительно культурного развития: когда такой музыкальный продукт удовлетворяет слушательские потребности большой массы львовской публики – это настораживает. Хотя, если посмотреть с другой стороны, концертное агентство «Collegium Musicum» дает возможность молодому поколению стартовать к безграничному миру музыки, возможность поупражняться в оркестровой игре.

 

Фото: Диана Горбань

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика