Новостная лента

США во французских выборах

13.04.2016

В этих электоральных гонках наиболее явной американизации французского политической жизни делает персонализация избирательной кампании, в которой больший вес отдается кандидатам, чем программам, в которые никто особо не верит.

 

 

Или избрания Дональда Трампа как-то отразится на выборах французского президента, которые состоятся 7 мая? В каждой стране выборы в основном являются местными делом, но мы наблюдаем все большее влияние американской политики на французскую политику. Так основная партия правого толка во Франции, которая сначала была «голлістською», уже два года называется «Республиканцы» – это прямая ссылка на Республиканскую партию США. Ее кандидат, Франсуа Фийон, провозглашает себя сторонником общественного консерватизма и рыночной экономики, а это именно тот американский синтез, что его якобы представляет Республиканская партия. Внедрение праймериз, чтобы выбрать кандидата от партий, является еще одним значимым элементом, который позаимствовали в американской системе. Как во Франции, так и в США праймериз помогли тем, у кого было меньше возможностей быть избранными. «Республиканцы», на собственное удивление, выдвинули Франсуа Фийона вместо одного из более типичных кандидатов руководящего класса, как вот Алан Жюппе. И это то, что произошло в США после выдвижения Дональда Трампа. Активисты социалистической партии также избрали в отношении неизвестного Бенуа Амона – вместо их настоящего лидера, Манюеля Вальса, который как раз уходил в отставку с должности премьер-министра. И наконец кандидат от националистов Марин Ле Пен, хотя и происходит из древней французской традиции, приверженной к изоляционизму и закрытие границ, естественно отождествляется с Дональдом Трампом, которого она считает образцом. Отметим то, что на этих выборах французский антиамериканизм продолжает существовать, но без эксцессов, которые еще недавно имели место: кандидат от ультралевых Жан-Люк Меланшон насмехается с американского капитализма, но уже не делает это, пользуясь лексиконом холодной войны эпохи 1960-х. Кандидат от консерваторов Франсуа Фийон и кандидат от националистов Марин Ле Пен говорят о возможном сближении с путинской Россией, но не столько за враждебность по отношению к США, сколько для того, чтобы Франция снова заняла ту позицию, которую, по их мнению, она должна занимать: равноудаленную от двух сверхдержав, вместо того, чтобы присоединиться к одной из них. Если говорить более общо: ограниченный антиамериканизм кандидатов делает очевидной меньшую враждебность французских интеллектуалов в США, капитализма и общества потребления. За исключением Ле Пен, политики готовы примириться с глобализацией с американским привкусом.

 

Даже еще не зная ее результата, достаточно неопределенного, можно наблюдать некоторые важные особенности этой кампании. Самой неожиданной из них является успех центристского кандидата Эммануэля Макрона, о котором никто не мог бы даже подумать три месяца назад. Традиционно, как в США и повсюду, правые противостоят левым и назначением центра является объединиться с одними или другими. В этот раз все наоборот: Макрон, который не является ни социалистом, ни консерватором, а скорее проевропейским либералом, является возможным победителем. Он, словно магнит, притягивает как кандидатов от левых, так и кандидатов от правых. Его партия «Вперед!», которой еще не было шесть месяцев назад, становится первой партией Франции. Личность Макрона соблазняет больше, чем его программа: прежде всего его молодостью (ему 39 лет) и новизной, которую он представляет. Многие французы стремятся обновления – и это то, что представляет Макрон, – и конкретных, а не идеологических, решений – это то, что обещает Макрон. Вдруг все кандидаты, включая Ле Пен, стали выглядеть рядом с ним непрактичными. Его неопытность не беспокоит его сторонников, скорее совсем наоборот, и большое количество молодежи, которая обычно воздерживается, склонна голосовать за Макрона.

 

Эта кампания также делает очевидным крах левой, разделенной между двумя кандидатами-соперниками, которые являются абсолютно антиномічними: Жаном-Люком Меланшоном, наследником якобинской революции и коммунизма, и Бенуа Амоном, социал-демократом анархистского окраски, который отличается тем, что предлагает легализовать марихуану… как в Колорадо. Французской левой руки не удается ни обновиться, ни придерживаться четкой линии, как немецким, шведским или британским социал-демократам. Что касается Национального фронта, то мы склонны сказать, что здесь нет ничего нового. Французский национализм, антиевропейский, антииммиграционный и антикапиталистическое, достигает глубокой древности в истории Франции и с тех пор, как он нашел харизматичного лидера, сначала Жана-Мари Ле Пена, а потом его дочь Марин, он привлекает четверть избирателей, но не более. В мажоритарной системе, которой является французская демократия, Национальный фронт не может победить, потому что во втором туре побуждает всех остальных объединяться против него – ради ценностей, которые называются республиканскими. И это не мешает тому, чтобы неизменная мощь Национального фронта показывала, что четверть французов чувствует себя неудобно в современной Франции, и это тревожит.

 

В этих электоральных гонках наиболее явной американизации французского политической жизни делает персонализация избирательной кампании, в которой больший вес отдается кандидатам, чем программам, в которые никто особо не верит. Программа Макрона не является важной, потому что ему 39 лет. Пустопорожний характер программы Меланшона не имеет значения, если только она является революционной. А то, что предлагает Ле Пен является неважным, если только она восстает против того, что она называет исламизацией Франции. Что же касается Франсуа Фийона, который три месяца назад, похоже, был уверен, что победит, то о его программе, которая из всех является наиболее тщательно составленной, забыли, как он и его жена оказались в центре финансового скандала. Кроме того, в этот раз скрупулезнее, чем когда-либо, анализируют честность кандидатов. Еще не так давно коррупция не слишком интересовала французов, которые считали, что все политики более или менее нечестными. Без сомнения, социальные сети, которые стремятся раскрыть семейные тайны, помогли поместить коррупцию и состояние кандидатов в центр дебатов. Однако остается то, чем Франция очень отличается от США: французы не готовы голосовать за миллионера. Тогда как Дональд Трамп никогда не скрывал своего богатства, все французские кандидаты объясняют, что они бедные или почти бедные. И последняя французская особенность: три кандидата являются троцкистами.

 

 

Guy Sorman
EE.UU. en las elecciones francesas
ABC, 10.04.2017
Зреферувала Галина Грабовская

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика