Новостная лента

Старушку, освободи место

30.09.2015

130 миллионов человек, примерно четверть населения Евросоюза живет в достатке и сохраняет привилегии, когда их дети и внуки зажимают паса, чтобы содержать армию пенсионеров

 

 

Финансовые и политические несчастья Европы, с кризисом задолженности на лбу, давно нашли козла отпущения — греческих пенсионеров. Международные кредиторы были злые на щедрую пенсионную систему, которая делала должностным функционерам выходить на пенсию уже в 50 лет, и требовали радикальных изменений в обмен на деньги на спасение. Получили то, чего хотели: сейчас пенсии в Греции наполовину ниже, чем в 2010 году. Как следствие, около 45% греческих пенсионеров получают чеки на квоты, ниже официального порога бедности.

 

Однако эта строгость является чем-то необычным как на европейские стандарты.

 

Континент так настроен на пожилых людей, пенсионеры сохранили привилегии даже во времена нарастающей стагнации, крах государственных финансов и очень высокой безработицы среди младших поколений. В то время, когда молодых выпихивают на марґінес общества, удерживать европейскую геронтократию становится невозможно не только с финансовой точки зрения, но и недопустимо по моральным соображениям. Мы должны найти равновесие между противоречивыми интересами старших, а младших — чтобы предотвратить міжпоколінневому взрывные.

 

СЕДЫЕ ЕМІНЕНЦІЇ. 130 миллионов, примерно одна четвертая населения Евросоюза, может изменять результаты любых выборов. Но не только демографическая масса вызывает, что в политике пенсионеры есть почти невідпорною силой, а также и то, что пенсионеры в Европе одной из политически активных групп.

 

Об этом свидетельствует референдум по «Брекзіту». Хоть он касался будущего страны, однако к урнам пришло чуть 36 % британцев в возрасте от 18 до 24 лет. А среди тех, кому за 65 лет, голосовали 83 %. Молодые люди в большинстве своем проевропейские, и если бы массово пошли голосовать, Великобритания не выходила бы из Европы. На берегах: теперь некоторые из поколения Y обвиняют родителей — а не ровесников — что лишили их светлого будущего.

 

Во всей Европе политика учитывает преференции старших людей. Два года этом Ангела Меркель отблагодарила своим сеньорам за третьи выигранные выборы несколькими пенсионными подарками. Дэвид Кэмерон, кандидуючи на прошлогодних выборах, обещал защищать привилегии пенсионеров, которые «обеспечили Великобритании сегодняшнюю позицию великой страны». Премьер Маттео Ренци размышляет цофнути по реформе пенсионной системы, а президент Франсуа Олланд практически отказался от попыток решить проблему дефицита пенсионных фондов, который в 2020 году составит $23 млрд.

 

Сеньоров защищены также от последствий финансового кризиса. На Островах экономии, навязанный первым кабинетом Кэмерона, уменьшила доходы рядового домашнего хозяйства примерно на 750 долларов, но доходы двоособової семьи пенсионеров уменьшились едва на 36 долларов. А европейские пенсионные реформы 2010-2014 годов касались в основном будущих пенсионеров: Италия повысила пенсионный возраст, Испания связала будущие права с прогнозируемой продолжительностью жизни, а Франция подняла платежи в пенсионные фонды, вносимые фирмами и работниками. Во всех этих странах защищают пенсии тех, которые их уже получают.

 

Это известный в Европе способ поведения: когда нереальные обещания старшим людям входят в противоречие с реалиями стареющего континента, то политики перебрасывают груз на следующее поколение. В крайнем случае, как в Италии, пенсионные выплаты в два–три раза выше, чем если бы это основывалось на вкладах в пенсионные фонды. Будущие пенсионеры — сегодняшние молодые люди не получат того, что сегодня платят.

 

Пенсионеры не только диспонують политической силой. Они также контролируют непропорционально большую часть богатства. Правительства выделяют средне 15 % ВВП на пенсии, а на образование и стратегию поддержки семьи — едва 7 %. Медиана доходов европейского пенсионера достигает медианы зарплаты работающего сотрудника, а в некоторых странах даже и больше. Наконец — пенсионерам в меньшей степени, чем другим, грозит бедность или марґіналізація. Еще в 60-х годах британцы в возрасте 65-70 лет были в нижней четверти распределения доходов населения; теперь — располагаются в верхних 40 відсоках.

 

«С» КАК СОЛИДАРНОСТЬ, «С» КАК СТЕНА. Еще недавно молодые европейцы постоянно мечтали о такие же щедрые выплаты, которые получали их родители. В 2011 г. французские студенты присоединялись к протестам против предложений президента Саркози, который хотел поднять пенсионный возраст. Сейчас настроения изменились. Будущее опекунского государства все менее определенное. Тито Воері, шеф Istituto Nazionale della Previdenza Sociale, Администрации соцзащиты, сказал недавно, что итальянцы, родившиеся после 1980 года, будут работать до 75 лет, то есть на 15 лет дольше нынешнего уровня. А черный сценарий предполагает, что молодые поколения будут вынуждены тяжело заплатить за ошибки старших поколений, потому что во всей Европе потенциальная задолженность, возникающая из необеспеченных платежами пенсий, составляет от 70 до 360 % ВВП.

 

На всем континенте множатся организации с «правами будущих поколений» в названиях или уставах. Европейская пенсионная модель опирается на міжпоколінневій обетования: сегодняшние заняты оплачивают пенсии родителей, ожидая, что их собственные будут финансироваться их детьми. Эта система хорошо функционирует только тогда, когда следующие поколения работников прогнозируют, что будут ею пользоваться по крайней мере в такой же мере, как и поколение пенсионеров, за которое платят. Однако это уже перестает действовать, следовательно, нарастает соблазн прекратить платить. Пока что система только разрушается, но если больше людей начнет брать ее под сомнение, то может взорваться.

 

Что делать? Европейские правительства должны искать равновесие между тремя — часто расходящимися — факторами: финансовым равновесием, міжпоколінневою солидарностью и міжпоколінневою справедливостью. Назовем это дилеммой пенсий.

 

Принцип финансового равновесия требует радикальной ревизии привилегий нынешних пенсионеров. Выплаты надо снизить, а пенсионный возраст надо поднимать в соответствии с ростом средней продолжительности жизни.

 

Но как с греческим примером, который показал, что когда обрезать пенсии и повысить пенсионный возраст, то это может повлечь социальную катастрофу? Поэтому согласно принципу міжпоколінневої солидарности правительства должны допускать определенную гибкость — с одной стороны, заботиться, чтобы пенсии были пропорциональны внесенных в течение всей жизни взносов, с другой — чтобы пенсии ґарантували достойную жизнь. Так же: поскольку даже самым способным работникам обычно не хватает умений, которые позволили бы успевать за деструктивными технологическими изменениями, люди, которых коснулась автоматизация, должны иметь возможность раньше выходить на пенсию. Очевидно, такая эластичная справедливая система должна сохранять финансовое равновесие, поэтому следовало бы наложить налог солидарности на самые высокие доходы.

 

Это все связывается с третьим принципом — принципом міжпоколінневої справедливости. Во времена стагнации и маліючої рабочей силы бездействие на пенсии является то, что развитие экономики уже не может себе позволить. Люди постарше, особенно те, которые резиґнують с работы раньше, должны активно действовать на пользу благосостояния своих обществ. Пока здоровый пенсионер, его пенсия должна зависеть от того, работает ли он в общественных учреждениях, используя умения, которые получил в процессе профессиональной карьеры. Учителя на пенсии могли бы работать как волонтеры в школах, врачи-пенсионеры — поддерживать больнице. В 2012 году критиковали лорда Ричарда, бывшего шефа British Benefits Agency (Британского агентства по выплатам), за подобное предложение, но стратегия активной пенсии уменьшила бы нагрузку на госфинансы, увеличила бы ощущение собственной ценности у пожилых людей и вызвало бы больше акцептование пенсионной системы молодежью.

 

МОЛОДОСТЕ, ВИСКАКУЙ БОЛЕЕ СВОЙ УРОВЕНЬ. Однако чтобы сделать возможным осуществление любой из этих реформ не обойтись без ослабления политической силы старшего поколения. Например, снижением достижения возраста активного избирательного права до 16 лет и через смену пассивного избирательного права, так — как в некоторых странах — можно было баллотироваться уже в возрасте 18 лет, но не дольше как до 65-летнего возраста. Чтобы поощрить ныне неприхильну к политической активности молодежь к участию в выборах, правительства должны инвестировать в медийные кампании и образовательные программы, которые формировали избирательные инструкции еще в школах. А референдумы, связанные с касательными к всего народа вопросами, как выход из Евросоюза, должны требовать высшего уровня квалифицированного большинства, в частности в странах, где пожилые люди составляют большинство электората.

 

Руководители должны искать решений, которые способствовали бы міжпоколінневій сотрудничества, и избегать близоруких избирательных соблазнов. Европе надо щепотки свежей мысли.

 

 

Эдоардо Кампанелла — экономист, эксперт связанного с банком UniCredit аналитического центра Aspen Institute; работал в Мировой организации торговли, был советником итальянского Сената

 

Edoardo Campanella
Staruszku, ustąp miejsca
Gazeta Wyborcza, 10.09.2016
Перевод О.Д.

 

 

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика