Новостная лента

Театральный Львов-2016

27.03.2016

И. Государственные театры

 

Очевиден сразу плюс – чтобы адекватно охватить все наиболее значительные театральные события и явления в Львове за прошлый год, одного человека уже мало. И дело здесь не в том, что так выросла постановочная активность театров, дело в активизации движения за государственными учреждениями – настолько, что эту сферу мы выделили во вторую часть.

 

Что же до государственных театров, в последние годы (после Майдана) подчеркнули тенденции, которые проявлялись и до того. Но сейчас гораздо заметнее стало распределение между театрами, которые проявляются как живые (способные к изменениям, к инициативам, к сотрудничеству, к реакции на новые общественные запросы – хотя бы каким-то образом) и теми, которые существуют по инерции и силой привычки, и не проявляют никаких инициатив, способности меняться и обновляться, и в целом способности реагировать на внешние раздражители (улавливать темы, настроения, потребности). Количество акций, проектов и другой сопутствующей активности театров здесь представляется не менее важным показателем, чем собственно премьеры, которых в сумме было в прошлом году не больше, чем обычно (даже несколько меньше).

 

Итак. В прошлом году 7державних театров Львова (не учитываем Оперный, это – несколько другая парафия) выдали 21прем’єру. Отбрасывая два отпускные месяцы июль-август, это в среднем премьера каждые 2 недели.

 

ЗОНА ЖИЗНИ

Театр Курбаса

 

 

Премьеры

 

«Ножи в курах, или Наследство мельника» Дэвида Гарровера, режиссер – Владимир Кучинский
«Зимняя сказка» Уильяма Шекспира, режиссер – Евгений Худзык
«Вдруг минувшим летом» Теннесси Уильямса, режиссер – Нил Флекмен

 

В 2016-в театр продолжил двигаться путем, наметившийся в предыдущие годы – постепенного отхода от ритуалізованої эстетики (которая, несмотря на привлекательность, в последнее время уже производила впечатление исчерпанности и звітреності до привычки). И от достаточно закрытого существования «посвященных» – в сторону обновления и большей открытости к сотрудничеству: с новыми драматургами, режиссерами, художниками, организациями. Выразительный переломный момент в этом процессе – поставленная приглашенным режиссером Андреем Приходько «Лесная песня» 2011 года (в которой соединились и ритуальность, и ее антитеза) – в постмайданные годы оказалась особенно востребованной. В прошлом году она собирала аншлаги чуть ли не больше, чем во времена премьеры, – теперь в основном из приезжих (это не единственный спектакль во Львове, на которую приезжают целево). Ее успех сформировал новое лицо театра и указал направление дальнейшего движения и освоения новых стилістик. И хотя некоторые (в основном молодые) актеры театра до сих пор по привычке пытаются воспроизводить в любой эстетике и теме скальковану когда-то со старших «ритуальную» манеру (поднятые руки и взгляд ввысь), которая теперь уже не подходит автоматически к эстетике каждой курбасівської постановки так, как прежде, – однако в целом театр постепенно все-таки смог найти для себя новый модус существования, осуществив эволюционное мягкое «перезагрузка» имиджа и публики.

 

В прошлом году театр был необычно плодотворным – его даже можно назвать одним из самых активных. И, хотя там появилось всего три премьеры, для курбасовцев, которые до этого времени работали над одним спектаклем годами – это невероятная суперплодючість. Эти три премьеры задемонстрували как вполне широкий репертуарный спектр, доселе несвойственный для этого театра («свежак» современного британского драматурга Гарровера, первопрочтения на украинской сцене пьесы Шекспира (в его год), и классика драматургии ХХ века. – Уильямс), так и относительную открытость театра к сотрудничеству. Первая – постановка художественного руководителя; вторая – постановка режиссера не из штата, однако не чуждого этому театру, воспитанного им, бывшего курбасовца – Евгения Худзика; третья – собственно, приглашенного режиссера, да еще и иностранца из США). Все три спектакля имели довольно заметный резонанс, в том числе и в СМИ.

 

Проекты и акции

 

Прежде всего нужно вспомнить проекты социальной направленности: сотрудничество с переселенцами, начатую в предыдущие годы. В прошлом году она нашла проявление в перфомансах «Лабиринт» и «21.Nakedvoice».

 

Другой, не совсем художественной, но непосредственно связанной с искусством акцией стал марафон #Кучинськийодужуй, который показал способность культурной среды Львова все же более-менее объединяться и мобілізовуватись для благотворительной цели – сбора средств на лечение художественного руководителя театра. С другой стороны, благотворительность марафона дала возможность выступить в помещении театра Курбаса многим творческим единицам, которые при других обстоятельствах вряд ли могли бы там презентоваться (проблемы с орендуванням и т.д.) – и это один из безусловных положительных художественных последствий акции.

 

Театр Леси Украинки

 

 

Премьеры

 

«Белоснежка», режиссер – Анна Єпатко
«Человек в подвешенном состоянии» Павла Арье, режиссер – Игорь Білиць
«Золотой цыпленок» Владимира Орлова, режиссер – Роман Скоровський

 

Театр Леси Украинки в прошлом году все еще не покидал зоны турбулентности – в начале года из театра из-за конфликта ушел в.а. художественного руководителя Евгений Худзык, забрав с репертуара свои спектакли, поставленные в 2015-ом. Вообще отдельный вопрос, почему и как он был назначен.а., ведь на предыдущем конкурсе даже не выдвигал свою кандидатуру, с театром Леси особенно связанным не был, поэтому (безотносительно к личности конкретно господина Худзика и следующего конфликта) назначение это не производило впечатления прозрачного и понятного. Уже в сентябре после конкурса было наконец назначено нового художественного руководителя – драматурга Павла Арье, который активно взялся наполнять поредевший репертуар и реализовывать свое видение развития театра.

 

Как видим из премьер, театр тоже выглядит довольно открытым, где значительную частую постановок осуществляют приглашенные режиссеры два из трех). А также и члены труппы имеют возможность проявить инициативу и попробовать себя постановщиками (каким бы был результат – важна сама возможность реализации таких инициатив). И, хотя сотрудничество с приглашенными режиссерами тоже не очень была положительной (как в случае с «Цыпленком»), особенно когда задачи ставились не так художественные, как батрацкие, – однако, судя по последним афиш, в которых это представление отсутствует, театр – о чудо! – демонстрирует способность к очистке репертуара после обсуждений в СМИ и соцсетях. И это таки стоит позывного отклика.

 

Проекты и акции

 

Из проектов, затеянных новым руководителем, сразу начал реализовываться т.зв. «Фестиваль театров» – по-возможности регулярные выступления интересных, по мнению автора проекта, постановок из других городов Украины. Поэтому назвать это фестивалем в традиционном смысле, очевидно, нельзя, однако стоит поговорить об этом уместную инициативу в разделе «Гастроли». Ведь выступления театров из других регионов у нас не такая уж и частая вещь, а объяснять важность культурного обмена между частями страны, особенно в наших условиях, наверное, уже лишнее. Правда, хочется сразу отметить одну тенденцию: пока приглашенными оказались практически только киевские спектакли, и начало этого года такую тенденцию подтверждает. А хотелось бы больше видеть спектаклей и из других регионов, ведь столичные и так имеют достаточно много промоции и освещение в прессе и на ТВ, зато нестоличні друг для друга, за отдельными исключениями, «затерянный мир».

 

Также театр мигал небольшими имиджевыми акциями (Операция «Экзорцизм», «День рождения Леси Украинки» и др), часто в сотрудничестве со Сценой современной драматургии «Драма.UA», которая расположилось лагерем в этом же здании. Все это позволяет ему позиционировать себя как театр прогрессивный, для хипстеров и «продвинутой» молодежи, – и этим заходить на «электоральное поле» Театра Курбаса. Собственно, это единственный театр во Львове, который сейчас можно очевидно считать конкурентом курбасовцев. В конце концов, за многими персоналиями, эти театры сейчас пересекаются.

 

Другое

Из прочего можно упомянуть смену логотипа театра, который теперь имеет форму полосатой молодой Леси. По замыслу дизайнера, полосы должны были бы символизировать дактилоскопический отпечаток, но оно совсем не прочитывается в слишком широких линиях на лице патронки театра. И это заставляет усомниться в целесообразности изменения предыдущего лого – глаз Леси.

 

Еще одно событие, которая настигла театр уже этого года – присвоение ему статуса академического. Абсолютно не подвергая сомнению необходимость театра создавать условия для нормальной работы, в частности, предоставлять его сотрудникам адекватные зарплаты, нельзя не заметить очевидного несоответствия современного состояния этого театра как минимум двум требованиям Положения о предоставлении статуса академического: «постоянно обогащают репертуар произведениями отечественной и мировой классики» и «Выдвижению творческого коллектива к присвоению статуса академического должно предшествовать его стабильная и эффективная деятельность с основными творческими и производственными показателями в течение не менее пяти последних лет». На момент предоставления статуса в репертуаре театра шесть спектаклей – и всех их трудно причислить к «произведений отечественной или мировой классики». Стабильной же назвать работу театра нельзя не только за последние пять лет, но даже за последний год – постоянные смены руководителей, связанное с этим разрушение репертуара… За период последних пяти лет во Львове не было более нестабильного театра, чем этот. Понятно, что в Украине есть полно «стабильных» мертвых академических театров, в сравнении с которыми львовский театр Леси – по крайней мере точно демонстрирует признаки жизни. Понятно, что статус академического давно обесценен, и его не имеет разве еще Химкина коза. Понятно, что на сегодня единственная ценность статуса – надбавки к зарплатам. И все же – есть нормативно правовой акт, его требования и очевидное несоответствие им. Duralex, sedlex. И если даже депутаты Верховной рады считают возможным в нас обходить правовые нормы, – это диагноз нашего общества, в котором эти нормы никогда ни не осознавались как правила, нет не поважались. Или это положение надо менять, или все-таки его придерживаться, а достойные зарплаты актерам театров обеспечивать законными и адекватными путями – и то не так избирательно. Конечно, все сказанное – не причина лишать театр подобного статуса (это далеко не первый театр с таким несоответствием, даже среди львовских). Это просто еще один показатель неуважения к законам в нашем государстве.

 

Первый театр (ТЮЗ)

 

 

Премьеры

 

«EMPTY TRASH, или Сжигаем мусор» Татьяны Иващенко, режиссер – Владимир Борисюк
«DOGS» с Константином Сергиенко, режиссер – Евгений Чистоклєтов
«Ромео и Джульетта» Уильяма Шекспира, режиссер – Вадим Сикорский
«Веселые пиратские истории» Евгения Чистоклєтова, режиссер – Евгений Чистоклєтов

 

Начав год с уровня «Мусора», театр закончил его не слишком выразительными «Пиратами». Однако между ними были также «DOGS» в сотрудничестве с ЛКП «Лев», прозвучавший в основном как социальный проект в защиту бездомных животных, и «Ромео и Джульетта», которым театр вторым из львовских присоединился к празднованию Года Шекспира. Последняя постановка, собственно, и сделала год» этому театру, собрав больше всего положительных отзывов в СМИ и соцсетях. Примечательно, что поставлена она приглашенным режиссером (с Заньковецкой), и является свидетельством может не слишком активной, но все же определенной открытости театра в последние годы – по одной внешней «инъекции» режиссуры в год. Годом перед тем основной ударной постановкой, напомним, стало «Зернохранилище», поставленный уже упомянутым режиссером из Киева Андреем Приходько. К сожалению, в том году не было такой инициативности к постановкам от актеров труппы, как в предыдущие («Крылья ангела», «Опасная игра»). Уже третий год ничего не ставит штатный режиссер театра Роман Валько, четвертый – художественный руководитель театра Юрий Мисак.

 

Ради справедливости стоит добавить, что спектакль «EMPTY TRASH» тоже последние месяцы не появляется в афишах театра, однако трудно сказать это – следствие самоочищения, она просто не продавалась. С другой стороны, на нынешний день, несмотря на переменные успехи в репертуаре для взрослых, можно констатировать, что театр таки преодолел имидж исключительно детского, в котором взрослым делать нечего, наработав неплохой перечень достойных и даже резонансных молодежных и взрослых постановок. Однако, поскольку взрослые вечерние спектакли идут не так уж и часто (1-2 раза в неделю), и их продажу, очевидно, до сих пор остается нежелательной болячкой для администрации, говорить об утверждения этой линии и необратимость изменений – рано еще.

 

Проекты и акции

 

Стоит вспомнить проект из нескольких вечеров «16 КАДРОВ НА МАЛОЙ СЦЕНЕ»: просмотр классических немых фильмов с комментариями главного художника театра Дарьи Завьяловой (это, собственно, она инициатор проекта). Сам этот проект, конечно, не имеет непосредственного отношения к театру, однако отражает видение театра как культурной точки, как среды развития и коммуникации, обрастает сопутствующими художественно-інтелектуальнми обертонами. И, хотя, проект этот состоялся не до конца на Малой сцене (последние показы перенесли на большую в связи с неудовлетворительным состоянием Малой), однако эта инициатива, а также видение пути развития заслуживает того, чтобы его отметить и выразить надежду, что подобные инициативы будут иметь продолжение.

 

Фестивале

 

Странно писать о том, чего нет, но – как очерчивание перспективы и потребности, стоит отметить.

 

В 2010 году на праздновании своего 90-летия тогдашний Первый украинский театр для детей и юношества стал инициатором создания Всеукраинской ассоциации детско-юношеских театров и ее вступления в ASSITEJ (Международной ассоциации театров для детей и юношества). Председателем организации был избран руководитель Макеевского Тюза, секретарем – Львовского. Штаб-квартирой должен был стать львовский театр. Однако после известных событий сразу оба Тюгы – Макеевский и Севастопольский – оказались в оккупации. Соответственно там же – и председатель упомянутой организации. Более того – в Макеевке в свое время проводился Всеукраинский фестиваль-биеннале детских театров. Разумеется, теперь он загнулся, и детские театры остались без своего фестиваля.

 

Конечно, организовать и провести фестиваль – очень сложная вещь. Но если львовский театр решился на создание упомянутой организации, подбил на это все Тюгы страны, возглавил ее, наладил контакт с профильной международной организацией – это таки обязывает соответствовать заявленному статусу, в том числе, перед теми, кого ты «организовал» и назвался лидером. Пусть это будет не фестиваль, пусть другая инициатива – но то, что создаст определенный узел координации театров такого профиля, их сотрудничество также и на международном уровне.

 

Проявит ли упомянутая организация жизнеспособность, останется исключительно на бумаге? Действительно Первый львовский театр является штаб-квартирой украинского отделения ASSITEJ, выступит хотя бы с какими-то проектами? Сейчас дело – за инициативой львовян. И хотелось бы увидеть, что такая инициатива есть.

 

Другое

 

В конце года театр провел ребрендинг, сменив название, корпоративный дизайн (афиш, рекламок и т.д.) и логотип, которые разработал художник Богдан Полищук. Собственно, общий стиль – выразительный и лаконичный, адресует к эстетике 1920-х – 30-х гг., во времена возникновения и становления этого театра. Само же лого получило противоречивые отзывы. Среди негативных – не вызывает никаких ассоциаций с театром и даже не очень вяжется с общим стилем (впечатление, что предыдущий логотип – стилизованное изображение здания этого театра – лучше бы вписался в новый стиль). Жаль также, что новый дизайн не зацепил сайт театра, который был создан в начале 2010 года как временный черновой вариант – и вот уже седьмой год существует без стиля, без внятного оформления, даже без фото. Что же до названия, то сейчас она не выглядит оправданной (театр, в который приходят впервые – таки скорее кукольный), зато несколько претенциозным (большинство, слыша это название, воспринимают ее как «Театр №1» исторически самый первый театр). И до сих пор ощущается потребность, говоря «Первый театр», уточнять – ТЮЗ.

 

И люди, и куклы

 

 

Премьеры

 

«Скиния златая», режиссер Роман Козак
«Божественная комедия», режиссер Алексей Кравчук
«Вот и Ась» за Степаном Васильченко, режиссура совместная

 

С приходом на должность руководителя театра Алексея Кравчука (экс-руководителя Луганского кукольного, а до того – директора театра Курбаса), театр пережил заметные изменения. Начал развиваться репертуар для взрослых (о котором, к сожалению, до сих пор еще не так много львовских театралов знают, стереотипно воспринимая это как кукольный театр-детсадовый). Из указанных премьер две последние рассчитаны именно на взрослого зрителя (другие две с взрослых – «Экклезиаст» 2015 г. и обновленная японская драма «Півонієвий фонарь», поставленная еще предыдущим руководителем-основателем Олегом Новохацьким). Еще одна выразительная тенденция – постановки по инициативе и в режиссуре самих актеров: «Вот и Ась» и в значительной степени «Скиния златая» – кукольный вертеп в ящике, построенный лишь на фолковых песнях и визуальных находках, без текста. В конце концов, вертеп этот тоже нельзя назвать рассчитанным исключительно на детей, он вполне подходит для показа на сплошь взрослую аудиторию.

 

Проекты и акции

 

Уже второй раз театр проводит акцию «Куклы и бродяги»: четырехдневное странствие селами Львовской области с выступлениями под открытым небом. Кроме романтического флера и задекларированного «возрождение традиций странствующего кукольного театра», данный проект – не единственная за последнее время театральная (а может и вообще художественная) инициатива Львова, целево адресована селам. И знает где и как эта инициатива может прорасти, на почву упадет – пусть не масштабная, пусть точечная – и все же привносит культурные вспышки в жизни сел, а там вдруг будущих художников сможет пробудить.

 

Фестивале

 

Это единственный театр, который умудрился в прошлом году провести сразу два фестиваля, да еще и немножко международные: впервые – зимний рождественско-вертепный «Кукольные Рождественские Истории» и уже вторично – летний фестиваль кукольных театров «И люди, и куклы» (собственно, его составной и были «Куклы и бродяги»). Проведение этих фестивалей и инициатив выдвинуло «И люди, и куклы» (несмотря на небольшое помещение) в лидеры кукольной сцены Львова, особенно на фоне закрытости Областного кукольного и упадка фестиваля «Золотой Телесик» (об этом – дальше). Что еще следует отметить: в последнее время своим проектам и фестивалям (особенно пожилым, осуществленным в сотрудничестве с львовскими театрами Курбаса, Леси и Первым) этот театр стал ощутимо интегрироваться в общее театральное львовское среду (до сих пор кукольные держались особняком). Странно только, что Первый-ТЮЗ, профильно (да и за имиджевыми и эстетическими целями) наиболее близок этому театру, воздерживается от дальнейшего сотрудничества, которая могла бы быть выгодной им обоим.

 

ЗОНА А Н А Б И О С В

 

Областной театр кукол

 

 

Премьеры

 

«Кот в сапогах»
«Коза-дереза»
«Наш веселый колобок»

 

Несмотря на то, что в театре более-менее регулярно ставят приглашенные режиссеры, областной театр кукол отнюдь не производит впечатление пульсации жизни. В конце концов, круг этих приглашаемых режиссеров небольшое и стабильно то же самое. Представления не привлекают внимания театралов, не становятся событиями (даже помыслить о таком сейчас кажется смешным). Ведь то, что постановки адресованы самым юным зрителям, отнюдь не отрицает возможности создания полноценного художественного произведения. Сотрудничества, проектов с другими театрами, даже со своим коллегой «И люди, и куклы» (особенно с ним) театр чурается, как огня. И практически совсем выпадает из загальнольвівського театральной среды. Только недавнее назначение после конкурса на должность руководителя театра режиссера фестиваля «Тустань» Ульяны Мороз дает надежду на возможность перемен.

 

Фестивале

 

«Золотой Телесик»

 

Фестиваль, который прошел в начале июня, возможно, через болезнь тогдашнего руководителя театра Ярослава Синицы был найблідішим за последние годы и убогим на достижения. Как отметил на обсуждении с участниками феста профессор, зав. Кафедры актерского искусства и режиссуры театра кукол КНУТКТ им. И. Карпенко-Карого Леонид Попов, почти все спектакли на прошлогоднем фесте были не фестивальными: не поисковые, без интересных находок, а из тех, что просто играют дома на кассу. Поэтому особых открытий фест не принес. Зато поставил вопрос о необходимости переосмысления этого мероприятия и его обновление.

 

Театр «Воскресение»

 

Премьеры

 

«Танец жизни» Александра Олеся, режиссер – Алла Федоришина

 

Сейчас уже совершенно забылось, что когда-то основным конкурентом театра Курбаса выдавался именно этот театр, и назывался он «ДУХОВНЫЙ театр Воскресение». Сегодня это закрытое отделено от жизни города образования, с однотипными постановками одной и той же супружеской пары режиссеров (по совместительству еще и вечных художников-постановщиков своих спектаклей). Его аудитория мало пересекается с курбасівською. В составе труппы нет актеров младше 30-ть. Последний раз приглашен режиссер ставил спектакль в 2011 году. То была «Веселая корчма», которая не стала ни событием, ни не привнесла нового вздоха, а лишь продолжила линию комедий «на продажу». Спектакли «Воскресение» давно не создают резонанса в Львове. В конце концов, складывается впечатление, что руководство театра этому и не стремится. Неважно, какие названия для постановки выбирает театр, эффект всегда один и тот же: или продажа комедий для местных, или что-то привычно подстроено под отработанную среднестатистическую эстетику определенных польских и др. фестивалей, с которыми налажен давний обмен. Надеяться неожиданностей, как и каких навколотеатральних акций, проектов, сотрудничества – бесполезно. Поэтому в театральной среде Львова, несмотря на центральное расположение помещения, эта точка сейчас находится на обочине, почти не попадая в оживленные обсуждения театралов.

Фестивале

Если писать о фестивале «Золотой лев», то так или иначе дублюватимеш то, что писали в предыдущие годы https://zbruc.eu/node/43247. В 2016-м организаторы постарались доказать фестиваля право на жизнь: пригласили большее количество коллективов, не было постановок откровенно низкого уровня, были яркие спектакли-хедлайнеры (хотя опять почти не было в программе львовских постановок, кроме трех спектаклей самого «Воскресения» и еще одного спектакля «И люди, и куклы»). Но театральный фестиваль – это не просто арифметическая сумма представлений, даже хороших. Это перекресток школ, эстетик, подходов, а, соответственно, это возможность обмена опытом, видением, мыслями. И это требует соответствующих площадок для пересечения – встреч, обсуждений, мастер-классов и воркшопов. Именно в этом не менее важна за презентацию спектаклей цель театральных фестивалей – столкновение разного для инспираций, для рождения нового. Ничего этого «Золотой лев» не создает. Даже на «Золотом Телесику», как было упомянуто, происходят профессиональные обсуждения для участников. Кто бы мог подумать, но прошлогодний региональный фестиваль комедии «Золотые аплодисменты Буковины» во многом дает фору львовском международном, ориентированном как на экспериментальность. Каждый день «Аплодисментов» освещается на местном ТВ, каждый вечер – обсуждение спектаклей «на диване» с жюри (это могут свободно послушать зрители), есть также альтернативное жюри. Зато «Лев» в медиапространстве существует теперь лишь на уровне анонсов (максимум – отзывы на 1-2 отдельные постановки https://zbruc.eu/node/57130 ) – после него не остается обзоров, анализа, это событие лишено профессионального комментария и расставленных акцентов, даже простого освещения в СМИ (да и бюллетень фестиваля того года не выходил). Мастер-классы, обсуждения, общение, обмен идеями, методамиі вдохновением – это не о «Лев».

 

Театр Заньковецкой

Премьеры

«Святониколаевский вечер» Романа Горака, режиссер – Алла Бабенко
«Голый король» Евгения Шварца, режиссер Вадим Сикорский
«Женский дом (Цена любви)» Зоф’ї Налковської, режиссер Алла Бабенко
«Украденное счастье» Ивана Франко, режиссер – Таисия Литвиненко, режиссер-постановщик – Федор Стригун

Другое

Состояние глубокого аута закрепил прошлого года Национальный театр. Трудно вспомнить, когда в последний раз спектакль этого театра была художественным событием и вызывала обсуждения в театральных кругах. В послемайданные годы его неподвижность стала бросаться в глаза просто поразительно.

 

Изменения в сознании, вызванные Майданом и войной, изменения в способе существования общества, в мировосприятии (даже в восприятии времени, в восприятии жизни рядом со смертью – хоть бы и в информсообщениях) не могут не требовать изменений в искусстве, не порождать запрос на изменения – в поиске нового художественного языка, в материале, в темах, в способе разговора со зрителем, – хотя бы в чем-то. Экстремальные ситуации заставляют пересматривать то, что воспринималось как само собой разумеющееся, выбирать самое важное, испытывая на подлинность. И процессы эти все больше затрагивают даже те театры или регионы, которые воспринимались как провинциальные не отмечались до сих пор особой театральной «продвинутостью». Это не обязательно спектакли и проекты, посвященные именно Майдана и войне. Это – потребность ставить вопрос о смыслах, пересмотр привычного на предмет поиска именно этих смыслов в нем (или остались?), это потребность заново их подтвердить, а опровергнуть, – но не воспроизводить автоматически только потому, что это – привычное. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить его на лишенные смысла привычки, которые порождают ложь и превращают жизнь на фейк, – примерно так можно описать посыл нынешних творческих «беспорядков». А если брать более широко – это насущная потребность обновления во времени, который отчетливо поделился на До и После, где в После многие из конструктов уже даже эмоционально не срабатывают и не воспринимаются так же, как До.

 

Наверное именно то, что политикой последних десятилетий театра Заньковецкой было принципиальное отторжение поиска и новизны, и спричинилось, что самая большая сцена Западной Украины оказалась в стороне от активной театрального процесса. Даже постановки Ореста Огородника («Бездна» 2015 г.) на злободневную тематику не создают такого резонанса, как еще лет пять назад. Этот здоровенный театр сейчас не только не является мощной силой на театральной карте Украины, – он не оказывает никакого заметного художественного воздействия, не задает тон ни в стилистике и формах, ни в поднятых темах или их осмыслении. И именно после Майдана на фоне изменений в других театрах, эта маргинализация стала уже откровенно очевидной.

 

В 2016 году театр выпустил всего четыре премьеры – и это чудовищно мало. Столько премьер смог создать ТЮЗ – при вдвое меньшем штате актеров и не до сравнения меньших производственных мощностях. И дело не только в том, что мало, дело еще и в том, что актеры простаивают. Что в таком грандиозном помещении при условии открытости, можно найти место для как минимум еще нескольких сцен для десятков параллельных спектаклей, совместных проектов, акций, показов, экспериментов, обсуждений, тренингов, воркшопов и т.д. и т.п. Где могли бы быть задействованы ВСЕ актеры театра, а не полтора десятка постоянных любимцев штатных режиссеров. Сейчас же из 56-ти спектаклей действующего репертуара только одна (!) поставленная приглашенным режиссером («Вкус черешен» 2014 г. https://zbruc.eu/node/24503) – небольшой спектакль на двух актеров на камерной сцене). Даже кассовые названия-«блокбастеры» с массовкой в режиссуре художественного руководителя Федора Стригуна («Рождественская ночь» https://zbruc.eu/node/47680, «Украденное счастье»), не только не стали значительными художественными событиями, но и оказались торжеством китча. И это не вызвало особого возмущения профессиональной публики – очевидно, она привыкла, что это и есть уровень театра, и почти перестала обращать на него внимание. А с другой стороны – театр долгие годы формировал публику, для которой этот китч – норма, и такие спектакли ей – уж никак не «на вырост». (Интересно, что спектакль заньківчанського режиссера Вадима Сикорского, поставленная «на другой почве» во Львове – «Ромео и Джульетта» в Первом театре, о которой уже упоминалось, – становится событием. Но не в родных стенах)
 

Вообще, последние 20 с лишним лет назвать Национальный театр Заньковецкой театром для интеллектуалов и культурной элиты можно разве в сумеречном состоянии сознания. Остается только ожидать, когда же, согласно нового законодательства, пройдет конкурс на замещение должностей художественно-руководящего состава. Хотя, даже гипотетическая смена руководства оставляет открытым вопрос, как можно в ближайшие годы исправить ситуацию. А пока что театр, кажется, находится в другой реальности, не замечая изменений вокруг, делая ставку то на эскапизм (ок, тоже нужен – но не единственно возможное направление, да еще и для такой мощи, как этот театр), то на… вообще, трудно сказать на что.
Но ведь речь идет о НАЦИОНАЛЬНЫЙ театр! Театр, что должен на самом высоком уровне презентовать театральное искусство государства! Который финансируется на высшем уровне! А кому из вменяемых львовских культурных деятелей повернется язык порекомендовать иностранцу посетить именно заньковчанские представления, как лучшие образцы отечественного театра? А где же участие заньковчан в солидных международных фестивалях, на которых бы они могли достойно представить Украину? Почему их не приглашают к Единбургів-Авіньйонів? Сегодня кажется фантастическим даже говорить об этом.

 

Однако все перечисленное абсолютно не мешает работникам театра практически ежегодно получать звание (как ни одному другому из львовских) – за что?! Только ли потому, что местный «куст» СТД, возглавляемый несколько десятилетий руководителем театра Заньковецкой, превратился в обслуживающий придаток этого театра? Из 66-ти актеров здесь только 29-ть не имеют званий. Да, мы можем дискутировать по поводу целесообразности существования этих званий и их смысла. Но пока они есть, их непрозрачное присуждении не может быть нормой. И в то время, как в змертвілому театре чуть ли не «за выслугу лет» подают что божий год на эти звания – потому что заньковчане! – например, в гораздо живішому сейчас Первом театре-ТЮГові уже парканадцять лет коллектив безуспешно предъявляет без преувеличения одну из самых колоритных актрис Львова Скляренко Елену – ученицу Леся Сердюка-старшего, одну из любимых актрис Ады Куницы, представительницу театральной династии Скляренков (от того самого знаменитого Владимира Скляренко, ученика Курбаса, 14-ть до — и послевоенных лет руководил этим Тюзом, а позже Львовским, Харьковским и Киевским оперными театрами, и в конце Театром Франко). И за 50 лет работы ведущая актриса театра не сподоблюється ни одной награды – ибо этот театр «детский», актриса не имеет ни «плеч» в верхах, нет «локтей», а театра Заньковецкой звания положены, очевидно, «по умолчанию».

 

И вот, собственно, не только политика руководства, но и такой откровенно привилегированный статус театра особенно мертвить его. При других обстоятельствах актеры вообще творческие работники театра могли бы требовать перемен, отстаивать собственные взгляды на развитие театра, спорить с позицией руководства – вплоть до конфликта. И заставлять считаться с собой. Но привилегии, дарованные этому театру – возможность быстро получить звание, несоизмеримо высокие зарплаты (актер низшей категории национального получает больше, чем художественный руководитель в львовских академических) – сдерживают от споров, без которых нет обновлений, и делают театральную власть цементуюче тотальной, безапелляционной. Вылететь с работы по новому законодательству стало еще проще – просто не продлят соглашения (да и раньше карманная профсоюз, возглавляемая руководителем театра, не вступилась бы).

 

Если бы разница в оплате в других театрах была бы не такая катастрофическая. И если бы государство поддерживало независимые театры, создавала возможности для негосударственных образований – желающих рисковать могло бы быть больше (это касается всех театров), потому что шансы найти достойное место, реализоваться вне государственными театрами увеличились бы. А так – привилегии и безальтернативность держат и затыкают рот всем потенциально недовольным (пусть я незадействованный или играю что-то низкопробное-несусветное, но по крайней мере зарабатываю хорошо, поэтому нереализованность перетерплю; а уволят – шансы реализоваться малые, а хорошей зарплаты расстанусь точно). Вот так театр теряет способность к внутренним дискуссиям, к обжалований той самой политики руководства, способность меняться, – цементируется и превращается в помпезную усыпальницу. Аминь.

 

* * *

 

Итак, это мы поговорили о государственные театры Львова на материале событий прошлого года. Негосударственные формации, проекты, акции, гастроли тому подобное – дальше будет.

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика