Новостная лента

Телевизор и война плюс/минус семья

20.01.2016

«А я все знаю, мне по телевизору говорят…»

 

В феврале в украинский прокат выходит документальный фильм российского режиссера Виталия Манского «Родные» про его семью, члены которой через драматические события в Украине оказались по разные стороны баррикад. Для съемок ленты «Родные» Манский побывал в Крыму, на Донбассе и во Львове. Фильм был снят на средства Германии, Латвии, Эстонии и Украины. Министерство культуры России в финансировании отказало.

Мировая премьера ленты состоялась 5 июля 2016 года на карловарском межнародном кинофестивале, а в Украине – 20 июля 2016 года на Одесском международном кинофестивале.

 

Среди всех киножанров документальные ленты видимо ближе, почти вплотную приближаются к тому, чем должна заниматься сейчас журналистика: скрупулезным исследованием фактов, объективным их рассмотрением и незаангажированной подачей зрителю. И только в том вышеупомянутом «почти» остается щелочка для авторского видения, авторской субъективности и простор для авторской манипуляции, ведь каждый художник a priori является манипулятором. Ибо то, как монтировать материал, какие разговоры включать до конечного варианта ленты, а какие – вычеркнуть, зависит исключительно от автора. И правда, к которой в итоге докопается создатель, будет выглядеть именно так, как он пожелает ее показать. Каким бы не был объективным режиссер, что-то будет блестеть под софитами, то останется засыпано ненужными декорациями, без шансов попасть в кадр.

 

 

По большому счету, обвинить режиссера Виталия Манского в манипуляциях очень трудно. Разве что очень придираться и спросить, почему в его новом фильме «Родные» очень вскользь упомянуто про Дом Профсоюзов в Одессе и выход украинских войск из Иловайска, и нет ни слова о Дебальцево, хотя все эти события происходили как раз в то время, когда автор снимает фильм. Очень странно, потому что именно эти события стали главной причиной настоящего разрушения отношений украинцев и россиян. Говорить о последствиях без исследования причины – очень странный способ докопаться до правды. Ну, но оставим этот вопрос кинокритикам. Все остальное – безупречно. Возможность высказаться предоставлена всем, независимо от их возраста и политических предпочтений, от места проживания и планов на будущее, от языка общения и вероисповедания. Географический ареал проведения исследования достаточно широк: на равных со Львовом и Одессой фигурируют аннексирован Крым и оккупированная Донецкая область. Для баланса и полного равновесия не хватает разве что Киева, а может даже и Москвы – известно, что именно в столицах решается судьба провинций. По крайней мере, пока что.

 

 

В фильме показаны близкие люди Манского, и даже ближайшие – одной из героинь является мать режиссера, Виктория, которая проживает в Львове. Она настолько утомленная событиями последних месяцев (разговор происходит в мае 2014-го, еще до того, как война наберет обороты), что в какой-то момент говорит сыну, чтобы он «отстал со своей политикой и не мешал жарить блины». Показано родных в Одессе, которые занимаются бизнесом и убеждены, что война закончится за несколько месяцев, показано родных в Крыму, которые искренне радуются возвращению полуострова 2в родной дом», а также дядю Мишу, который живет на оккупированных территориях и все знает о том, что происходит, потому что ему это транслируют по телевидению.

 

 

Но это не только про дядю Мишу. Вообще, родные Манского без всяких сомнений предстают людьми своей эпохи, эпохи медийного консюмеризма. Их жизни проходят на фоне новостных блоков и телепередач, и это настолько въелось в их сознание, что эти утомленные жизнью и войной женщины и мужчины только и могут, что повторять услышанное по телевидению, почти не говоря своим, живым, человеческим языком. И в этот момент задумываешься над тем, как говоришь ты сам, и насколько зависишь от медиаполя, или ты до сих пор сохранил способность слышать, разговаривать, понимать и сочувствовать, все твое существование свелось в итоге к провозглашению услышанного по телевизору?

 

Ради справедливости надо отметить, что семья Манского в меру своих возможностей пытается вырываться из плена транслируемых телевидением мыслей. То грустно заговаривают о том, что жизнь в оккупированном Крыму стало все же хуже. То прохопиться в Львове героиня, что много кто не понимает, зачем эта война и за что гибнут мужчины? То дядя Миша вполне спокойно признает, что Россия завозит оружие в «гумконвоях», и без этого оружия ни Донецк, ни Луганск бы не продержались. Но в решающие моменты – в моменты, когда надо друг другу объяснять, почему выбрали именно эту сторону, а не другой, мгновенно возвращаются к языку телевидения и исчезает даже возможность взаимопонимания.

 

 

Главная метафора – украинцев и россиян, как большой, но разобщенной семьи – прочитывается в фильме очень легко, и эта легкость в контексте последних лет нашей общей истории выглядит настолько гротескной, что у нее совсем уже не верится, совсем как и в настоящей жизни. Мы говорим друг другу, но по инерции, повинуясь правилам хорошего тона и уважении к прошлому, не планируя будущего, потому что боимся признаться себе, что этого будущего уже не будет. Мы говорим друг к другу, порой даже на одном языке, но слова для каждого из нас весят совсем по-разному, в зависимости от того, сколько опыта, боли и горечи оседает в них.

 

Новая картина Манского – это попытка продемонстрировать, на что способна гибридная война, и с какой легкостью она способна разбить вдребезги даже самое святое, что есть у человека – его семью. Большинство украинских семей в течение последних трех лет переживали нечто подобное: эмоциональные разговоры внутри страны, градус которых моментально повышался, если приходилось разговаривать с ответвлениями семьи в России или Беларуси. И в этой ленте главной мне кажется попытка нащупать, почувствовать, что именно разбивает семьи, который фактор – возраст, этническая принадлежность, окружение?

 

 

Так же этническая и возрастная принадлежность, как понятно из фильма Манского – далеко не главное. В их семье, что имеет достаточно запутанное происхождение, украинский элемент почти незаметный, но многие из них, а особенно молодые люди, считают своей родиной именно Украину, и если надо – они готовы ее защищать. Правда, иногда не знают точно, как именно, потому к возможности войны украинское общество образца весны 2014 года совсем не было готово.

 

То что, получается, окружение? Выходит, в настоящем мире окружение играет куда больше роли, чем кровная связь. Таким образом Манский отвешивает пощечину одновременно российской пропаганде, которая утверждает, будто украинской нации не существует в принципе, и консервативной части украинского общества, которая не хочет признавать то, что ярко продемонстрировали протесты 2013-2014: украинцы формируются как нация политическая, а не этническая.

 

Ну, и напоследок: хочется думать, что эта лента увидит как можно больше наших восточных соседей. Тех, что сейчас молчат, тех, что оправдывают преступления собственной власти, тех, что пытаются делать вид, что это не они увязли в нескольких войнах, и что им потом за это расплачиваться. Хочется верить, что этот фильм разобьет их стеклянные замки и заставит понять, почему с улиц украинских городов уже третий год не исчезают похоронные процессии, и почему их украинские родные так упорно отказываются говорить с ними даже о погоде.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика