Новостная лента

Тишнер читает Катехизис. 15.

02.04.2016

РАЗДЕЛ «ОТВЕТ БОГУ»

БЕСЕДА ПЯТНАДЦАТАЯ: СВОБОДА
(предыдущую часть смотрите. здесь)

 

 

Ю.Т.: Сегодня, Яцек, мы рассмотрим главу нового «Катехизиса», что зовется «Человек отвечает Богу»1. В ней речь идет об очень близкие нам вопросы.

Чтобы понять абстрактные формулировки катехизиса, стоит взглянуть на них глазами других читателей. Этот новый катехизис уже дождался многочисленных отзывов, – но за границей. В Польше их сравнительно немного.

Самым интересным является отзыв Лешека Колаковского. Колаковский имеет очень личное отношение к вере и к этого катехизиса, который анализирует сквозь призму истории идеи.

 

Я.Же.: И его, катехизиса, последствий для нашей повседневной жизни.

 

Ю.Т.: Так, ведь мы знаем, что Лешек Колаковский является не только историком идеи, но прежде всего свидетелем эпохи тоталитаризма. Мы только недавно вышли из-под власти тоталитаризма, поэтому Колаковский спрашивает, новый катехизис не содержит каких-либо тоталитарных соблазнов. Если бы они были, то оказались бы, прежде всего, в дефиниции свободы. Поэтому не удивительно, что его особенно интересует подход катехизиса к свободе.

Я не буду тебя, Яцек, экзаменовать по вопросам марксизма-ленинизма…

 

Я.Же.: Пожалуй, я бы не смог сдать такого экзамена.

 

Ю.Т.: …но, помнишь ли ты марксистскую дефиницию свободы?

 

Я.Же.: Или тебе речь идет об определении, которое гласит, что свобода – это осознанная необходимость?

 

Ю.Т.: Или другими словами: быть свободным-значит понимать необходимость. Свобода – это понимание необходимости.

 

Я.Же.: Этот тезис можно связывать с марксизмом, однако она имеет гораздо более глубокие исторические корни, – хотя бы, когда речь идет о понимании места человека в феодальной структуре, где каждый имел собственную степень свободы. Прежде чем свобода попала на флаги во времена французской революции, люди переживали ее как разумную необходимость.

 

Ю.Т.: А что значит понимать необходимость?

 

Я.Же.: Соглашаться с ней?

 

Ю.Т.: Или ты когда-то плавал на байдарке?

 

Я.Же.: Немного.

 

Ю.Т.: Я спрашиваю, потому что сплав на байдарках очень хорошо соответствует тоталитарному определению свободы. Ты плывешь по течению реки, держишь в руке весло и так скеровуєш байдарку, чтобы плыть по течению. Ты свободен, когда плывешь по течению. В соответствии с марксистским учением, когда тебе хочется плыть против течения, то ты лишь мнимо свободный. Ты имеешь мнимую свободу.

Лешек Колаковский спрашивает, есть ли нечто подобного в «Катехизисе»? Есть ли там разграничения между мнимым свободой и реальной? Или ты чувствуешь, какие бы это имело последствия?

 

Я.Же.: Я также чувствую исторический источник этого беспокойства. Мы описали в наших предыдущих беседах. Речь идет о те религиозные искушения, о которых мы говорили и которые в прошлом часто предопределяли стремление навязать другим собственное видение добра. Колаковский писал, что и модель понимания мира, которая в свое время породила Святую Инквизицию, содержит также истоки тоталитаризмов ХХ века.

 

Ю.Т.: Человеку можно сказать: послушай, коллективная собственность – это благо. Такая объективная истина. И теперь, во имя этого блага, я тебя заставлю вступить в колхоз.

 

Я.Же.: Потому что тогда тебе будет хорошо!

 

Ю.Т.: «Хорошо» – это бы еще было пол беды. Но они тебе говорят, что ты тогда будешь свободным, ты будешь объективно свободным. Помнишь ли ты пьесу «В открытом море» Мрожека? Трое жертв кораблекрушения, голод, надо кого-то одного съесть. Кого? Выбрали хирляка. Они могут его убить силой, они имеют над ним преимущество. Но было бы лучше, если бы он сам согласился, – потому что только тогда, когда он согласится, он будет действительно свободным.

Они его так или иначе съедят, но если он согласится с объективной необходимостью, то действительно себя самого. И тот хирляк соглашается, потому что они его убедили. Становится на сцене и обращается к зрителям: «Ибо, где есть настоящая свобода? Там, где нет привычной свободы! А где есть привычная свобода? Там, где нет настоящей свободы!».

Лешек Колаковский услышал этот тон в новом «Катехизисе». Его обеспокоило, в частности, одно предложение…

 

Я.Же.: «Чем больше мы творим добра, тем свободнее становимся»2. Не хочу сказать, что это предложение могло бы оказаться в пьесе Славомира Мрожека, но тревога, высказанная Мрожеком, может довольно глубоко искать и здесь.

 

Ю.Т.: Существует какая-то двусмысленность: я скажу тебе, что такое добро, и скажу тебе, когда ты свободен.

 

Я.Же.: Эта двусмысленность появляется только тогда, когда именно ты мне указываешь, что такое добро и когда я свободен.

 

Ю.Т.: А когда ты сам это решаешь?

 

Я.Же.: Тогда противоречия между хорошим и свободным не будет.

 

Ю.Т.: А вот следующая фраза: «Настоящая свобода возможна в служении добру [и справедливости]». Следующая причина беспокойства Лешека – это термин «настоящая свобода». Или человек может быть просто свободным? Может ли она быть свободной настоящей или фальшивой свободой? Понимаешь это беспокойство? «Катехизис» может нас убеждать, что научит нас той истинной свободы.

 

Я.Же.: Я так понимаю, что словечко «настоящая» превращается здесь на долю, которая нивелирует означаемое.

 

Ю.Т.: Так оно может произойти, потому что это я тебе скажу, что истинное, а что ложное. Здесь внутренний опыт свободы ставится под сомнение в пользу внешних приговоров.

 

Я.Же.: Я не вижу опасности в самом этом утверждении. Беспокойство я испытываю лишь тогда, когда мы спрашиваем, кто бы мог сказать, чем является истинное добро.

 

Ю.Т.: Заметь, какой впечатлительный Лешек Колаковский на определение, на слова. Он такой чувствительный к ним благодаря истории идеи, – ведь вся и проблема содержится в омуте истории идеи. На страницах еженедельника «Tygodnik Powszechny» ему отвечает отец Ґертих, который обнаружил неточность в переводе с французского языка на польский. А именно, французское «libre arbitre» следует перевести как «свободный выбор», а не как «свобода».

Я говорю об этом лишь потому, чтобы показать, какие важны в этих вопросах определенные фундаментальные формулы. Перестановка одного слова меняет весь смысл.

 

Я.Же.: Но мне кажется, что то беспокойство, которое выражает Колаковский, лишь частично обусловлен историей политической мысли или философской традиции, однако в значительно большей степени вытекает из политической традиции Церкви. Если бы такая фраза прозвучала в книжке какого-то философа, никто бы не забеспокоился. Беспокойство возникает лишь тогда, когда такая запись оказывается в документе Церкви – институции, которая сотни лет имела значительную политическую власть на нашем континенте, а в современной Польше пытается существенно влиять на ход политической жизни. Ведь возникает страх, что епископы захотят навязать обществу собственное видение свободы так же, как пытаются навязать свои убеждения во многих других вопросах.

 

Ю.T.: Мы видим, насколько важно понимать текст в историческом контексте. Якобы идея свободы формируется где-то на уровне абстракции, но потом мы замечаем, как она с уровня абстракции приходит на землю и бьет людей по головам. Послушай, Яцеку: а ты, или ты чуєшся свободным, когда твои действия предопределяет необходимость? Разумная необходимость. Или тогда ты чувствуешь себя свободным, лишь мудрым?

 

Я.Же.: Это очень трудный вопрос, потому что оно имеет глубокие корни. Как ты говоришь, разумная необходимость – это…

 

Ю.Т.: Или ты глотаешь аспирин, когда простудишься?

 

Я.Же.: Так. И когда я глотаю аспирин, будучи простуженным, то чувствую себя свободным. Зато, когда кто-то приходит ко мне и говорит: «Ты простудился, следовательно ковтни аспирина», то я могу чувствовать себя или любимым, или гнобленим.

 

Ю.T.: Это означает, что Твой опыт свободы или несвободы фигурирует в контексте межчеловеческих отношений. Не в споре с самим собой, а в контакте с другими. Поэтому это міжлюдський феномен. Свобода, можно сказать, не содержится ни в тебе, ни во мне, а между нами существует.

И действительно: когда ты идешь, например, на прогулку и видишь перед собой ров, и не можешь идти дальше, ты не чуєшся порабощенным. Но когда кто-то выскочит перед тобой и скажет: «Туда тебе идти нельзя!», то почувствуешь себя порабощенным.

 

Я.Же.: Ибо порабощение является вопросом свободного выбора, а не необходимости. Если кто-то навязывает тебе осознание необходимости, ты начинаешь чувствовать порабощения.

 

Ю.T.: Но здесь всплывает еще одно дело. Ведь «Катехизис» содержит еще одно определение свободы, связанное с опытом благодати.

 

Я.Же.: «Чем больше мы послушны порухам благодати, тем больше возрастает наша внутренняя свобода и наша уверенность во время испытаний, а также под давлением и требованиями внешнего мира»3.

 

Ю.T.: Душераздирающая фраза! Она также могла бы вызвать беспокойство, ведь чем мы послушнее, тем мы свободнее.

 

Я.Же.: Но что касается благодати, то есть бытие, которое принадлежит к иной, чем мы, категории.

 

Ю.T.: Я не хотел бы углубляться в сложные проблемы благодати. Я бы предпочел углубиться в нечто совершенно иное. Посмотри, свобода здесь не фигурирует ни как свободная воля, ни как свободный выбор, но как освобождение.

 

Очень интересно, что в человеческом опыте не существует чистой свободы. Есть лишь вызволение. Вызволение от внешнего насилия, но и от какого-то внутреннего насилия. И отсюда происходит эта диалектика благодати и свободы.

 

В большой метафориці свободы ее ассоциируют с крыльями. Ты свободен тогда, когда имеешь крылья. А значит, ты свободен тогда, когда речь не идет о том, или справа, или слева, а лишь о том, чтобы вверх.

 

Ба больше: опыт свободы ты получаешь тогда, когда знаешь, что «можешь». Даже когда ты не действуешь и не пользуешься свободой, то чувствуешь, что свободен.

 

Можно сказать: свобода – это способ существования. Даже когда ты ничего не делаешь, ты или есть, или не есть свободным.

 

____________________

1 Глава третья официального украинского перевода «Катехизиса».

2 Ст. 1733 официального перевода.

3 Ст. 1742 официального перевода. В польском тексте эквивалентом слова «благодать» есть слово «łaska».

 

 

[см. предыдущую часть]

 

Перевел Богдан Панкевич

Редактор перевода Андрей Павлишин

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика