Новостная лента

Тишнер читает Катехизис. 4.

14.01.2016

 
БЕСЕДА ЧЕТВЕРТАЯ: Я ЗНАЮ, ЧТО… Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ИМЕННО…
(предыдущую часть смотрите. здесь)

 

 

Ю.Т.: Мы говорили, Яцек, о «революции», чтобы назвать то, что происходит в Церкви после последнего Собора…

 

Я.Же.: …и выразилось в новом катехизисе…

 

Ю.Т.: …и пришли к выводу, что это революция в коперніканському смысле. Обрати внимание на еще один элемент этой революции, а именно на присутствие в новом катехизисе так называемой апофатической теології1. В тридентском катехизисе апофатична теология принципиально відчутня.

 

Я.Же.: Апофатической теологии, то есть какой?

 

Ю.Т.: Такой, которая утверждает, что о Боге мы можем лучше знать то, кем Он не является, чем то, кем Он является. Если позволишь… В новом катехизисе есть такое утверждение св.Тома… Прочитай.

 

Я.Же.: «Мы не можем постичь в Боге то, что Он есть, но только то, чем Он не является и как другие существа соотносятся с Ним»2.

 

Ю.Т.: Применим эти слова к личности Авраама. Надо сказать так: несмотря на встречу в пустыне, Авраам и дальше лучше знал, кем Бог не является, нежели кем Он является. И это отрицательное знание повлияло на его жизнь.

 

Я.Же.: Он знал, что Бог не является человеком, подвластной человеческим ограничением…

 

Ю.Т.: …но не очень понимал, кем Бог является. И поэтому свой человеческий опыт накладывал на видение Бога. Вольтер говорил, что если Бог создал человека по своему образу и подобию, то человек благодарит Ему тем самым с лихвой. И отсюда вытекает потребность апофатической теологии, то есть той, которая бы очищала…

 

Я.Же.: …Бога от налета, созданного благодаря нашей склонности к Его очоловічення…

 

Ю.Т.: …благодаря нашему воображению, нашим воспоминаниям, образам, услышанным смыслам.

 

В «Катехизисе» сказано, что нужно быть очень осторожным с языком, которым говорится о Боге. Кратко остановимся на проблеме языка. Я бы здесь хотел четко разделить два аспекта языка. То, «что мы разговариваем», и то, «что мы говорим».

 

Факт, «что мы говорим», очень важен. Событием огромной важности в жизни каждого человека есть то, что кто-то в нее проговорил. Прервал молчание, вывел меня из анонимности.

 

Я.Же.: И себя также…

 

Ю.Т.: И себя.

 

Я.Же.: …в отношении меня.

 

Ю.Т.: Поставил себя передо мной. Обнаружил себя.

 

Я.Же.: Если ты говоришь мне, это означает, что ты существуешь и меня замечаешь.

 

Ю.Т.: Я бы сказал: вижу себя благодаря тебе. И Авраам приобрел того опыта в пустыне, опыта избранности. Он лишился анонимности. Оказалось, что он является кем-то большим, чем одной из песчинок в пустыне.

 

Я.Же.: В то же время он узнал, что Бог существует, ибо так говорит, то должен быть.

 

Ю.Т.: Так! Так! Так! И собственно с этого начинается революция в человеческой жизни. Человек становится центром – центром для Бога, – ведь Бог проговорил к Аврааму. А Бог стал центром человека, ибо человек задумывается над тем, что Господь Бог сказал. Прислушивается, старается понять, что именно Творец хочет ей поведать. Здесь видно разницу между тем, «что происходит разговор», и тем, «что именно сказано».

 

Я.Же.: Ибо то, что Он говорит, является определенным фактом, а то, что именно Он говорит, зависит от нашего понимания.

 

Ю.Т.: Конечно.

 

Я.Же.: Ты говоришь мне что-то, и я или понимаю, или не понимаю.

 

Ю.Т.: Каждый разговаривает на своем языке, каждый из нас переводит каждое чужое слово на язык собственного воображения. И так же и Авраам пытался переложить зов Бога языком собственного воображения. Бог дал ему обетование, разбудил в нем надежду – началось великое испытание человеческой надежды. (Мы еще вернемся к этой теме). И уже вскоре Авраам услышал, «что именно Бог говорит». Помнишь ту сцену из Библии?

 

Я.Же.: «Отдай сына!»3

 

Ю.Т.: Так. Отдай сына! Отдай сына!

 

Я.Же.: Так Авраам услышал.

 

Ю.Т.: Так услышал.

 

Я.Же.: Потому что на самом деле сказал Бог, того мы не знаем…

 

Ю.Т.: Того не знаем, но знаем, что он так услышал. Слушай-ка теперь внимательно: над этим стоит задуматься. Почему такая мысль вообще возникла в человека? Потому что, как потом оказалось, то была лишь искушение самого Авраама. Как это происходит, что такая соблазн вообще у людей возникает? К этой соблазна стоит присмотреться. Я сказал бы: это первая религиозная искушение, которому подверглась человек, встретив Бога в пустыне. Соблазн «отдать сына».

 

Я.Же.: Соблазн жертвоприношения.

 

Ю.Т.: Так. Но какой жертвы? Не любой. Не овцы, не овна, не вола. А собственно сына. А мы знаем, как случилось, что сын родился. Единственный сын, долгожданный, очень желанный. Следовательно, какой смысл имеет соблазн принести Богу в жертву собственно того сына? А такой, что когда ты встретил наивысшую ценность, то хочешь ей посвятить то, что тебе ближе всего. Тогда я переконаюся, или ты действительно меня любишь. Ты чувствуешь это искушение?

 

Я.Же.: Ты спрашиваешь, хотел бы я отдать сына?

 

Ю.Т.: Нет-нет. Или ты имел в жизни такие искушения, когда встретил какую-то ценность…

 

Я.Же.: Так…

 

Ю.Т.: …высокую ценность, и тогда возникла проблема с тем, что ты имеешь ближайшего. Чтобы показать, что я тебя люблю, я готов…

 

Я.Же.: Пожертвовать чем-то очень важным.

 

Ю.Т.: Хочу это что-то пожертвовать – что-то очень важное, что-то очень близкое. Это чрезвычайно человеческое. Но мне кажется – когда внимательнее присмотрю к этой соблазна, – это соблазн всякого тоталитаризма. Возьми историю тоталитаризма последних времен. В чем заключается тоталитаризм?

 

Я.Же.: В том, что какой-то одной стоимости ты підпорядковуєш все другие.

 

Ю.Т.: Действительно?! Тогда ты должен доносить на ближайших. Не потому, что тебя заставляют, а потому, что такая жертва тебя манит. Сын будет доносить на отца, брат донесет на брата.

 

Я.Же.: Но, это собственно религиозное искушение?

 

Ю.Т.: Представь себе, что именно так я считаю. Тоталитарное искушение в основе своей является религиозным соблазном. Она мне похожа на первую религиозную искушение, которой подвергаются в мире, где нет доброго Бога.

 

Это действительно трагическая искушение: «отдай сына» – то есть убей, – и тогда докажешь, что любишь меня более всего!

 

Я.Же.: Во имя наивысшего добра творишь «благое зло».

 

Ю.Т.: Свидетельствуешь о! Это Кьеркегор говорит, что во имя религии ты отставляешь в сторону нравственности. Такой конфликт действительно существует!

 

Я.Же.: Но…но…

 

Ю.Т.: Подожди! С точки зрения нравственности Авраам-отец является убийцей.

 

Я.Же.: …но ты підважуєш смысл религии.

 

Ю.Т.: Определенной религии! С точки зрения той религии Авраам является героем. Однако с точки зрения нравственности отец был бы убийцей. Чувствуешь, о чем здесь идет речь? Что здесь рождается? Какая это человеческая история?!

 

Я.Же.: Высшее благо обосновывает самое большое зло! И здесь, в новом катехизисе, есть ответ, как себе с такой драмой справиться?

 

Ю.Т.: Ответ есть!

 

Я.Же.: Ответ, которого не было в предыдущем, тридентском катехизисе?

 

Ю.Т.: В любом случае, она не была столь выразительной.

 

Я.Же.: И ответ – это скептицизм?

 

Ю.Т.: Говоря в широком смысле, ею является апофатична теология. Напомни еще раз тот текст.

 

Я.Же.: «Мы не можем постичь в Боге то, что Он есть, но только то, чем Он не является и как другие существа соотносятся с Ним». Это означает, что мы также не можем с полной уверенностью сказать, что именно Он к нам говорит?

 

Ю.Т.: Но…

 

Я.Же.: Или так?

 

Ю.Т.: Но ты можешь сказать, что Он говорит.

 

Я.Же.: Однако не можешь быть уверенным в том, что именно Он сказал?

 

Ю.Т.: По этому нужно быть очень критичным.

 

Ты имеешь опыт того, «что Он говорит», значит, ты не брошенный, знаешь, что когда Он к тебе говорит, то ты уже не первой попавшейся пером, которую носит ветер. Но то, «что именно Он говорит, проходит сквозь фильтр всех твоих чувств, эмоций, опыта, ограничений, ассоциаций, реминисценций – сквозь фильтр всего механизма твоего человеческого восприятия.

 

Я.Же.: То ли этот фильтр предопределяет, что появление capax Dei должен сопровождаться осознанием субъективизма веры?

 

Ю.Т.: Так.

 

Я.Же.: Ибо тот факт, что человек признает себя открытой непосредственно для Бога, перестает быть угрожающим, если нет уверенности, что мы сумеем того Бога понять? Сарах Dei становится менее опасным?

 

Ю.Т.: В каком смысле менее опасным?

 

Я.Же.: Если даже ты слышишь тот голос Бога, который говорит тебе: «отдай сына», «убей соседа», «дай кому-то в лоб», то от св. Тома ты знаешь, что не можешь быть уверенным, что действительно Бог тебе сказал. По сути дела, видимо только то, что ты так услышал, что ты так Его понял.

 

Ю.Т.: Но вся проблема заключается в том, что когда ты имеешь такое религиозное переживание, то тебе уже не до чтения Тома. Берешь лома и лупишь.

 

Я.Же.: Может стоит запретить людям религию как источник таких уродливых опасностей?

 

Ю.Т.: Здесь опять возвращается проблема, о которой мы говорили – «я верую» означает: «мы веруем». Другими словами: видно потребность контроля со стороны апофатической теологии, а косвенно – со стороны братьев, которые также веруют. Здесь появляется потребность присутствия Церкви. Потому что когда ты слышишь голос Бога, никто извне тебя не сдержит. Но тебя может сдержать тот, кто верит вместе с тобой.

 

Я.Же.: То есть, тем, кто слышат голоса, ты советуешь пойти и спросить: «Братья, то возможно, чтобы Бог такое мне сказал?».

 

Ю.Т.: Примерно так. Ты всегда можешь сравнить свою веру с верой других людей. И тогда ты встретишь Христа, который скажет: «Вложи меч в ножны». Это означает: «Когда хочешь что-то показать, то сам иди на тот жертвенник, а не посылай туда сына или соседа, который верит иначе».

 

Я.Же.: Но в той фразе из Тома есть еще нечто, что кажется мне важным, может даже ключевым: сомнение в абсолютности также и той истины, которая содержится в этой книжке. Поскольку мы не знаем, что именно Бог нам говорит, а по крайней мере не можем быть до конца уверены в том, то ватиканский катехизис говорит: «Думаем, что так хорошо», «Думаем, что истина является таковой». В отличие от предыдущего, тридентского катехизиса, который говорил: «хорошо так», «истина такова».

 

Ю.Т.: В любом случае, этот катехизис несомненно вводит элемент здорового сомнения относительно того, «что именно нужно считать».

 

Прекрасно об этом пишет св. Хуан де ла Крус, который говорит, что религиозная жизнь похожа на путешествие вверх, а вся проблема заключается в том, чтобы не задерживаться на этапах этого путешествия. Путешествуешь, потому что имеешь опыт чего-то абсолютного. Бог говорит: «Где ты? Пойдем!». Но каждый раз, когда ты делаешь шаг вверх, вокруг тебя меняется пейзаж.

 

Здесь видно, как то, что релятивне, связывается с тем, что в мире абсолютное. Абсолютное то, что Бог говорит с нами, и то, что Он благ, – это абсолютно. Благо – что Он велит нам сходить каждый раз выше и выше. А то, что ты в данный момент видишь, что способен увидеть и как именно ты это увидишь, зависит от того, на какой уровень ты поднялся.

 

Я.Же.: В какой степени подготовлен к тому, чтобы услышать.

 

Ю.Т.: В какой степени подготовлен, видишь горизонт, знаешь пейзажи.

 

Я.Же.: Опыта, прошлого…

 

Ю.Т.: Итак, смысл драмы, которую пережил Авраам, по сути дела, очень прост: Бог Авраама – это не Бог, который посягает на твои ближайшие стоимости. Это Бог, благодаря Которому ты имеешь то, что тебе ближе всего. Это Бог, Который связывает тебя с тем, что тебе ближе всего.

 

Это и есть перспектива апофатической теологии, которая разрушает уверенность, но строит мышление. Лишает иллюзии истины, но благодаря этому приближает к истине.

 

 

__________________________

1. Ю. Тишнер употребляет польский богословский термин «negatywna teologia», эквивалентом которого в украинской богословской практике есть понятие «апофатична теология» (от древнегреческого ἀποφατικός – «негативный»).

2 Артикул 43. Процитировано: Св. Фома Аквинский, Сумма против язычников, 1, 30.

3 Дословно в Книге Бытия сказано: «Бог сказал: `Возьми сына твоего, твоего единственного, которого любишь, Исаака, и пойди в Мория-край и принеси его там в всесожжений на одной из гор, которые я тебе укажу» (Быт 22. 2, пер. Хоменко).

 

[см. предыдущую часть]

 

Перевел Богдан Панкевич

Редактор перевода Андрей Павлишин

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика