Новостная лента

Юлиан Тамаш: «Чувствую себя похороненным заживо»

17.09.2015

 

Академик Юлиан Тамаш является одним из величайших интеллектуалов русинской диаспоры в Сербии, академик НАНУ и ВАНУ, а также Воєводинської академии наук и искусств в городе Нови Сад (Сербия), почетный доктор Ужгородского национального университета. Преподавал и вел научную деятельность в университетах и научных кругах Ужгорода, Прешов, Львова, Тернополя, Киева, Торонто, Урбана-Шампейна, Трира, Белграда, Загреба, Филадельфии, Нью-Йорка и Тарту. Кроме того, написал и опубликовал около 50 книг, среди которых сборники стихов, романы, эссе и научные труды по вопросам славянских литератур, региональных и малых традиций в мире.

 

— Господин Юліане, русины является такой одинокой и отделенной от Украины диаспорой, как их видят украинцы? Или все же это отдельный народ, который научился жить наедине с собой и не нуждается в «старшего брата»?

 

— Русины в Южной Венгрии и Воеводине принадлежат к древнейшей западной украинской диаспоры — одного из корней украинского дерева, —которая начала формироваться с половины XVIII века. На протяжении веков они принадлежали к разным государствам, и на том основании могли бы быть негосударственным народом, но их так никто не хочет признать, потому русинов следует считать региональным самосознанием украинского народа и нации современной Украины — единого государства, что признает русинов как один конкретный вид своей диаспоры. Здесь речь идет не о необходимости иметь старшего брата, а о родной матери, которую не выбирают. А мать нужна каждому.

 

— Можем говорить, что существуют тенденции к изменениям в русофільстві среди русинов? Вы видите возможности выхода из этой ситуации?

 

— Русофильство среди русинов является политическим извращением, ведь россияне не признают нас своей диаспорой. Они считают нас украинской диаспорой, а политическое русиньство используют для разрушения Украины. Соборность Украины нужно беречь и защищать, но не политикой централизма, а реґіоналізмом, который оказался продуктивным в Германии, Швейцарии, Швеции, Финляндии, Испании и которого не сможет избежать ни Великобритания, ни даже Украина и Россия. Выход заключается в изменении Конституции Украины относительно реґіоналізованої соборности, но перед тем нужно расторгнуть брак между Украиной и Россией, в котором Украина всегда в весьма невыгодном положении.

 

— Большинство русинов является верующим греко-католиками, а каково Ваше отношение к Церкви и религии?

 

— Я греко-католик, и мои предки на протяжении веков были греко-католики. Лично я не являюсь «показательным» верующим, точнее считаю себя еретиком, который Господу задает неудобные вопросы, но признает его, когда с ним ведет долгие разговоры и молится ему. Настоящие художники и ученые должны быть еретиками, и это, как считает Эрнст Блох, лучший способ служить Богу.

 

ГИРМИ. ПТИЦИ ШПИВАЮ

 

Нет мам жэ я вецей цо радзиц с Тобу, Боже!

Первое жэ порадз сам зоз собу,

И еще гнївай на самого себя

Пре нєсовершеносци собственного дела;

Припознай же ши слабы, как и шицки мы смертни,

хторих спреведаш с вичносцу или голєм припознай

же ши не барз мерковал

при твореню швета. Но припознай;

будзе легчейше и Тебя. Най ци не приповедам

цо то будзе значиц за нас, спаднутих, покля жэ нэ випросциме

достойни Твоєй любви. Припознай же нас любишь:

же любишь мне, такого пререзаного,

цо ту, как млада, а пребарз буйней коруни,

лїсцата бреза на жеми лєжим.

И не думай же ме твойо шветлосни плети вицинаю!

Гоч пукаш с кнутом, зоз шаланґами, как нєдороснути кондаш

На цудзей пажици, по мне шветлосни триски падаю.

 

Знамянка же бы и Ты най ме болї.

Розумим Твойо добры оцовски намерения

Как слабосци. Одпочинь руку.

Требац Ци будзе же быша гобльовал тот швет,

Ы же ши слабы, и любви жадни,

Как и я, Твойо дело,

Озда и слабее времени Тебя.

 

В Твоєй души я зоз шерцом препознавам,

Дошлєбодзиш же бы из моего корня

Голєм два новы стебли по Это выросли.

Круг них, дошлєбодз, най лес народа

Моего языка згушнє,

Тебя же бы и не было на позор, мне за потїху,

На опомнуце гевтим цо нам шекеры к лєса послали

А мы их ни зоз мнению, а не с делом,

За казнь, вимсценє ни пошасц не виволали.

 

Нет мам е вецей цо с Тобу радзиц, Боже!

Ты на висотох, а я на жеми лєжим.

Ед нєшка я Это цешииц будзем

Я же, нїяки, и Твойо слабосци розумим.

Шпивам вєдно с тима тащками

с моей спаднутей лїсцатей коруни

Как кажди из Твоих глашнїкох

и спаднутих ангелох.

 

Гирми. Птици шпиваю.

Я медзи нїма хвалїм Твою доброту.

В слабосци сом цихо. Лєм паметам.

 

— Есть ли разница между культурной жизнью сербов и русинов современности?

 

— К сожалению, русины от сербов переняли некритическое русофильство и все неґативне, что в них есть. Они начинают сами себя уверять, что они избранный народ и что могут праздновать свои поражения как победы, и упорно все делают в ущерб себе. К сожалению, положительных моральных качеств от сербов — которых немного — не перенимают. Таким образом ослабляют свою жизнеспособность, потому что миф воспринимают как реальность. Кроме того, русины никогда не были во власти, поэтому несут меньшую историческую ответственность, у них меньше грехов в отношении других народов.

 

— Сербия является кандидатом на членство в ЕС, однако не слишком старательно выполняет поставленные Брюсселем условия и все еще тяготеет к России. Считаете ли Вы Сербию состоятельной таки вступить в ЕС и уйти от российского влияния?

 

— Политическая элита Сербии после убийства Джінджича не желает войти в Европейский Союз. Только притворяется, что хочет. В случае ультиматума — Европейский Союз или Россия — все политические элиты выбрали бы Россию. Умных и европейски образованных сербов есть много, но как только им напомнишь про Россию, они начинают думать на русском головой. Сербский проґресивна партия — это переодетые ученики Шешеля, так называемые шешелівці, это софістикований сербский фашизм, как и путинизм — софістикований российский фашизм. Роль Германии и Гитлера перед Второй мировой войной выполняет Россия и Путин.

 

— Вы написали монографию и много исследуете творчество одного из крупнейших авторитетов русинов — Костельника. Рассматриваете его еще и как выдающегося украинского философа начала ХХ века. На чем базируется философия Костельника? Почему ее стоит изучать? И почему, по Вашему мнению, она является «забытой» и по вычерченной по истории украинской философской мысли?

 

— Грех Гавриила Костельника заключается в том, что он как историческая фигура виноват за гибель тысяч украинских греко-католиков. Тем не менее, он был не только писателем Центральной Европы, который в первой половине XX века единственный в Украине писал хорватский, русинском и украинском языках патриотическую и религиозную поэзию, но и философом со своей философской системой, ввел около тридцати своих терминов и понятий в философию.

 

Его философская система заключается в теїстичному сочетании логической рационализации и природной интуиции. Он, так же как Альберт Айнштайн и Дэвид Бом, руководствуясь законами логики, доказывал существование Бога. За грехи его исторической фигуры в украинской литературе и философии о нем не вспоминают, а его письменных текстов не читают. Я прочитал их, несмотря на то что они недоступны широкому читателю, и могу утверждать, что время на стороне литературного и философского наследия Костельника. Я написал об этом монографию, в которой охватил все возможные аспекты, пытаясь передать его видение мира.

 

— Ваш литературный стиль самобытный и совершенно нетипичный для русинской литературы. Поскольку даже в Ваших научных текстах часто можно найти сравнение литературы с любовью, стихи с женщиной. Как Вам удалось развить в себе эту неповторимость, не поддаваться влиянию окружающей среды? Часто ли чувствуете себя Дон Кихотом, который один на один борется с ветряными мельницами русинской архаичности?

 

— Вы должны знать, что я русиніст и украинист — самоучка. Который начал по-настоящему интересоваться компаративистикой и теорией литературы прежде всего благодаря естественному призванию как поэт, а потом как романист и эссеист, который впервые написал историю русинской литературы, писал о все славянские литературы, параллельно прочитал большое количество литературы региональных и локальных литературных традиций, которую читают только отдельные носители этих традиций.

 

Кроме того, я должен сказать, что я очень хорошо знаком с мировой и современной литературой и философией. Когда мне было 36 лет, мой учитель, покойный академик Словении Йоже Погачник, написал книгу «Поэзия Юлиана Тамаша» (1986) объемом около ста страниц, в которой он отмечает всей уникальности моей поэзии, утверждая, что «ради поэзии Тамаша стоит выучить русинский язык», потому что я охранник «надежды человечества и смысла человеческого существования».

 

Относительно того, что женщина может быть для мужчины «дар и наказание»… Каждый мечтает о любви, и когда человек умеет любить, даже если на ее любовь не ответили любовью, она живая.

 

Я сознаю, что моя языковая сообщество долго не проживет из-за малочисленности, ассимиляцию и акультурацію. Но хороший литературное произведение на этом языке мог бы долго жить, если в нем другие народы найдут для себя что-то важное о тайнах человеческой души и сложность существования. Надеюсь, что именно я мог бы его написать, если еще не написал. Конечно, не мне это решать.

 

ГОСПОДИ, ПОМИЛУЙ

 

Тей святей ноци не знамянка дзе ши

И с кем ши. Шпиш или зоз страсцу обнята

Не слышишь шум лїсткох которые под витром падаю

Зоз моей загради. Не задал еще

В даремней хлопскей габы

И гоч это живу нїґда не дотхню мойо ґамби.

 

Препознаш ме, позна любви,

В цудзей загради

В щесцу собственного дзецка,

В глїбоким обняцу остатнього любовнїка.

 

Жадам

Кед будзеш голая, в страсци, не тяжелое кеды

И не важное с кем

С хлопком отметив винчаним или цудзим

Такую которую это цело спомин.

Моя мрия это здогонї

И как тота багнїтка нїжно повицина.

 

На Квитну нєдзелю

 

— Как Вы совмещаете деятельность научную и художественную литературную? Что в Вашей личности преобладает: писатель или ученый?

 

— Я в первую очередь писатель, потому что его восприятие мира является более сложным. А потом толкователь других литературных произведений, вроде актера, который живет жизнью своего литературного персонажа на сцене или в кино. Писатель прежде всего является свидетелем событий и отличает хорошего человека от лицемера, и это своего рода его божественная роль, как дополнение к тому, что каждое его новое литературное произведение является новым воспроизведением мира, что разворачивается перед глазами читателя.

 

— Тем временем качественная литература мало популярна среди молодежи. Как думаете, в чем причина?

 

— Молодые люди не хотят ставить под сомнение видение мира в своем сознании. Они пытаются всем своим существом забыть о мире, и момент забвения воспринимают как смысл вечности. Представители таких маргинализированных групп входят в литературу, не зная классиков мировой литературы и универсальных вечных ценностей. Несчастен тот, у кого знаний много, а уверенности в себе нет. Блаженны нищие духом. Писатель есть ребенок с опытом пожилого человека, а в то же время и настоящая творческая личность, которая одновременно играет сотни ролей эретично умноженных душ.

 

Поэтому священники, генералы и политики не любят художников, писателей, музыкантов, актеров. И в конце концов, все бы хотели написать книгу. Но Бог праведен. Он не позволит это кому-то. Книга представляет собой вознаграждение за личные пережитые страдания и страдания других людей.

 

— В одном из эссе из сборника «Над хтори думал» у Вас обособленные понятия писатель и человек. В чем разница?

 

— Человек является шутом и Айнштайном. Обычный человек использует язык, чтобы решить практические вопросы повседневной жизни. Писатель владеет силой слова и выкапывает живую мысль или відчуджену душу человека из слоев мертвой речи. Писатель помогает человеку видеть духовными глазами. Он не позволит ей выпить целое море, чтобы понять, что вода соленая. И, наконец, поможет — чтобы не училась на собственных ошибках, а на ошибках других.

 

— А может ли существовать литературовед, который сам никогда не писал?

 

— К сожалению, может. Таких большинство. Но я не доверяю переводчикам литературных произведений, которые не могут написать хотя бы обычного стихотворения или короткого рассказа. Это я однажды сказал и своим коллегам на заседании ученого совета факультета. Большинство из них обиделись, некоторые мне до сих пор не простили. Это что-то вроде любовника, который никогда не обнял свою жену, не говоря уже о сложных любовных стандарты настоящего. Или что-то вроде человека, который принимает решения в интересах других, а собственных детей не имеет. Им не хватает понимания другой точки зрения, поэтому они, как правило, видят себя на месте других.

 

ЕШЬ ГОЛИК

 

Ище вшэ не знамянка цо сом за створ,

Кто сом и цо сом, поготов нач сом,

Кому я потребни.

 

Или сом лєм треци

Ґаздинї без ґаздашаґу, Ирины,

И оца задружного кравара Силвы сын,

С целом найслабши, витриком лїсточок, пиречко,

Мохотка якаш на пуздри швета.

 

Прежил сом, веря оцец и мац,

Пре тащи говенка цо мы го

К таргонї в млєку кладли.

Отадз сом за живот набрал силы

Ед спокусох моцней креви тирвацши,

Ед склопцох и историї мудрейши,

И после Юлина Юлин ма буц

Цеши е оцец и нїґда єдну,

Но энки два литри чарного

За тото мено випива.

 

И кед вєшенї лїсце опада

Голы конари с черяку оголя выпить фляши зоз вина

Цо мы их оцец за здравє випил,

Я знамянка же сом не мохотка

Но якаш голь хлопского рода

Цо вое швета с времени на время дзвига.

Не будзе же сом козак Голота

Гоч студентом спесь м толкуєм.

 

Кед еще огляднєм дзе мой конь,

Ибо время козацки, на коня бы шедац,

Нїч по уму зрегочац не сце.

 

Не будзе ни же сом валалски вепер

Цо ед сушеди по сушеду ма спущовац нашенє,

Славен тельо кельо породу приобрел собственному народу.

 

Времена младосци давно уж за мну,

На младей черешнї шильку направиц уж е не лашим.

Закукнуц ко двору сушеди шмерци

Вецей мы не соблазн. Видзел сом ю

С блїзка гола не раз в собственной дворе.

 

Зорвани лїсток, пахулька шнїгу нед сом нет.

Виберац можем кому в глаза цело свойо навеєм

Же бы мэ нэ витар как капру.

Как гвизду в цмей ноци най ме не забывает

И с дихом своим шветлосц ей за вторых зачува.

 

Будзе же сом капка креви хтора бешедує

Как то брат Никита Станеску приказывает.

Кого капка, цо за створа, спознам в волны

Кед по мне прейдзе с камиона резина.

 

Не досц быстрое ешь голик

Хторому игли не рошню наспрам швета,

Но к себе обрацени.

Го го швет баржей ґажи,

Капка прераста к вшэ векшей гласней облака.

 

Людзе, как терховни камиони,

Бежа гу метом с цудзу волю упутени.

Ешь голик на калдерми розджамени.

По нем плачет унук его,

Нед без иглох наспрам швета означени.

 

ПС. Не плачь, Павлик, укаж главка, мой їжику,

Господ и дїдо и в шмерци злюдни

Над тобу стрежу будни.

 

 

— Издательство «Гражда» в 2013 году выдало Вашу работу «Украинская литература между Востоком и Западом» украинской, еще тогда говорили о дальнейшем сотрудничестве и переводы Вашей поэзии и прозы на русский, но теперь выглядит так, что сотрудничество не была продолжена. В чем причина?

 

— Это найделікатніше вопрос, который Вы мне задали. Была одна группа младших коллег и друзей, которые считали, что я заслужил Шевченковскую премию. Для этого нужно было сделать перевод одного научного издания, а именно книги «Украинская литература между Востоком и Западом» — и перевод по крайней мере одного литературно-художественного произведения — это должна была быть четырехязычная книга стихов под названием «Центурион», русинском, украинском, сербском и немецком языках, — что и было сделано, и подать кандидатуру на соискание Шевченковской премии.

 

Презентация этой книги состоялась в Вене по случаю 650-летие Венского университета. Тем не менее, возникли три причины, как мне объяснено, через которые все прекратилось.

Первая причина заключается в том, что появились замечания относительно качества украинского перевода.

Вторая причина заключается в том, что появился политический текст «Стратегия до 2020 года», написанный для нужд сербской власти группой авторов, которую я возглавлял, и в этом тексте, не по моей вине, нет упоминания об Украине как о стране, которая единственная признает русинскую диаспору. В то же время русины, Магочівські сторонники призвали ввести российские танки в Ужгород. Одна группа лоббистов за это несправедливо обвинила меня, несмотря на то что в моей работе, как литературной, так и научной, нет ничего такого, на основании чего можно было бы сделать такой вывод.

Третья причина заключается в том, что я серьезно заболел раком костей и все в Воеводине и в Украине ожидали, что я умру. Но я, однако, выжил, но мой Шевченко умер.

 

Так прекратился перевод моих трудов на украинский язык.

 

ВОСКРЕСНАЯ ПИСНЯ

 

Зобудзена никакая пред швитаньом

Руцаш взгляд на улїчку

Драґи Спасич с осмого этажа.

Место празней улїци видзиш

Чловека розпятого на крижу как жэ шпота,

дзвига и пада по бетону

а по нем людзе крича и оруцую м с камнями.

 

С намоченную хусточочку, в хвильковей пыжами,

Збегуєш гу розпятому и питаш е:

„Как жэ уолаш? ” „Ян”, одвитує чловек

А по твари м злїваю е кирвави слизи,

Гамби живая рана от жажди.

„А как жэ ты уолаш, жено? ”

„Я Яна” одвутуєш.

„Цо ши то наробел, чловече, кед это народ так каре?”

 

Кело знамянка, Яна, гуторел сом

Же не мож розжалосциц гевтих хторих любишь,

Же найчежше розчаровац лицо хтору любишь,

Попатриц дооч наймилшому естеству

кед еще с тебя шицки вишмеюю.

 

Одходзим зоз жеми, но жиц,

А нет шчезнуц. Похоп, в шмерци ме найдзеш.

Тот крыж дар от Господа.

Моя шмерц рознєше шицко цо

Смертное и гришне в это.

Окупаш е в моей шмерци.

 

Вплоть кед сом умар поприходзели приятелє гу мне.

Ты, Яна, нашенє за будуци времена.

Мойо школяре часто умераю без надии, в позора,

А други збераю плоды с их гробох.

Други беру радосц и живот.

Тебя зохабям же быша шала по новы швет.

Славиц это буду после шмерци.

Шмелосц шац же бы други жали.

Но то Воскресенє.

 

Кед мы посцераш кирваву слизи зоз твари,

Намочиш жадни уста с хустоточку в рукох,

Твойо дзеци нїгда не буду жадни

Ни гладни гевтого цо красши бок живота понука..

Идзем Ци вочи, Яна, как Воскресенє. Прилап ме.

 

20 април 2014, 2 годзин и 45 миновать с утра

 

Пост скриптум

Без осмотра дзе ши и с кем ши тераз,

тей ноци сом по пияти раз патрел филм „Любовь в чаше колери”,

снять по роману Ґ. Ґ. Маркеса и одлучел сом е бориц за живот и Вас, моя Фемине. С тоту писню закончи е „Центурион”.

У Украины, зу жаданьом буц доброволєц, гварене мы же им потребнєйши живи как мертви академикове. Так сом ознова в Бачкей.

 

— Кого из русинских писателей старшей и младшей генераций Вы порекомендовали бы украинскому читателю?

 

— Три классики русинской истории литературы уже умерли: Гавриил Костельник, Михаил Ковач и Джура Папхархаї.

О живых говорить не хочу, потому что есть разные люди, одни более-менее откровенные и честные, а вторые думают одно, говорят второе, а делают третье и даже еще живых хоронят.

 

Я как раз так себя и чувствую — погребенным заживо. Вместо одного умного и талантливого человека всегда можно найти трех неталантливых амбициозных дураков, которые сделают все, даже по трупам пойдут, чтобы занять освободившееся пространство. Вам придется самостоятельно выбрать согласно Ваших критериев, литературных или позалітературних.

 

Разговаривала Юстина ДОБУШ

 

МАЛЬВА, МОЛИТВА ЗА ЦЕЛО

 

Я чарна мальва

Волана Gilg

 

Рошнєм круг хижох

Драгох

На запущенных местох

На пажицох

 

Дворочна

Или вецейрочна рошлїна

 

Рошнєм двацец пейц цента

Дакеди прейґ метера

Углавним высшая

Ед нєприятельох себя

 

Корень вреценко розконарене

 

Стебель лєжи на жеми

Оброснуте зоз шерсцу

 

Лїсца кружни

Покрутки подобни

Пирка оддалєни три

Пейц или седем рожнї

 

Длуги мы лїсца конарчки

При дну основы лїсного конарчка

Квети е зявюю

Под пазухами лїстох

В єдней пазухи

Два к шейсц квети

 

Описуєм квет

На вонкашнїм стороны три лїстки

Творя вонкашнї погарик

Вец приходза

Пейц лїстки погарика

А пото м

Пейц лїстки корунки

Корунково лїстки целовей

Или лиловей краски

На верху зарезани

В квету вецей прашнїки

Зоз прашнїцкима нїтками

Выросли к циви

На верху циви

Розлучени прашнїцки мещки

Плоднїк составени

С вецей плодовых лїсткох

Плодови лїсток

Ма свой слупчок

Слупчки выросли медзи собу

И заєднїцки слупчок преходзи

През цивку за опращковйованє

И на верху ноши

Вецей цверенково печаци

 

Плод здабе на колеско

Может скрацену цивку

Розпадує е на вецей плодочки

Ед дзевец к дванац

Кажди зоз плодочкох

На хрибце зранцовани

Зоз шором кружних долїнкох

 

 

Я чарна мальва

Волана Gilg

 

Квети чарнэй мальвы

Хасную жэ как лїк

И предаваю по апатикох

Найчастейше е дзеля

Из рук в руки

За пошвецених

 

Конечно сом похопел

Как malva silvestris

Никто ме не любел

 

Надо мну швитанє

С ноци зобудзене

Дзвига е др Стеван Яковлєвич

Прешвечени же к сербскей трилоґиї

Запатрени

Препущел виучиц

Почему Gilg и malva silvestris

Имею роды подзелєни

Быстро превраца словнїки

И мертви чита

Русийски малька – штокроза

Травянистое растение

С крепкими яркими цветками

 

Златна облако жэ шмишка

Мальва не русийска

Но руска и украинская

Мертвого

Цо не зазнал за живота

Зохабиме воєней ботанїки

Серб и Рус

И так не сцу видзиц

Далєй от своего

За облако закваченого

Носа

 

Рошнє на меджи

Потомок краля Ґилґамеша

С твардого Урука

Династия цмоти

Залюбена к шветлосци

 

Труши е чарны шеменєц

Засициц гладни пажераки

Над заруцену пажицу

Прелєтую дзиви гуся

Чей крик

През лїсца мы преходзи

Стресса росу с висотох

Слизи Сиверней гвизди

 

Медзи прешлосцу и паметаньом

Плєца на хтори злєца

Михалово лето далєкосц в мриї

Чарнэй мальвы воланей Gilg

 

По шветлосним бумаги

Розлїва е тушь

Душо моя ознова е труш

 

Обок злєкнута

Над згореним гнїздом

Ґовля кружи

Пирска мальва по полю

Брюха цага с бомбу разбита

Боґдана Колосовского чета

Гевтого запаметаного лета

По паметаню Олеса Гончара

Господа и хозяина швета

Кед оружие было

Тирвацша как человек

 

Я чарна мальва волана Gilg паметам

Как жэ варґоч зоз шветлосци розплєта

 

В поведз

Кед ши праздника malva silvestris

За кого любовь чуваш

В цихих змеркох и швитаньох

Кед еще на Это

Хлопска поскона лаши

И кед салаши

На свойо розгоруцени перев

Прикладываю разбить звук колокола

Оглашеного за пацери

Док Твоя корунка

Смиядни лїстки розтвера

 

До них еще назбера

Капку по капку

Златна облако к нєба заошивана

И вец

Как цмота телка Урука

С божеску руку покропена

 

Цмота

С божеску руку покропена

Воскресам в кабат

Го го нєдзелями и на швета

Облєка нєвеста

От работы и скритей любви

Спенєта

 

К мне еще шугайово глаз преблєка

Баюси м первая ына тычка

Смертельная годзина

Бетяра опомина

Скорее враного коня

Зоз жажду зашлягнутого повицинац

 

Геркам м крев

Как блїск кабата на клубох

Спенєтей нєвести

Гучи рика с высоты прирви

К прирви паданя руцена а вец

В кончику ей глаза застановена

 

Слава Тебя malva silvestris

Слава Тебе

Дзекуєм Ци

Всемогуща и милосердная

За шицки любви

На хтори ши не забыла

През дни живота моего

Дзекуєм Ци за любовь сотвореня

В креви возмущенного и нєзруйнованого

Дзекуєм Ци за любовь викупеня

За любовь зоз хтору мы

Гоч на минутку душа препатрела

Дзекуєм Ци malva silvestris

Же ши е с ноцного сна зобудзела

Же бим это как Gilg

Потомок краля Урука

С династиї цмоти

Тераз и през цали свой живот

С печацим шерцом в цихосци преславйовал

 

Змилуй е малва силвестрис

Над душами моих вимартих предкох

Час умартих братох

Нєродзених шестрох и шицких родзинох

Цо лєжа в одкосу далєкосци

Змилуй е над душами шицких

Цо жили в правдивей водовороты

И зишли с того швета в надии

Же воскрешню в вичносци

Укаж им свой розкошни квет

Самые ясносц Твоєй твари преславя

Ангелски хоры окрипююцого Ци лїсца

Засиц мы уста полни жеми

И очи хтори мы ище лєм викукую с гробней

Зоз цихосцу и Твою ровнодушносцу

Викопаней дзири

 

Пресвятая malva silvestris

Я верим

И по шмерц не престанєм вериц

Же Ты нєпорочна

В пошвеценей любви зачат

Модлїм Это в мено

Твоего безгришного зачаца

Вимодлї от Бога

Любовь по мне

Же бы я

Гоч лєм нєшка

Могол жиц гришни

В Это нєпорочней

Верим и явно припознавам

Же Ци никто в людским рода нет ровни

Же Твойо цело док облапям духа зверене

Ы же шерцо Твойо чистое жридло

Над хторе после Бога

Я перев уста надношим

 

Прето модлїм Тебя

Вимодлї по мне

Гоч лєм дольку

Благодатох с якима Бог

Так щедро обдаровал Твойо цело

 

Модлї Господа Бога

Самые удзелї мне

Хтори е трешем зоз жажду обнять

И шицким хлопком отметив хтори Это жажду

Благодати Твоего цела

Вєдно зоз чистоту Твоего шерца

Же бы мы

Вец ошлєбодзени ед грихох

Могли вєдно с Тобу в Это

Славиц Его на вики

 

Нєвиповедзена радосц обнїма мойо шерцо

Кед Ты Пресвятая malva silvestris

Пришла на тот швет

Же быша зоз своим чистым целом

Цали хлопски род виратовала

В нем их гришни цела окупала

 

Кед Это створел Всевишнї

Мыло попатрел на Это

Как на прекрасное и пречистое

Дело рукох своих

Нєоценїви сокровище вимодлєли

Твойо родичи за нас гришних хлопох

 

Вимодлєли от Всевышнего

Гришним прибежище и склонїско

Грустным потїху

Гладним хранительницу

Слабым окрипу

Хорим лїкарку

Праведным радосц

Святым похвалу

Ангелом царицу

 

Модлїм тебя царицо жеми

Попать с любову на нас

И помилуй нас

Гоч лєгучко по ґамбох с ґамбами

Кед не по цалих наших гришних целох

По тоту Твою милосц Пресвятая и Нєпорочна

Жертвуєм и цело и душу

На вичну службу Сотворительови нашем

Ед нєшка не сцем вецей служиц

Ни швету ни себя

Лєм пре Бога в Это

Сцем жиц и умерац

Кед Бог в моей целу допущи

Не дзбам и кед будзе дзевец раз

През динь и през ноц

 

Вимодлї по мне любовь его

В благодатох Твоего цела зляту

Кед нет скорей я согласни самые будзе

В минутки моей кончины

 

Оглаш в новинох

Меням драгу ратованя в вичносци

За ад цела malva silvestris

 

И Ты превични Боже

Цо ши такую радосцу приял

До службы на нєодредзени время

Свою наймилшу службенїцу

Укаж и мне любовь

И на мне мыло попатри

Задержи е в службы

Же бим бул удостоенных

Видзиц Тебя Молочко

Не лєм на нєбе

Но и ту кло себя

 

Модлїм Это малва силвестрис

Тей найвекшей добродетели повиновения

Науч и мне и

Воведи ме во искушениє

Вимодлї по мне тоту любовь

Пусть е и я похвалїм как праведни

Самые будзем Твой слуга

 

Твой слуга в шицким сполнї Божью волю

Же надо будзе

И Его в Это одменї

Уж кед не может участвовац

У славы Божей на нєбе

Най м е то уда ту

На потульней а порочней жеми

 

Поэтому од Это жэ наздавам

И тото от Тебя нєшка

В горучки модлїм

Выслушай ме Преблага и Нєпорочна

Воведи ме во искушениє

На два пальцы голєм

 

Не дай Пресвятая малва сислвестрис

Най не будзе бесполезная моя мрия

Самые порозумим Твою превельку повиновение

Я знамянка же Тебя нїґдучка-нїґда

Цинь гриха не дотхнул

И прето

Гоч в пыжами на истим этажа

Присц мы не сцеш до хижи готела

 

Бог шицко видзи

Гвариш и нєшка док витирвало

Одходзиш к церкви

Очисциц е ед мриї

Как кажда обычная жена

 

Дай мне любовь Предобра

Най бим е в доброе не гордзел

Духа нет трацел в прикросцох

Пусть бы и я шицко за найлєпше приял

Зоз рукох Всевышнего

Самые зоз собственную судьбу не управям

Най ю лєм вєдно зоз Тобу спольнюєм

Науч ме жиц согласни

С волю Господа и ментора

Твоєй души и цела

 

Пресвятая Пречистая Преблагословена

Царицо жемова malva silvestris

Потїхо Творителя нєба и жеми

Единственная заступнйицо

Русского и украинского рода

Падам пред Тобу

На колєна и сердечно Это модлїм

Услышь молитву Своего слуги

Под Твойима ногами шицки сотвореня

Нєбо жем воздух и морйо

Шицки нєчисти силы

Зоз страхом сцекаю ед Это

Твоего мэна жэ боя

Же ши любовь шицкого живого

Нет умар тот кто Это ед

Цалу уверен покладал

На погибель вичну осудзени

Лєм тоты цо Тебя не сцу спознац

Тебя которую шицки небесни силы почитываю

И цали руски и українски род славы

 

Попать с высокого нєба

На мне нєщешлйивого

Зоз шицких бокох колєша

Ме нєприятелє

Бию по мне

Лєм цо сом живи

Лєжу до блата

Шерцо мойо от них жэ камне

Не дочувам уж любовь Господа

 

Попать с высокого нєба

На мне нєщешлйивого

Ратуй ме моя предобра Панї

Же бы я мог Тебя велїчац

Не лєм тераз док жиєм

Зоз смертельнима людзми

Але най бим преславял

И велїчал навыки милосердносц Твою

 

Пресвятая malva silvestris

Царица жемова и небесная

Ед цалого видимого и невидимого

Швета чеснєйша

Пред Тобу шицки ангелы зачудовани

В Это пророки предсказываю

Казательнйики приказываю

А Апостолы Тебя преславюю

 

Ты красота святительом

Ты окрипа мученїком

Ты сама чистота и слава

Ты радосц мацерох

Ты за дзеци мудросц

Ты хранительница ґдовицох

Слабеньким здравє

Гарештанцом ошлєбодителька

За заблудзених драгоказ

За морякох пристанїще

За уробених спокой

За путуюцих оддих

 

Ты вшэ дзечна застпнїцо

Нєщешлївим и уквилєним

Покрова и склонїско

Ты ми упование в скорби

Ты помочнїца мне бидному

Кед церпим

Ты потїха мне унылому

Кед мы еще остатнї

Пламеньчок надежде гаши

Ты потїха за шицких

Цо зме не были любени

 

През Тебя нєвидими Бог

Осанка видимым

Прето жэ Твоя раба гришна

Кланя Тебя и модлї Это

 

Дай мы еще нєшка

Место насущного хлеба

 

Я преславюєм Тебя

Malva silvestris

Нєвимерана глїбино

Нєвипитана тайно

Нєпохопене чудо

С руку нєстворена церкво

Цара шицких викох

Квету из рая моей души

Зоз хторого вироснул

Мой спасении

 

Сорта шицких залюбених

Цалого хлопского швета ратовнїцо

Я верим зоз шицкима

Цо ше нєшка гоч свети

Лаша на церковь Твоего цела

Же Ты в жемовим живоце

Как и в вичносци примеш нас

В церкви собственного цела

И виратуєш нас от каждого зла

 

Охрань и мой дом

Шицких хлопох

Шицких людзох

Кажде живет бозке сотворенє

От какого нєщєсца

Отдельное ед забутей

Отдельное ед ускраценей любви

 

Охрань мой край

Мой народ

И шицки народы цо в нем жию

Ед гладу вилївох и огня

Ед пошасци

И каждей братскей нєнависци

 

Благословить malva silvestris

Зачем поля бозки нивы

Пусть бы в чаше дозреваня

Здрави плоды зродзовали

Нам на радосц

Тебя на потїху

 

Меркуй на нас нємоцних

Дзбай за нашей молитвы

Стреж на нєприятельох наших

Единственная наша надїйо

Не дай же бизме нєзаслужено

Гоч пре собственную вину нєдомерковано

Спадли а кед спаднєме

Дзвигнї нас

И приведз нас

Гу своей любви

 

Модлїм Это и кед знєверим

Святую супружеску выру

Дай мы свою руку

Же бизме шицки

Виновати и нєвиновати

Не были нєщешлїви

 

Кто спозна правду

Враци еще святей любви

И воскрешнє у огня очисцени

Так то в швеце нас рошлїнох

Хторим и Ты и я гоч не питани припадаме

По бозкей дзеки сотворени

 

Дай мы еще нєшка malva silvestris

Же бы еще в мне шицки холопы могли цешиц

С Тобу в вичносци облапени

 

Не зохабяй ме Пресвятая

Голєм в паметаню

Защитнїцо широтих и прешлїдзованих

Найбезпечнєйше пристанїще гришнїкох

Я пребачуєм нєприятельом своим

И сцем с очисцену душу усобших порозумиц

Лєм мы дошлєбодз с целом Это любиц

Ты ратовала шицких

Хтори пре потребность гу Это приходзели

Дай и мне гришному

Уж кед мам с наглой шмерцу умрец

Самая кончина будзе в Это

Чувай душу мою от моих нєприятельох

Ты дзвери небесни

Самые прейґ Тебя как моего прагу

Войдзем Пресвятая до царства жемового

Аминь

 

Я чарна мальва

Волана Gilg паметам

Как жэ варґоч зоз шветлосци

Розплєта в поведз

Кед ши праздника malva silvestris

За кого любовь чуваш

В цихих змеркох и швитаньох

Кед еще на Это

Хлопска поскона лаши

И кед салаши

На свойо розгоруцени перев

Прикладываю разбить гук колокола

Оглашеного за пацери

Док Твоя корунка

Смиядни лйистки розтвера

До них еще назбера капка по капку

Златна облако к нєба заошивана

И вец как цмота краля Урука

С бозску руку покропена

 

С бозску руку покропена

Пресвятая и Нєпорочна malva silvestris

Конечно

Кед знаш за Бога

Воведи нас во искушениє

Аминь

 

Загвижджала коса.

Далєкосц в наручу чарного одкосу

Одбера malva silvestris настред Киева.

В наручу эй Gilg

Потомки краля Ґилґамеша

С династиї цмоти в шветлосци

К вичносци ю возноша.

Трепеци над Днїпром в златней облака

Тїлесна и Праздники

Malva silvestris .

 

Шветом блука Gilg ошлєпени

Ошлєпени и щешлйиви.

К себе еще запатра

Место очох душа м препатра.

Сиверну гвизду тычка в блїску ярнєй льда.

 

Златней облака ошмих

Смутны и благи.

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика