Новостная лента

В магистрате советовались, в горах воровали лес.

30.10.2015

 

Станиславов 110 лет назад глазами газеты Kurier Stanisławowski.

 

 

 

 

Продолжение сериала. Предыдущая серия – «Благотворительные балы и притеснения немецких протестантов».

 

 

В начале ноября 1906 года в городе Станиславе (теперь Ивано-Франковск) ожидали приезд немецкого инженера, который должен посоветовать местным властям, как и где ей лучше проложить городские водопроводы. Это событие несколькими строками анонсировал еженедельник Kurier Stanisławowski: «Инженер Смрекер с Мангайму, приглашенный маґістратом ради высказывания своего мнения в деле внедрения в нашем городе водопроводов, прибудет в Станиславов 7 ноября ц. г.».

 

 

Известно, что канализационная система в Станиславове существовала еще от основания города-крепости в 1660-х годах. Специальные подземные коллекторы отводили и сточную дождевую воду из центра города далеко за городские стены. А для водоснабжения здесь существовали отдельные колодцы и скважины, которые долгое время не были объединены в единую городскую сеть. От середины 1860-х годов Станиславовский магистрат выделял средства на ремонт, чистку и строительство наземных рвов, которыми отводились стоки, а за санитарным состоянием городских каналов и колодцев и соблюдением нормы слива отходов следила полиция. Со временем в городе начали прокладывать бетонные канализационные трубы. В 1899-1905 годах этим занималась фирма «Джованни Джулиани».

 

 

Собственно строительство водоотводного канала как одна из первостепенных задач городской хозяйки маґістрат рассматривал на своем заседании, упомянутом в числе газеты Kurier Stanisławowski по 28 октября. Как доложил гласным тогдашний бургомистр (выходец из еврейской общины и один из основателей упомянутого еженедельника) Артур Німгін, «состояние дел строительства канала такой, что позволяет надеяться начала работ с весны следующего года».

 

Этот Артур Німгін, который стоял во главе Станиславова целых 13 лет (в том числе и военных – 1896-1919), запомнился современникам тем, что, в отличие от своих предшественников, был очень неторопливый с реализацией проектов. В частности, по его управление сошла на нет, едва начавшись, дело прокладывание пути для станиславивского трамвая. Такая же канитель была и с сооружением городской канализации: проект централизованной сети разработали еще в 1908 году, но только в 1914-м, перед самым началом Первой мировой войны, его начали реализовывать.

 

Станиславівці настоящего трамвая в своем городе так и не дождались, но пофантазировать на его тему любили…

 

 

Стоит отметить, что заседание тогдашнего Станиславивского магистрата время напоминали нынешние сессии местных советов. На них не раз вместо рассмотрения важных хозяйственных дел охотнее обсуждали какие-то политические вопросы, не относящиеся к сферы местной власти. Для тогдашних станиславівських гласных политической темой №1 был вопрос расширения галицкой автономии, что, как известно, была, по сути, польской автономией.

 

По обычаю, введенным Артуром Німгіном, каждое заседание магистрата после вступительной речи бургомистра и утверждение протоколов прошлых заседаний продолжалось заслушиванием «интерпелляций» (депутатских запросов). Самым первым в тот день, о котором писал Kurier Stanisławowski в числе 28 октября, выступил некий господин Пилецкий, от своего имени и при поддержке еще одного советника, доктора Юркевича, высказался в деле расширения галицкой автономии.

 

«Совет города Станиславова безоговорочно считает необходимым и возможным, чтобы перед окончательным решением изменений к конституции 1867 года и проведением избирательной реформы нашем краю была законодательным путем оказана экономическая, финансовая, образовательная и административная автономия с ответственностью краевого правительства перед Сеймом. Совет города Станиславова осуждает всевозможные вмешательства, направленные на препятствование избирательной реформе. Совет города Станиславов считает необходимым, чтобы Сейм на ближайшей сессии принял постановление, опирающейся на демократическую основу, о реформе выборов», – объявил господин Пилецкий.

 

Как сообщала газета, такое воззвание поддержали присутствующие на заседании ксендз Айзельт и господа Маевский, Квасьневский, Собота и доктор Бораль. Депутаты приняли ее своими голосами единодушно, чем вызвали громкие брава на галерее».

 

Заседание магистрата обычно проходили при участии публики, которая живо реагировала на то, что творилось в зале: аплодисментами и одобрительными возгласами, как в упомянутом случае, свистом и смехом – если выступление вызвало у публики на галерее неприятие.

 

А вопрос в маґістраті затрагивались очень разные. Скажем, на описанном заседании упомянутый уже ксендз Айзельт поинтересовался у руководителей магистрата, почему было разрешено заезжем цирке разместиться в центре города, а также потребовал, чтобы маґістрат обратил внимание на таблицы для вывешивания объявлений, которые прибивают к домовых стен, «сделаны очень жалко, что только позорят город».

 

 

А тот же господин Пилецкий, который отстаивал расширение галицкой автономии, занимался также распространением в городе скарлатины. Он высказал предположение, что болезнь заносят до Станиславова из других поселений уезда и посоветовал бургомистру, чтобы соответствующие санитарные службы связались со староством и узнали о состоянии с заболеванием скарлатиной в уезде. Также он спрашивал, не нужно по причине епідемєю закрыть школы на карантин.

 

 

После озвучивания запросов гласные выбрали среди себя членов комиссии по оказанию помощи из Фонда императора Франца Иосифа, членов бюджетной комиссии и цензоров до сберегательной кассы. Кроме того, было принято выплатить служащим магистрата дополнительно на IV квартал того года надбавку в размере 10 процентов их зарплаты (в связи с дороговизной!). На этой оптимистической ноте «заседание за позднюю пору еще до исчерпания повестки дня было закрыто».

 

 

В целом штат чиновников Станиславивского магистрата был достаточно большим, потому что благодаря реформе 1867 года, которая, кроме всего прочего, расширила полномочия местного самоуправления, к компетенции городской управы принадлежал контроль за различными аспектами городской жизни: содержанием общественного имущества, развитием школ, строительством и ремонтом дорог, соблюдением санитарного состояния, освещением улиц и тому подобное. Сама же городская рада состояла из 36 членов, которых избирали сроком на 6 лет. Бургомистра, его заместителей и 5 асессоров городские советники выбирали среди себя.

 

 

До 1914 года маґістрат заседал в ратуше, но часть его отделов содержалась также в арендуемых помещениях, потому что в здании магистрата места для всех не было. Но перед тем, как приступить к выполнению своих обязанностей, служащие магистрата составляли торжественную присягу в зале ратуши в присутствии бургомистра и других высоких городских чиновников.

 

 

При маґістраті функционировало так называемое «военное бюро», куда соглашались рекруты в армию. Того года, как свидетельствует объявление в газете, маґістрат созвал призывников, рожденных в 1884-1886 годах. Они имели замельдуватися до военного бюро с 10 до 12 часов утра и с 4 до 5 часов пополудню в течение ноября (кроме воскресенья и праздничных дней). Тем, кто не явится, грозил штраф до 200 крон или 20-дневный арест. Льготы имели духовные лица, учителя, кормильцы семей.

 

 

 

Улица Собеского

 

 

Как сообщал Kurier Stanisławowski, уже 1 ноября того года должны закончиться проблемы с розквартируванням для военных штабов, которые наконец переезжали в помещения двух новых домов, построенных предпринимателем Сусманом при улице Собеского. Новоселье должны были справить комендатуры кавалерийской дивизии, бригады кавалерии и 24-го полка пехоты, которые прежде содержались в темнице Вундермана, а также комендатуры 58-го полка пехоты и 30-го батальона стрелков, которые ютились в доме при улице Гославського.

 

Кавалерийские касарні в Станиславове

 

 

 

Еще одну новацию запланировали на ближайшее время для станиславівських почтальонов. Поскольку не в каждой местности можно было добраться по железной дороге, для перевозки писем и посылок решили привлекать автомобили. «Почтово-автомобильный связь должна появиться между Станиславовом и Богородчанами и Станиславовом и Тисменицей. К этому делу должны приобщиться общины, через которые будут курсировать почтовые автомобили», — отметил Kurier Stanisławowski.

 

 

А в лесном хозяйстве Прикарпатья неожиданно разразился громкий скандал. Комиссия, которую делегировала управа лесоводства до Надвирнянского уезда, обнаружила крупные хищения в государственных лесах возле села Зеленой, которую оказали предприниматели в сговоре с местными лесничими.

 

 

 

«Например, один предприимчивый еврей, который имел разрешение на вырубку на 5 000 моргов леса, вырубил его на площади 15 тысяч моргов. Другой вместо того, чтобы витяти так называемые «вітроломи», повирубував лучшие деревья», — сообщал Kurier Stanisławowski.

 

 

Главным фигурантом дела был такой себе лісоторговець М.Л.Шерер. Получив разрешение на вырубку 5 тысяч кубометров «валежника», он договорился с местными лесниками и вырубил здоровый лес, причем – вдвое больше, чем ему было согласовано.

 

Вместе с подручным Розенкранцом его сразу арестовали (еще один помощник на фамилию Кац был объявлен в розыск). Арестовано было также двух лесничих, Тадеуша Хмелевского и Зигмунда Куршвайна, и трех работников лесной охраны: Малиновского, Габла и Максимчука.

 

 

«О том, что хищения были очень большие, свидетельствует то, что один из предпринимателей хотел откупиться за 80 тысяч корон, чтобы его не брали под арест на время следствия», – отметил Kurier Stanisławowski.

 

 

Тем временем в городе продолжалась бурная художественная жизнь. Один из выдающихся жителей Станиславова писатель, переводчик, литературный критик и педагог 35-летний Адам Стодор подготовил к печати свою двоактову драматическую поэму «Золотая гора», которую взял в свой репертуар Львовский городской театр. «Она будет поставлена на сцене в ноябре или в декабре. Одновременно в книжном варианте она будет издана известной книжной фирмой Феликса Веста в Бродах», — сообщала газета.

 

Интересно, что этот писатель работал не только в разных литературных жанрах, но и был автором научно-популярных книг, в частности, в сфере математики. Во время учебы в Львовском университете он принадлежал к тайному обществу, которое поставило своей задачей обретения независимости Польши. После уголовного следствия и судебного процесса Адам Стодор на некоторое время перебрался в Станиславов, где преподавал в одной из здешних гимназий математику, историю и польский язык.

 

Театр имени Александра Фредра в Станиславове

 

 

А пока готовилась постановка драматического произведения станиславивского автора на львовской театральной сцене, в Станиславове гастролировала львовская певица Гелена Олеська (Буліковська).

 

 

«Возможно, один из лучших и интересных за последние несколько лет концертов состоялся в Станиславове, однако публики прибыло немного. Это еще один доказательством того, как мало в нашем городе любителей настоящей музыки, настоящего искусства», – сетовал Kurier Stanisławowski.

 

 

Уроженка Золочева Гелена Буліковська, обладательница красивого меццо-сопрано, на то время уже была известной исполнительницей оперных арий. После бракосочетания со львовским нотариусом Александром Миской (именно в честь своего мужа Олеся, она убрала себе псевдоним Олеська) Гелена жила в доме №26 на улице Академической в Львове.

 

 

До выступления львовской певицы присоединился также станиславовский артист (уроженец Тернополя) Адам Людвиг, который начинал свою художественную карьеру как скрипач, а впоследствии обучался пению в Дрездене. На то время он уже выступал с концертами в Варшаве, а затем присоединился к труппе Львовского народного театра. Однако из-за разногласий с режиссером театра Павліковським подал в отставку. Еще какое-то время Адам Людвиг концертировал как скрипач, а с 1903 года поселился в Станиславове, где занял должность директора уездного фонда медицинского страхования. В городе он был известен как общественный деятель и организатор нескольких забастовок. А 1906 год стал началом его возвращения на большую сцену.

 

Не обошлось на той неделе в городе и окрестностях без нескольких несчастливых трафунків. «На днях загорелись хозяйственные дома на фольварках в Свидові и Волчковые (в окрестностях городка Мариямполь. – Z), которые принадлежали баронессе Марии Блажовській. Нанесенный ущерб – около 5 тысяч крон», – сообщал Kurier Stanisławowski.

 

К счастью для погорельцев, недвижимость была застрахована. Причину пожара сразу не установили, хотя подозревали поджог.

 

А в Станиславове некая госпожа Ш. стала жертвой уличного грабежа, возвращаясь вместе с дочерью до своего дома в традиционно воровском привокзальном районе – на улице Романовского (теперь – улица Гаркуши):

 

Улица Романовского

 

 

«Когда она зашла на улицу Романовского, надбіг малый мальчик лет четырнадцати, толкнул ее и выхватил из рук кожаную сумку, которую та держала в руках, и убежал в соседние дворы. На крик госпожи Ш. один из прохожих побежал в том направлении, но безрезультатно. В сумке было несколько корон мелкими монетами, цепочка и ключ от дома», – проинформировала газета, отметив, что полиция начала поиски несовершеннолетнего грабителя.

 

 

Дальше будет.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика