Новостная лента

Выразитель наших душ

09.03.2016

 

Перед 203-мы народинамы Тараса Шевченко «Издательство Старого Льва» напечатало новый арт-бук из серии азбук-энциклопедий о выдающихся украинцах – «Шевченко от А до Я». Украинский литературовед и писатель Леонид Ушкалов, который «разбирал» Кобзаря буквально на буквы (совместная работа с иллюстратором Анастасией Стефурак), говорит в разговоре с Z, что формат арт-бука, несмотря на очевидную зажатость в концепции, – прекрасный. «Книга для семейного чтения – что может быть интереснее!», – арґументує 60-летний Ушкалов, автор работы «Моя шевченковская энциклопедия: из опыта самопознания».

 

Господин Леонид отвечает нам не только на «детские» вопросы, но и на вполне уважительные: удается ли нам «розбронзовіти» Шевченко, и прочитан он «до конца»?

 

 

МНЕ ХОТЕЛОСЬ ПРЕДСТАВИТЬ «ЖИВОГО» ШЕВЧЕНКО

 

– Вам по душе то, как теперь в Украине отмечают Шевченковские дни? Или претерпело в Ваших глазах это праздник трансформаций, то есть удается украинцам «розбронзовіти» Шевченко и воспринимать его более тепло и человечно?

 

– По душе ли?.. Правду говоря, я не придаю особого значения каким-то внешним символическим жестам. Как говорил Сковорода: хорошему человеку каждый день праздник… Поэтому День рождения Шевченко проходит для меня точно так же, как и мой собственный день рождения: я работаю. Таков мой стиль жизни… В 2014-м, юбилейном Шевченково году, я каждый день подавал на фейсбуке материалы под рубрикой «Шевченко от А до Я». Тем самым я хотел сказать, что для нас, украинцев, каждый день – Шевченковский. Но и собственно Шевченковские дни, хотя бы как они проходили, я искренне поздравляю, ибо любое Шевченково праздник – это то, что направлено на утверждение нашей культуры. Так было, есть и будет. Что же до различных изменений… Понятное дело, на веку, как на долгой ниве. А мне уже шестьдесят, то есть – по сравнению с Шевченко – я уже настоящий дедушка. Много всего было… Хоть я и не думаю, что изменения в нашем восприятии Шевченко – это лишь стратегия «розбронзовіння». Отнюдь! Все значительно сложнее.

 

– В конце концов, что, по Вашему мнению, плохого в «бронзовом» Шевченко? Люди хотят иметь в его образе кумира и пророка, держать его портрет под полотенцами в гостиной. Или уж так позарез их разочаровывать?

 

– Ничего плохого. Кто-то имеет в гостиной портрет Шевченко под полотенцами, а я, например, пишу академическую статью о место и роль немецкой романтической философии в мировоззрении Поэта… И все оно хорошо на своем месте. В конце концов, мы свободные люди – каждый делает так, как считает нужным. Главное – чтобы это закорінювало нас в бытие. Извините за высокие слова… Вот в арт-буке «Шевченко от А до Я», который я готовил для «Издательства Старого Льва», мне хотелось представить «живого» Шевченко. Просто потому, что дети, по-моему, воспринимают мир, как он есть, то есть гораздо предметнее, чем взрослые – во всех его красках, без символических коннотаций…

 

– Азбука ВСЛ «Шевченко от А до Я» – это довольно куцый формат. Не было ли Вам тесновато в нем? Довольны ли результатом? Не осталось горечи от того, что много важного осталось за книгой?

 

– Как на меня, формат этого арт-бука прекрасный. Книга для семейного чтения – что может быть интереснее! И я с большим удовольствием готовил текстовую часть книги. Я вообще люблю писать для малышей – стихи или что-то такое. Даст Бог, скоро пойду на пенсию – буду писать для детей… А для взрослых пару лет назад я написал довольно большую по объему – где-то 600 страниц – книгу «Моя Шевченковская энциклопедия». Там есть, в частности, и те лозунги, что в арт-буке «Шевченко от А до Я». Хотел бы на презентации арт-бука в Львове прочитать для взрослых кое-что из того, что, как Вы говорите, «осталось за книгой».

 

– Можем ли мы так очень свободно обращаться с классиками, сокращая их произведения, как в разнообразных «Детских Кобзарях»? Моя семилетняя дочка, допустим, была откровенно разочарована «коротенькими стишками» после того, как ей долго твердили о величии поэта в школе – пришлось вытаскивать из шкафа полную версию, чтобы вернуть навеянную учителями уважение.

 

– Понятное дело, есть немало классических произведений, в том числе и Шевченко, что их для детей стоит подавать адаптирован, то есть учитывая особенности детского восприятия мира. Впрочем, я согласен с Вами: все следует делать разумно и корректно.

 

– Насколько полное последнее полное издание сочинений Т. Шевченко? Это к тому, что в пражском издании «Кобзаря» (1876) «Большой погреб» начинался:

 

Как снег, три птички летели

Через Субботове и сели

На похилившемусь кресте

На старой церкви.

 

Это похилившемусь есть в Словаре языка Шевченко, есть в десятитомнику (похилившомусь) 1951 года, зато упоминание об этом варианте исчезла в позднейших изданиях. Не связано ли это с тем, что дієприкметникові формы на -вший, а тем более на -вшийся признано несвойственными украинскому языку русизмами (хоть в словарь староукраинского языка XIV–XV вв. такие формы встречаются) – и соответственно решили обелить Шевченко, потому что не мог же он употреблять русизмы в поэзии?

 

– Последнее по времени полное академическое собрание сочинений Шевченко, как на меня, вполне соответствует предписаниям современной текстологии. Эту сборку готовили высококвалифицированные специалисты из Института литературы имени Шевченко Национальной академии наук Украины – люди, которых я давно знаю, уважаю и люблю. Для них идеалы академической науки – превыше всего. Могу только поблагодарить их за прекрасную работу. А конкретные текстологические вопросы – то специальные материи, порой довольно сложные.

 

– Недавно в «Языкознании» описывался эксперимент: Шевченковой «Марию» написали максимовичівкою («Все упованиє мое на тебя, мôй пресвѣтлый рая, на милосердиє твое, все упованиє мое на тебя, мать, возлагаю») и спросили, какая это речь. Только 5% сказали, что русский (и только одна респондентка из двухсот узнала Шевченко – это оказалась учительница украинского языка). Этот курьез – это вопрос исключительно правописания, языка позднего Шевченко (его вариант «высокого стиля») просто изъяли из литературного языка, которая должна базироваться исключительно на фолькльорній основе?

 

– «Мария» – действительно вещь невероятная по силе и величием. Оно и не удивительно, потому что Поэт хотел изобразить в ней «сердце матери по жизни Пречистой Девы». Я бы рискнул сказать, что эта поэма – настоящая «Евангелие от Тараса». А начинается она вариацией на тему кондака Богородицы. Вот слова кондака: «Все упованіє мое на Тя возлагаю, Мати Божия, сохрани мя под кровом Твоим». А вот слова Шевченко: «Все упованіє мое На тебя, мой пресветлый раю, / На милосердіє твое, / Все упованіє мое На тебя, мать, возлагаю». Поэтому, как писать эти строки – максимовичівкою, или латиницей, – старославянская основа здесь вполне очевидна. Так Шевченко сакрализирует свою героиню… И это, понятное дело, не вопрос орфографии, а вопрос самого бытия украинского литературного языка.

 

– Можем ли мы утверждать, что Шевченко «прочитан до конца»? Может появиться новый взгляд, новое понимание его произведений? Есть ли какие-то факты из его биографии, которые могут открыться? (Несколько лет назад, например, снова появилась информация, что Шевченко крестил униатский священник, была дискуссия, которая, однако, ничем не закончилась).

 

– Прочитать что-то «до конца» может разве что Всевышний. А человек на то и человек, чтобы бесконечно перечитывать… Где-то с месяц назад в Киеве вышла моя книга «Ловля невловного птицы: жизнь Григория Сковороды»… В ней я пробовал написать о том, что истина – это птица, которую ты вечно ловишь без надежды когда-нибудь поймать…

 

– Могу ли просить Вас кратко, буквально по пунктам, назвать то, за что украинцы не просто уважают, а любят Шевченко? А также отдельно то, за что Вы лично его уважаете (любите)?

 

– В начале арт-бука «Шевченко от А до Я» всплывают слова: наш народ поставил Поэта «выше всех политиков, завоевателей и власть имущих». Мне кажется, что это глубоко символично. Помните, как описал украинскую душу большой поклонник Шевченко Райнер Мария Рильке! «И в этой земле, где могилы – как горы, люди – словно бездны. В их глубинах темно и тихо, а их слова – лишь тонкие шаткие мостики над их настоящей жизнью. Иногда темные птицы слетают с курганов. Иногда удивительные напевы падают в людей и исчезают в их глубине, а птицы растворяются в небе. Все безграничное, куда не глянь. Даже дома не спасают от этого беспредела; их маленькие окошки полны им. Только в темных углах стоят старинные иконы, будто Божьи верстовые столбы, и свет от блеклых свечей болтается в них, как заблукале ребенок в звездной ночи». Разве это не навеянное поэзией шевченко?.. Словом, я хочу сказать, что мы любим Шевченко, потому что он выразитель наших душ.

 

– Вы как ученый много времени и труда отдали изучению Шевченко, что Вас в нем больше всего поразило? Вероятно, были какие-то неожиданные для Вас откровение или открытие, острота которых не исчезает. Если действительно так, то поделитесь своими мыслями с нами и на эту тему.

 

– Я бы не осмелился сказать, что в области академической науки отдал Шевченко слишком много времени и сил. У нас были и есть ученые, которые посвятили студиям над Шевченко всю свою жизнь. О себе я не могу этого сказать… А насчет открытий… Открытия касаются, скорее, меня самого. Видимо, Шевченко является для меня тем зеркалом, вглядываясь в которое, я пытаюсь понять самого себя. «Моя Шевченковская энциклопедия» имеет подзаголовок: «из опыта самопознания». И это не просто слова…

 

Беседовала Татьяна НАГОРНАЯ

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика