Новостная лента

Ужасные дороги и респектабельные суды

11.12.2015

Станиславов 110 лет назад глазами газеты Kurjer Stanisławowski.

Продолжение сериала. Предыдущая серия – «Медвежатники» в и сюрприз от парикмахеров.

Более полутора миллиона крон предусмотрела императорско-королевская власть на строительство здания окружного суда и новой тюрьмы в Станиславе (теперь Ивано-Франковск), назначив аукцион для подрядных фирм на 18 декабря 1906 года. Эта стройка завершилась через 5 лет – только в октябре 1911 года вдоль улицы Билинского (теперь – Сахарова) предстала величественная нэо барокковое сооружение, соединенная подземным ходом с серой домом тюрьмы.

«Смета работ, которые должны выполнить фирмы, составляет 1 миллион 672 тысячи 511 корон 24 сотики. Торги состоятся в кабинете старшего советника по строительству Сковрона в Львове в доме юстиции. Залог для участия в аукционе составляет 83 тысячи 700 корон», — сообщала в числе по 9 декабря 1906 года местная газета Kurjer Stanisławowski.

Намерение построить в Станиславове полноценное помещение для судебных заседаний вызрел в Министерстве внутренних дел еще в 1903 году, поскольку в течение предыдущих пяти десятилетий дела слушали в разных, порой плохо приспособленных для этого помещениях. В то же время в городе существовали уже суды двух инстанций – уездный (по нынешним меркам, местный) и окружной (то есть, апелляционный). К Станиславивского судебного округа принадлежали Станиславовский, Кольский, Надвирнянский и Тлумацкий уезды. Окружной суд в Станиславе подчинялся Апелляционному суду во Львове, а на верхнем ступени тогдашней системы судоустройства стоял Высокий суд в Вене.

Выбирая место для полноценного дома правосудия в Станиславове, специальная венская комиссия рассмотрела 18 предложений, пока остановилась на земельных участках господ Гаммермана и Чаплинского, расположенных на пересечении улиц Зосина Воля (местный «квартал красных фонарей») и Билинского. Землю выкупили за 89 457 крон.

Архитектурный проект новостройки выполняла львовская архитектурная мастерская старшего советника строительства Министерства внутренних дел Австро-Венгрии Францишека Сковрона. Еще с 1880-х годов этот 50-летний архитектор находился на службе при МВД и сотрудничал со Східногалицьким и Буковинским управлениями юстиции. На этих территориях за время своей деятельности он спроектировал всего 65 больших и малых судебных зданий, самыми известными из которых являются Дворцы правосудия во Львове и Черновцах.

Дворец правосудия в Львове (вул. Князя Романа, бывшая Баторого)

Дом правосудия в Станиславове

Новое помещение оказалось довольно просторным: кроме уездного и окружного судов, здесь также разместилась местная прокуратура. Фасад нового дома правосудия выглядел представительным и довольно часто попадал в объектив фотографов. Позади же него прятались более казенные сооружения с тщательно зарешеченными окнами – новая тюрьма, а также отдельный дом для малолетних преступников и небольшой изолятор.

Во времена, когда Станиславов стал столицей Западно-украинской Народной Республики, в этой темнице, кроме суда, разместили также Государственный секретариат (то есть министерство) образования и вероисповеданий. Когда же Станиславов заняли поляки, именно в этом помещении слушали первое судебное дело против молодого Степана Бандеры, обвиненного в том, что во время вече в Старом Угринове по случаю 10-й годовщины Ноябрьского Срыва он распространял листовки с призывом бороться за свободу Украины с оружием в руках (Бандеру тогда выпустили за недостатком доказательств).

За «первых советов» в судебных кабинетах отаборилось областное НКВД. Тогда здесь допрашивали отца проводника ОУН, Андрея Бандеру. На него завели дело №61112 и этапом отправили в Киев, где впоследствии расстреляли за антисоветскую деятельность.

Во времена немецкой оккупации в бывшем суде разместилось гестапо, которое после войны заменили областные подразделения МВД и КГБ (эта улица в советское время логично носила название Чекистов). А в 1990 году и улицу переименовали в честь академика Сахарова, в древнем доме правосудия расположились силовые структуры – управление Национальной полиции и СБУ, а бывшая тюрьма теперь служит следственным изолятором.

Пока же дом правосудия в Станиславове существовал только в проекте, здешние суды были завалены гражданскими, хозяйственными, уголовными и откровенно политическими делами. Скажем, как сообщал в том же числе Kurjer Stanisławowski, 5 декабря 1906 года трибунал приговорил известного львовского социалиста, студента прав Н.Коркіса до двух месяцев тяжелой тюрьмы за оскорбление достоинства власти, которой тот нанес на людном собрании еврейской секции Польской социалистической партии.

Железнодорожные мастерские Станиславова

Теми же днями в суд передали дело слесаря Михала Худича, обвиняемого в краже из железнодорожных мастерских. На новостройке Австро-Венгерского банка, где на кровельных перекрытиях Худич выполнял слесарские работы, были обнаружены шурупы, которые были имуществом железной дороги. «В доме и мастерской Худича было выявлено 12 пачек шурупов и несколько килограммов железа, похищенного из железнодорожных мастерских», — отметил Kurjer Stanisławowski.

Как не странно, но в Станиславове тяжелые преступления случались даже в местах лишения свободы. В частности, в тюрьме «Дубрава» в пятницу, 7 декабря, совершил покушение на убийство здешний заключенный, который отбывал 15-летнее наказание. Во время урока пения он проткнул долотом-«заточкой» своего учителя Евгения Якубовича. «Совершил то из мести, потому что 5 лет назад господин Якубович помешал ему сбежать из тюрьмы», — пояснили газетчики.

Тем временем в Станиславове состоялся большой ярмарка, на которую привели на продажу почти пять тысяч голов разного скота – лошадей, коров, волов, а также свиней. Цены в то время были такие: за коня, способного к работе, платили от 140 до 260 крон, вич на откорм стоил 76 крон, корова на убой – 74 кроны за 100 килограмм живого веса, телят продавали за 36-60 крон за штуку. Свиньи стоили 80-86 сотиків за килограмм живого веса, а самыми дешевыми были поросята – 12-24 короны за штуку.

«В целом тенденция была очень плохая: закуплено было только 12 волов на Буковину и 30 – на откорм к Стенке, больше крупных покупок не было, и скотина возвращалась с ярмарки в основном непроданная», — отметил Kurjer Stanisławowski.

Несмотря на малый спрос, как отмечали газетчики, владельцы скота даже не думали опускать цены. Такую же позицию занимали и станиславівські мясники, которые, несмотря на то, что свиньи подешевели, держали высокую цену на ветчину. «Сейчас выгоднее покупать ветчину в Львове, Кракове и даже пражскую ветчину от Хмєля, потому что, даже заплатив за доставку, выйдет дешевле, чем покупать ее в Станиславове», — сетовали газетчики.

В том числе Kurjer Stanisławowski сообщал своим читателям о бюджете Станиславова на следующий год, принятый городским советом 20 ноября. Самые большие доходы городу давали аренда муниципальной недвижимости (более 180 тысяч крон) и заведение газового освещения (почти 160 тысяч крон). Наибольшие расходы были предусмотрены на общественную безопасность (более 150 тысяч крон), на работу газовні (150 тысяч крон), содержание городских чиновников (более 130 тысяч крон) и погашение долгов (почти 160 тысяч крон). Дефицит бюджета составил 895 крон и погасить их магистрат имел намерение из собственных сбережений (на конец года в кассе оставалось наличными 2 тысячи крон).

Кроме финансовых проблем и общей дороговизны, еще одной вечной бедой Станиславова и окрестностей были дороги. Если в самом городе еще как-то поддерживали порядок, то состояние путей в пригородных селах был просто ужасный. Скажем, в Ямницы было очень непросто добраться от железнодорожной станции до центра села.

«Станция удалена от дороги – если можно назвать дорогой вязкий заболоченный переезд, который проходит частично (как, например, под железнодорожным мостом) на 400 шагов через русло потока, поэтому каждый, кто садится здесь на поезд или выходит из него, вынужден перебраться через это пространство пешком», — жалуется в газеты корреспондент, подписанный В.

Автора статьи больше всего удивляло, что такой ужасный состояние дел длится годами, хотя изменить его очень просто, тем более, что станция Ямница – ближайшая к Станиславівської дирекции железных дорог. Надо сказать, что давнее помещение станции еще недавно служило пассажирам, которые путешествуют железной дорогой Львов–Черновцы. Только пять лет назад здесь появилось новое здание железнодорожного вокзала.

Зато в художественном плане Станиславов в то время не находился на периферии. 13 декабря здесь готовились к приезду знаменитого немецкого скрипача-виртуоза Вилли Бурместера. В Берлине его называли «скрипичным королем» и за удивительную технику игры сравнивали с Паганини. Уроженец Гамбурга, он начал обучаться игре на скрипке в возрасте 4 лет, а уже семилетним мальчиком дал свой первый концерт в родном городе.

Как информировал Kurjer Stanisławowski, в прикарпатском городе Вилле Бурместеру должен был аккомпанировать пианист В.Клаасен. Билеты на концерт можно было приобрести в книжном магазине «Штаудахер и союз».

Теми же днями в городе завершились гастроли «русского» (украинского) народного театра из Львова. «Вынуждены констатировать, что поляки и евреи в большом количестве хаживал на спектакли этого театра», — сделал реверанс в сторону львовских актеров Kurjer Stanisławowski.

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика