Новостная лента

Украинцы слева направо

27.04.2016

Начнем с реплики, которую можно было бы приписать Капитану Очевидность – Украина не имеет структурированного политического поля, которое позволяло бы электорату выбирать между партиями с выраженными левыми или правыми принципами. Более того, в самом обществе тоже нет четкого разделения на сторонников правых и левых, и оно демонстрирует диффузию противоречивых запросов перед политиками. А все же специалисты Центра Разумкова во время недавнего масштабного социологического исследования, призванного выяснить особенности самоидентификации украинцев и их ценности, обнаружили интересную вещь: политическая «правизна» в Украине коррелирует с позитивными этническими стереотипами в отношении украинцев, а политическое «лівацтво» – с неґативними.

 

Социологи говорят, что Майдан открыл «окно возможностей» для формирования украинской идентичности

 

Так, социологи зафиксировали положительную корреляцию ответов по шкале «левые-правые взгляды» с приписыванием украинцам таких качеств, как религиозность (коэффициент корреляции Пирсона составляет 0,273), патриотизм (0,111), свободолюбие (0,105), национальная гордость (0,077), искренность (0,075), миролюбие (0,072), трудолюбие (0,070), честность (0,68), гостеприимство (0,061), общественная активность (0,056).

 

Неґативна корреляция наблюдается с приписыванием украинцам недобрых качеств: равнодушие к общественным проблемам (-0,094), жестокость (-0,084), злопамятность (-0,74), коварство (-0,063), жадность (-0,055).

 

Поскольку меньшие значения шкалы «левые-правые взгляды» соответствуют левым взглядам, а большие – правым, неґативна корреляция шкалы с оценкой выраженности определенного качества означает более высокую оценку выраженности этого качества у людей с левыми взглядами, объясняют методику в Центре Разумкова.

 

По словам заместителя директора социологической службы Центра Разумкова Михаила Мищенко, эти коэффициенты перекликаются с представлением о «леваков» как пророссийскую силу. И это одна из причин, считает социолог, которая дает на выборах левым проектам лишь крошку голосов.

 

«Можно сказать, что левые идеи, по крайней мере в том виде, как они представлены в Украине, предусматривают определенное дистанцирование от украинской идентичности. Хотя в начале XX века было наоборот – идея независимости Украины тогда формировалась и поддерживалась преимущественно левыми политическими партиями и в рамках левого политического дискурса. Пожалуй, сейчас проблема в том, что левые политические идеи рассматриваются в том числе и нашими гражданами как таковые, связаны в общественном мнении с идеями восстановления Советского союза или объединения с Россией», – отметил Мищенко во время круглого стола «Основные принципы и пути формирования общей идентичности граждан Украины» в Киеве.

 

Традиция и стимуляция

 

Согласно результатам исследования, наибольшей приверженностью левых взглядов отмечается восточный регион: Дніпровщина, Запорожье и Харьковщина. Здесь коэффициент «левачества», согласно признаннями респондентов, составляет 4,3 балла (чем меньше число, то «левая» идентификация). На свободных от российской оккупации территориях Донбасса показатель «правішим», чем в соседских областях – 5,2 пункта, – и отвечает среднеукраинском – 5,3. В Центре – 5,2, на Юге – 5. Самым «правым» себя идентифицирует Запад – 6,3.

 

Этнические украинцы чаще, чем этнические русские, придерживаются «правых» политических взглядов (5,4 балла против 4,7). А украиноязычные респонденты (5,7) – больше, чем русскоязычные (4,9) и двуязычные (4,8).

 

 

Как показал корреляционный анализ, политическая «правизна» в наибольшей степени коррелирует с ценностями «традиция» (согласно шкале ценностей Шварца, «традиция» – это уважение к традициям и ответственность за культурные и религиозные обычаи и идеи) и «стимуляция» (стремление к новизне и глубоким переживаниям).

 

Подобно, «лівацтво» больше свойственно людям старшего поколения над молодыми.

 

«Различия в ценностных ориентациях и идентичности представителей старшего и младшего поколений свидетельствуют о том, что если сознание старшего поколения в большой степени сформирована под влиянием социальных реалий и идеологом советской эпохи, то сознание младшего поколения в большей степени соответствует реалиям сегодняшнего дня. Молодые люди редко идентифицируют себя как граждане бывшего Союза – в младшей возрастной группе лишь 8%, тогда как среди тех, кому более 60 лет, – 46%», – объясняет Мищенко.

 

«Сознание молодых людей характеризуется, с одной стороны, высшим уровнем патриотизма, с другой стороны – респонденты младшего возраста реже выражают нетерпимость к эмигрантам, людям другой религии, носителей других языков. Значимость демократии для представителей младшей и средней возрастных групп выше в сравнении с представителями старших групп. Чем моложе респонденты, тем чаще они тезис о полезности конкуренции», – добавляет социолог.

 

По словам директора политико-правовых программ Центра Разумкова Юрия Якименко, процесс кшталтування украинской идентичности (которая, на его взгляд, еще не сформирована) ускорился после начала российской агрессии против Украины.

 

«Мы видим, что в 2014-2015 годах, исходя из тех изменений, которые отбыли в идентичности граждан, открылось некое окно возможностей. Мы видим распространение тенденции к формированию общенациональной идентичности. Мы видим тенденции повышения своей идентификации как украинцев, распространение украинского языка, культуры, уменьшение влияния советской культурной традиции и тому подобное, и особенно среди молодежи. Можем говорить, что есть определенное окно возможностей, которое, к сожалению, уменьшается в силу разочарования общества положением в стране и деятельностью органов власти», – прокомментировал Якименко.

 

Противоречивость менталитета

 

Впрочем, в идеологической идентификации украинцев на «левых» и «правых» социологи видят и противоречия. В частности, наши граждане с обоих лагерей болеют за то, чтобы государство – если она является демократической – обеспечивала им равные и высокие доходы. Так, оценивая важность различных аспектов демократии по 10-балльной шкале, украинцы дают 7,7 пункта в поддержку тезиса о том, что безработные должны получать государственную помощь, 7,5 балла – правительство должно облагать налогами богатых и поддерживать бедных, 7,2 – государство должно обеспечивать равенство доходов. Эти пожелания украинцев граничат с их желанием иметь конкуренцию «как стимула индивидуальных усилий и развития».

 

Относительно равенства доходов, то этот аспект демократии на таком же высоком уровне оценивают и в России (7,4 балла), зато в других странах, выбранных для сравнения в этом исследовании, этот тезис рангується ниже, от 5,1 пункта в Нидерландах до 5,6 в Германии.

 

 

Кроме того, среди сравниваемых обществ в Украине наибольшее частика тех, кто считает, что наличие сильного лидера, независимого от парламента и выборов, является «скорее хорошей» или «очень хорошей» – 80%. Здесь мы обходим даже вічнопутінську Россию (67%).

 

Запрос на «сильного лидера» присущ украинцам всех регионов, а на Западе он даже выше, чем на Юге и Донбассе. При том социологическое исследование показало, что между регионами нет больших отличий в отношении к демократическим ценностям: на Левобережье демократию почитают так же, как на Западе (за незначительным исключением Донбасса). Другое дело, что и демократию каждый может трактовать на свой ґуст (ведь для кого-то демократия – это хорошие «пособия»). «Противоречивость политического менталитета украинцев заключается также в сочетании поддержки демократии и возложении надежды на сильного лидера, независимого от парламента и выборов, хотя при этом крайне низкой поддержкой пользуется идея правления военного режима», – отмечает Мищенко.

 

6%

Социологическое исследование показывает, что 92% респондентов называют себя этническими украинцами. К этносу россиян признались лишь 6%. Еще 1,5% причислили себя к другим этносам.

 

Напомним, что, согласно результатам всеукраинской переписи 2001 года, украинцы составляли 77,8% этнического состава населения, а русские – 17,3%. Изменение пропорций в этническом разделении связана, разумеется, с оккупацией наиболее обрусевших регионов. Так, по переписи-2001, в Крыму русские составляли 58,3% населения, в Луганской – 39%, на Донецкой – 38,2%.

 

Впрочем, социологи констатируют, что доля этнических русских уменьшается в Украине еще и через естественное движение населения, а также через примат политической идентичности над этнической. Рост доли респондентов, которые идентифицируют себя как этнические украинцы, растет со снижением возраста опрошенных (87% среди тех, кому более 60 лет, до 96% среди тех, кому от 18 до 29 лет).

 

 

 

Центр Разумкова также пытался пролить немного света на проблему біетнічності и множественной этничности украинцев как одного из аспектов формирования этнической идентичности. Оказалось, что 74% чувствуют свою принадлежность только к одной национальности, 12% – в двух или нескольких национальностей, 6% – к одной.

 

Среди этнических украинцев 77% ощущают свою принадлежность только к одной национальности, а среди этнических русских – только 39%. В двух или нескольких национальностей – соответственно, 10% и 30%, в одной – 5% и 20%.

 

Свою принадлежность сразу к двум или нескольких национальностей больше всего ощущают жители Донбасса (27%), Южного (24%) и Восточного (19%) регионов. На этой же территории зачастую не имеют этнической идентификации– 20%, 10%, 12%.

 

Более две трети респондентов (68%) считают родным языком украинский, 14% – русский, в 17% – и украинский, и русский в равной степени.

 

Среди этнических украинцев 73% назвали родным украинский, 9% – русский, оба языка – 18%, среди этнических русских – соответственно, 4%, 81% и 14%.

 

В Украине, согласно заключению Центра Разумкова, преобладает общегражданская идентичность: 95% опрошенных согласны с суждением: «Я считаю себя гражданином Украины». При этом в Украине самый высокий среди предлагаемых стран процент респондентов, которые с этим мнением согласии абсолютно – 72% (от 18% в Нидерландах до 64% в России).

 

В то же время, в Украине выше доля простолюдинов, которые не гордятся своим гражданством – 30% (в других странах – от 4% в Польше до 19% в России). Найприхильніше до украинского паспорта относятся на Западе – 82% и в Центре – 76%. На Юге – 64%, на Донбассе – 58%, в восточном регионе – лишь 45%. Среди этнических украинцев гражданством гордятся 70%, среди россиян – лишь 42%.

 

 

Доктор философских наук Евгений Быстрицкий, комментируя итоги исследования (и, очевидно, «тотальную» украинскую национальную идентичность – кажущуюся), напомнил о две философские течения в теории идентичности – либеральную и комунітарну. По его мнению, работа Центра Разумкова «нащупывает» гражданско-политическую идентичность украинцев. Однако, считает Быстрицкий, эта политическая идентичность конфликтует с этнической.

 

«Для Украины проблема идентичности остается напряженной и проблематичной, потому что две идентичности, которые существуют в любом обществе – политическая, общественно-политическая идентичность (civic identity) и этническая «айдентіті» – имеют между собой сложные отношения. Могу заведомо сказать, что эти сложные отношения между двумя идентичностями сейчас порождают больше конфликтных ситуаций, начиная с парламента и заканчивая общественным мнением», – считает Быстрицкий. Директор фонда «Возрождение» призвал социологов в будущем изучить точки пересечения политической и этнической идентичностей, потому что тот, кто это сделает – «тот попадет в точку и высветит проблемы, которые у нас есть».

 

Доверяй по-польски

Социологическое исследование также показало низкий уровень доверия украинцев друг к другу, а особенно – государственных структур (это то, о чем говорил Юрий Якименко, говоря о постепенное сужение окна возможностей для кшталтування идентичности).

 

«Можно сказать, что доверие в обществе является экстраполяцией, переносом эмпатии на все общество и его институты, поскольку связана с представлениями индивида о том, что эти общественные институты представлены людьми, которые имеют интересы, мотивы и чувства, подобные его собственным. То есть если у индивида формируется представление о общественные институты как таковые, представители которых имеют интересы, мотивы, ценности, не имеющие ничего общего, противоречат его собственным интересам, мотивам, ценностям, это приводит к снижению доверия к общественным институтам, снижению их легитимности в целом», – говорится в аннотации к исследованию.

 

Уровень доверия к другим членам общества в Украине является низким – впрочем, так же, как и в других восточноевропейских странах. 75% опрошенных в Украине, 76% опрошенных в Польше и 66% – в России утверждают, что надо быть очень осторожными в отношениях с людьми. В Германии такой ответ дает чуть более половины (54%) опрошенных, тогда как в Нидерландах – только 32%.

 

Среди социальных институтов наибольшее доверие украинцев имеют Вооруженные силы (70% полностью или в определенной степени им доверяют), церковь (66%), гуманитарные и благотворительные организации (64%), университеты (52%). Меньше всего украинцы доверяют политическим партиям (9%), парламент (10%), судам (12%), правительства (13%), банкам (15%).

 

В Украине до таких социальных институтов как церковь, Вооруженные силы, пресса, телевидение, профсоюзы, полиция украиноязычные респонденты относятся с большим доверием, чем русскоязычные.

 

 

Директор Украинского института национальной памяти Владимир Вятрович, комментируя показатели доверия, сказал, что это «пугающие цифры». «Мы понимаем, что доверие является тем главным социальным капиталом, который можно инвестировать в какие-то изменения. Доверие, в частности, системно подрывается всевозможными информационными кампаниями, которые проводятся снаружи. Но так же надо понимать, что доверия не хватает, в частности, и через наши внутренние недостатки. Потому что доверия не хватает собственно тем институциями, с которыми украинские граждане больше всего сталкиваются – это правоохранительные органы, суды – там, где не чувствуется больших изменений», – отмечает Вятрович.

 

«С другой стороны, недостаток доверия – это определенный насідок эффекта маятника. Те события, которые мы имели во время Майдана и после Майдана, наоборот характеризовались максимально большим уровнем доверия в обществе. Сейчас маятник, к сожалению, ушел в другую сторону, и этим, очевидно, пользуются различные политические силы как извне, так и внутри», – добавил директор УИНП.

 

Как показывают результаты исследования, уровень доверия также связан с уровнем удовлетворенности граждан жизнью. Так, коэффициент корреляции Крамера, характеризующий связь между доверием и сатисфакцией, равна 0,159 и является статистически значимым.

 

Хотя 59% опрошенных в Украине отвечают, что они «очень счастливы» или «скорее счастливы», этот показатель (как и уровень удовлетворенности жизнью) является самым низким среди всех сравниваемых стран (например, в Германии – 84%, в Нидерландах – 92%, в Польше – 93%, в России – 73%.

 

В Украине наиболее довольны жизнью жители Западного региона (6,1 балла), в наименьшей степени – жители Востока и Донбасса (4,0 и 4,1). Также Донбасс – это единственный регион, где большинство (58%) отметили, что они «не очень счастливы» или «совершенно несчастны».

 

Если среди этнических украинцев 61% считают себя счастливыми, то среди этнических русских 55% описывают себя несчастливыми. Украиноязычные респонденты чаще считают себя счастливыми, чем русскоязычные и двуязычные (соответственно, 64%, 51% и 54%). «В определенной степени это можно объяснить большей долей среди этнических русских, в сравнении с этническими украинцами, представителей возрастной группы 60 лет и старше (соответственно, 43% и 25%), среди которых, как было указано выше, существенно меньше тех, которые считают себя счастливыми, а также жителей Донбасса (соответственно, 27% и 4%), которые живут рядом с зоной боевых действий и объективно имеют меньше оснований считать себя счастливыми», – прокомментировали в Центре Разумкова.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика