Новостная лента

Заархівована трагедия

26.04.2016

 

Более полутора тысяч документов: правительственных постановлений в аналитических записок профильных ведомств, от отчетов о ходе строительства Чернобыльской атомной электростанции до увековечен в одном лаконичном «пропал без вести» человеческих трагедий. Это все архивы – красноречивые и беспощадные свидетели того, как изо дня в день создавалась, проживалася, а сейчас забывается, крупнейшая техногенная катастрофа человечества.

Директор Центрального государственного архива общественных объединений Украины Ольга Бажан, утверждает, что открытый доступ к архивам это не просто изучать историю по первоисточникам, но и убедительное доказательство того, что историческое шило не удержать ни в каком мешке. И даже найретельнешо скрываемые факты, со временем, всплывают на поверхность.

 

* * *

 

В этом году – 31-я годовщина аварии на Чернобыльской АЭС. Бесспорно, эта трагедия запечатлелась в памяти тысячи тысяч украинцев, которые были свидетелями, которые пострадали от тех событий. Но можно сказать, что так же, эта трагедия отразилась в многочисленных документах, которые создавались в те времена и которые сегодня хранятся в архивных учреждениях, и доступ к которым сегодня является абсолютно открытым.

 

Если говорить о том, что именно отражают эти архивные документы, то мы можем сказать, что за этими архивными документами сегодня можно воссоздать эту трагедию, эту катастрофу планетарного масштаба почти за каждый день того времени, начиная, буквально с 26 апреля 1986 года.

 

Эти документы совершенно разные по своей тематике. Если мы говорим о тематике, то они отражают и события, во-первых, строительства этой атомной электростанции, введения ее в действие, также архивные документы позволяют проследить ход событий во время самой аварии и организации работ по ликвидации последствий. Также они позволяют ощутить человеческие трагедии, которые произошли вследствие того, что много-много людей были переселены из своих домов в другие города проживания. И это как раз трагедия – как они устраивались на новом месте, была им помощь или не была? То есть, все это очень и очень остро напоминает те события, хотя уже с тех событий прошел уже 31 год.

 

В Центральном государственном архиве общественных объединений Украины сохраняется огромный комплекс таких документов. Более полутора тысяч документов по чернобыльской тематике. Они абсолютно разные по уровню своей содержательности, наполненности. Среди них есть документы, постановления и решения высших органов партийно-государственного руководства тогдашней Украинской советской республики. Среди них многочисленные сообщения, аналитические записки министерств, ведомств, научных учреждений, которые активно привлекались к преодолению последствий той трагедии. Также представлены информационные документы, сводные сведения местных органов власти. Причем по видовому составу они такие же разные. Есть текстовый документ, есть даже графики за различные периоды времени, когда отслеживалась радиационный уровень буквально каждый день и на день по несколько раз. Также есть табличные документы, которые воспроизводят события по эвакуации населения в 1986 году (после чистки определенных территорий) реэвакуации населения.

 

Если мы говорим о том, как воссоздана Чернобыльская катастрофа в архивных документах, то надо, прежде всего сказать, что первой задокументированной известием о тех событиях можно считать докладную записку, которую 26 апреля написал директор Чернобыльской атомной электростанции Виктор Брюханов и прислал эту докладную записку секретарю Киевского областного комитета Компартии Украины. Если всматриваться в этот документ, то он настолько вроде бы и краткое, и в то же время достаточно емкий. И когда его читаешь, то чувствуется такой нерв напряжения, который тогда, пожалуй, испытывали все те, кто был в эпицентре аварии. Я позволю себе зачитать, потому что иногда архивные документы говорят сами за себя более красноречиво. Он писал 26 апреля:

 

«26 апреля 1986 года в 1 час 25 минут произошел взрыв на энергоблоке №4 Чернобыльской АЭС в Киевской области в период подготовки блока к плановым ремонтным работам. В результате взрыва произошло обрушение крыши и стен верхней части реакторного отделения, а также частично покрытия маш. зал. В районе взрыва возник пожар, который в 4 часа 50 минут локализован, а в 6 часов ликвидирован подразделением пожарной охраны. В период аварии на станции находилось около 200 человек обслуживающего персонала. Девять человек из них получили ожоги различной степени. Один человек скончался в медсанчасти, три человека находятся в тяжелом состоянии. Кроме того, в медсанчасть доставлен на обслуживание 34 человека, принимавших участие в ликвидации пожара. Из них 9 человек – это работники пожарной охраны. На 8 часов не установлено местонахождение старшего оператора реакторного цеха Ходемчука».

 

Кстати, Валерий Ильич Ходемчук – первая жертва аварии, он погиб 26 апреля 1986 года. Далее Брюханов сообщал: «В связи с аварийной обстановкой на 4-м энергоблоке, остановлен энергоблок №3, энергоблоки №1 и №2 работают в нормальном режиме. Причина аварии и материальный ущерб устанавливаются правительственной комиссией. Обстановка в городе Припять и прилеглых населенных пунктах нормальная. Уровень радиации контролируется». Подпись стоял короткий: «Директор ЧАЭС Брюханов».

 

В тот же день, получив эту весть, областной комитет партии сообщил об этом (еще короче) Центральный комитет Коммунистической партии Украины. Фактически с этого момента вводится ряд мер для того, чтобы преодолеть эту аварию.

 

Кстати, очень интересный момент – документы дают возможность проследить, как распространялась информация о том, что произошло в Чернобыле, были ли там жертвы и тому подобное.

 

Что интересно: в средствах массовой информации первая очень коротенькая весточка прозвучала со страниц газеты «Правда Украины», это произошло только 29 апреля. Было небольшое сообщение Совета Министров СССР о том, что в районе Чернобыля произошла авария, для ликвидации последствий создана правительственная комиссия, и пострадавшим оказывается помощь. Эта коротенькая весть была опубликована не на первых полосах. А уже на следующий день эту новость продублировали другие центральные газеты тогдашней советской Украины, тогдашнего Советского Союза.

 

То есть, информация шла совершенно дозированно, она не содержала для населения никаких четких указаний, как себя вести в такой ситуации. Поэтому, понятно, что у населения в первые часы, когда эта весть розносилась из уст в уста (сарафанное радио), было множество вопросов, потом, конечно, породило панику.

 

Кстати, отдел организационно-партийной работы Центрального комитета Компартии Украины сообщал об этом, и 30 апреля они сделали такой небольшой обзор вопросов, которые возникали в беседах с людьми, которые проживали не только на территории, прилегающей к Чернобылю, не только на территории Київськіої области, но и в других регионах Украины. И они в этом обзоре указывали наиболее характерные вопросы, которые возникают у людей. Сегодня, когда эти события отошли на 30-летнюю расстояние, интересно, что тогда интересовало людей, что не давало им покоя. В этом сообщении говорилось следующее: «От трудящихся поступают вопросы: авария это, головотяпство или диверсия? Каковы причины случившегося? Как могли компетентные службы не досмотреть и допустит человеческие жертвы, выбросить миллионы рублей на ветер? Какой размер ущерба от аварии? Будет ли в дальнейшем работать атомная электростанция? Обнаружены ли продукты радиактивного распада, выпавших 26 и 27 апреля в осадках? Можно ли пользоваться питьевой водой или надо употреблять только минеральную? Разрешается ли купаться или ловит рыбу в реке Днепр, на притоке которого расположена АЭС?».

 

Были и более острые вопросы, которые также отмечались в этом сообщении: «Надо иметь головы на плечах, да еще и с мозгами, чтобы построить такое «чудо», да еще и возле самой столицы».

 

Понятно, паника была неимоверная, но продолжались первомайские праздники, и ни одно из мероприятий этих праздников не был отменен, все происходило по плану. 6 мая в Киеве стартовала международная XXXIX «Велогонка Мира». То есть, все вроде бы давало такую иллюзию, что ничего в жизни людей не изменилось. Хотя судьба некоторых людей изменилась коренным образом. И навсегда разделила их жизнь на две части – до аварии и после.

 

Разумеется, такое строгое отношение к утечке информации было не случайно, и даже некоторые документы тогдашнего партийного и советского руководства четко регламентировали именно такой порядок подачи дозированной информации. И это очень четко прослеживается в решении Правительственной комиссии СССР по ликвидации последствий Чернобыльской аварии в июле 1987 года, которая фактически нормировали такое положение с подачи информации для населения, для иностранных журналистов.

 

Кстати, очень интересно, какие из вопросов подлежали засекречуванню. В решении так и говорилось, что именно этот перечень вопросов не подлежит открытому опубликованию ни в печати, ни любым другим путем. Фактически все эти вопросы должны были быть засекречены, и они были засекречены. Этот перечень был достаточно обширный. Вообще запрещалось распространять сведения относительно уровня радиационного загрязнения, также информацию о результатах отдельных измерений уровней радиации. Запрещалось распространять данные «о результатах оценки экономического ущерба от радиационного загрязнения по отдельным хозяйствам, сведения о затратах на внедрение новых агротехнических и агрохимических мероприятий, а также технологии переработки отдельных видов сырья, обеспечивающих снижение перехода радионуклидов в конечный продукт». Не разрешалось распространять также данные о концентрации радионуклидов в сельскохозяйственной продукции в зоне отчуждения, о фактах гибели сельхозживотных, также диких животных в результате действия на них радиоактивного загрязнения, сведения о фактическом загрязнения лесов в результате радиационного загрязнения.

 

Кстати, именно такое отношение к информации о последствия и масштабы аварии на Чернобыльской АЭС объясняют тот факт, что много лет после 1986 года все эти данные и все эти события были замалчиваемые, доступа исследователей к этим документам не было, поэтому оснований сказать, что проводились какие-то широкие исследования, не было. Открытие этих документов произошло уже после 1991 года, когда Украина обрела независимость. Все эти документы были помечены грифами «секретно», «совершенно секретно», и после обретения Украиной независимости эти грифы были сняты, и они стали доступны для исследователей. Конечно, что спрос исследовательский был очень огромный. В конце концов исследователи получили возможность окунуться в эти документы, для того, чтобы по крупицам восстановить события, которые произошли с первых минут аварии.

 

Результатам таких исследований можно назвать то, что в 1996 году, когда отмечалась годовщина трагедии, совместными усилиями ученых-историков из Института истории Украины Национальной академии наук и ряда архивных учреждений была подготовлена первая сборник документов, которая называлась «Чернобыльская трагедия. Документы и материалы». К той сборки вошли еще не опубликованные документы из бывшего архива Центрального комитета Коммунистической партии, из архивов бывшего Совета Министров Украинской Советской Социалистической Республики. То есть, это была такая плодотворное сотрудничество, в результате которого в научный оборот был введен огромный комплекс документов, который позволил приоткрыть таинственные завесы над этой проблемой.

 

Надо сказать, что в последующие годы, уже после 1996 года увидели свет фундаментальные труды многих ученых. Я бы хотела отметить работу известного исследователя этой проблематики, доктора исторических наук Натальи Барановську.

 

Если говорить о продолжении этой творческой плодотворного сотрудничества ученых и архивистов, для того, чтобы обнародовать еще больше до сих пор не опубликованных, но известных документов, в этом году, буквально в начале этого месяца увидело свет уникальное издание. Это также сборник документов, потому что, как я уже говорила, иногда документы красноречивее, они более подробно рассказывают о тех событиях, чем какие-то комментарии, даже самые профессиональные. Эта сборка, которая вышла буквально только что, называется «Чернобыль: документы оперативной группы ЦК Компартии Украины». Сборник посвящен функционированию и деятельности высшего звена тогдашней советской Украины, оперативной группы при Политбюро ЦК Компартии Украины. Она содержит 130 документов. Это полное издание протоколов и стенограмм заседаний этой группы, которая была создана 3 мая 1986 года. Оно публикуется абсолютно без купюр и дает возможность понять, какая напряженная работа, какой спектр вопросов поднимался сначала, как только стало известно об аварии на Чернобыльской АЭС, и как трансформировались затем эти вопросы.

 

То есть, сначала, конечно, надо было локализовать последствия самого взрыва, а потом уже заниматься трудоустройством людей, отселенных из загрязненных территорий. Скажу, что оперативная группа заседала в течение мая почти каждый день. Это не были заседания (и об этом свидетельствуют документы) ради заседаний. Эти документы свидетельствуют, что когда поднимался и принималось решение на заседаниях этой оперативной группы, на следующий день ответственные исполнители имели уже докладывать о выполнении порученных задач или о ходе выполнения этих задач.

 

Понятно, что первоочередными задачами этой оперативной группы было мобилизовать все ресурсы на преодоление этих последствий, оказание максимальной помощи Правительственной комиссии Советского Союза, которая действовала непосредственно в Припяти и в Чернобыле. Кстати, очень интересен такой факт, что буквально с первых дней было принято решение использовать смесь некоторых веществ для того, чтобы засыпать разрушенный реактор с воздуха. Эта смесь состояла из следующих веществ: песок, борная кислота, доломітова глина и также свинец. Так вот, для того, чтобы обеспечивать изготовление этой смеси и доставка ее на место, задача с этого как раз относилось к компетенции оперативной группы. А уже непосредственно из воздуха «тампонирование» разрушенного реактора делали военные авиаторы.

 

Кстати, сам жанр документа (а там представлены и стенограммы) дает возможность почувствовать атмосферу, в которой происходили обмен мнениями, принятие решений, иногда споры. Они были – и очень жесткого характера, но этого требовала обстановка, которая сложилась.

 

С этим сборником можно сегодня ознакомиться в режиме он-лайн. Он размещен на официальных веб-сайтах тех учреждений, которые его подготовили (а подготовили его работники Центрального архива общественных объединений Украины, а также ученые Института истории НАН). Эта сборка сейчас в свободном доступе он-лайн. Тем, кто захочет ознакомиться с первоисточниками (то есть, непосредственно с протоколами, со стенограммами заседаний этой оперативной группы), могут обратиться как исследователи к нашему архиву и получить в пользование для ознакомления именно эти документы. Поэтому я считаю, что возможность знакомиться с архивными документами позволит всем, кто желает создать для себя объективную картину того, что случилось, для того, чтобы понять, что вопросы, которые сегодня вроде бы отходят от нас на второй, третий план (а именно сохранение окружающей среды) иногда становится первоочередным для дальнейшего развития и вообще существования человечества.

 

* * *

 

Лекция была прочитана 23 апреля 2017 года в цикле «Лекторий» по 1-й программе Украинского радио.

 

Также ее можно прослушать на сайтах «Лекторий. База знаний» и SoundCloud.

 

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика