Новостная лента

Заблаговременная правда в зеркале

02.11.2015

 

Телесериалы бывают разные. Но есть неопровержимые константы. Одной из констант современного телесвита есть «Черное зеркало», британский постмодернистский шедевр, проявляет с невиданной ранее открытостью худшие пороки человеческого общества, и ужас развития технологий вплоть до полного отвращения. Недавно вышел новый, третий сезон этого шоу. Есть о чем поговорить.

 

 

4 декабря 2011 года – предельная дата. Ее можно назвать точкой отсчета: до этого были одни телесериалы, а после – уже совсем другие. Именно в этот день почти 5 лет назад вышла пилотная серия «Черного зеркала» – «Государственный гимн». Это был атомный взрыв художественной формы, направленного действия в социальную сторону. Составляющими здесь были Кафка, Оруэлл и Дик, Босх, Малевич и Херст. На телевидении еще никогда до этого не было кинематографических высказываний такой максимальной сатиричності. Вольтер бы захлопал в ладоши. Это же надо было заставить премьер-министра Великобритании до полового акта со свиньей на том основании, что если он этого не сделает, похититель убьет похищенную им принцессу! Более того, если премьер-министр Великобритании не выполнит требования похитителя, его элементарно осудят все граждане стране, ярые сторонники принцессы и потенциальные избиратели. Его больше не выберут!

 

Эта серия наделала шуму даже более, чем ожидалось. Вполне можно было рассчитывать на общественный страх за сюжет – как в свое время испугал англичан сюжет «1984». Телеканал Chanel 4 был засыпан разновекторными предложениями зрителей, требовавших а) закрыть шоу, или б) show must go on. И шоу продолжилось, пугающие зрителя все больше.

 

Первый сезон имел 3 эпизоды от 45 минут до часа каждый раз отдельной, несвязанной с другими, историей. Официально за пределами Британии сериал не выходил ни на одном телеканале. Американцы могли его увидеть только за счет спутникового вещания DirecTV. И увидели. Причем в США «Черное зеркало» стало едва ли не самым популярным среди неамериканских. Стивен Кинг назвал его любимым, говоря, что «это как «сумеречная Зона» только с рейтингом R», а после второго сезона 2013 года компания Роберта Дауни-младшего купила права на адаптацию сериала для рынка Соединенных Штатов и предложила это сделать голливудском мейджеру Warner Bros К сожалению (или к счастью), эта история была и загудела: ни Warner, ни кто другой так и не откликнулся на идею показа «Черного зеркала» в Америке. Зато владелец формата, британская компания Endemol Worldwide, продала шоу в 90 стран, включая крупнейшими рынками (Франция, Германия, Австралия и Китай; даже у нас два первые его сезоны показывали на ТРК «Украина»). Пока к делу не подключился американский провайдер Netflix. В декабре 2014 года он еще не был гигантом. Свое приобретение сериала никак не комментировал. И только сейчас, в ретроспекции, мы можем понять, каким дальновидным был этот шаг. Собственно, как и все шаги Netflix – за чего он и стал сейчас одним из крупнейших и влиятельных ресурсов, с собственным, крупнейшим в мире производством оригинального контента стоимостью 5 миллиардов долларов, и охватом 243 стран.

 

 

Netflix запустил 3 и 4 сезон, увеличил количество серий в сезоне до шести, при этом не меняя формата высказываний и темы. Таким образом в линейке провайдера оказался определяющий сериал всего современного телепространства, лакмусовая бумажка человеческого существования в стремительном потоке развития технологий, которые необратимо трансформируют человечество, постепенно уничтожая в нем саму суть – человечность. Почему вывод такой ошеломляющий? Все дело в угле зрения создателей, с помощью которого информация, проходя сквозь увеличенное стекло телевидение, создает в душе зрителя пламя ужаса от созерцания окружающей нас реальности. Так это получилось со второй серией второго сезона, «Белым медведем»: она вполне была способна прожечь дыру в голове своим сюжетом. Героиню доводят до адских страданий из-за ее причастности к похищению и смерти 6-летней девочки: ее наказание за это – постоянный повтор одного и того же: как за ней гонятся, охотятся на нее, загоняют, хватают, произносят приговор, а затем током выжигают память, и повторяют все с начала. В результате наказание доводится до садизма, ведь в человеческом понимание кара за преступление должна нести обучающий характер, а здесь она напоминает ад с его бесконечными кругами мук. Человек – не Бог, и не может претендовать на вечность или обрекать кого-то на вечные муки, чтобы виновный не совершил. Чтобы история была более ужасной, создатели придумали вложить ее в форму шоу, в котором принимают участие обычные люди, которые приезжают в «Парк правосудия», как в Диснейленд, и становятся свидетелями и даже участниками охот на женщину-преступницу.

 

Шоу в целом – это один из главных формальных моментов многих серий «Черного зеркала», как и «массовое обвинение». Массы – вот и настоящая причудливая субстанция, которая является причиной большинства проблем человечества. Когда люди хотят быть как все, когда мнение окружающих становится решающей, когда большинство решает, кому как выглядеть и что делать, кто виновен, и кому жить или умереть. Идейный создатель и сценарист «… зеркала» Чарли Брукер, не зря в 2008 году создал «Ловушку», мощную 5-серийную зомби-драму: там герои были участниками шоу, подобного микс «За стеклом» и «Большого брата», и они «проспали» конец света, будучи очень занятыми своими псевдожиттями на растерзание телевизионным массам зрителей. «Черное зеркало» – отражение псевдожиття этого многоголосого, но однообразного и безликого «группировки», имен у которого миллион, как у всякого зла. Третий сезон начинается с яркой и очень знакомой для большинства современных людей истории о «лайках» – положительные отзывы в социальных сетях. Если ты набираешь рейтинг в 4,5 из 5 возможных, ты становишься очень уважаемым, модным, «ты в тренде», а значит можешь себе позволить хороший дом, машину и остальные, включая девушку/парня или жену/мужа. Попытки получить больше «лайков» от кого (и чем больше этих «любых», тем лучше) приводят к полной искусственности поведения и окончательного лицемерия. Большинство снова решает, подходишь ты под стандарт качества, на самом деле очень и очень субъективный… Необычным и контркультурним, хоть и противоречивым нюансом в серии служит тема ругательств (антитеза «брань»?). Эмоциональная составляющая как источник нецензурщины здесь подается положительной противоположностью неискренности, ибо брань всегда честная. Полемически, но, согласитесь, оригинально.

 

 

Впечатления чужих людей на нас самих – безумие современной социализации. Ориентация на принцип «а что скажут другие» в наше время приводит к реакции, чья разрушительная сила порой превосходит деструкцию упомянутого принципа. Например, в 4 серии, «Сан Джуніперо», одна героиня говорит другой: «Ты посмотри по сторонам – люди вылезают из себя, пытаясь кого-то из себя сделать – наверное, в фильмах подсмотрели». И это правда. Но чтобы нивелировать эту правду, героиня предлагает другому сделать то, что раньше еще не делала – заняться с выводом в финале сцены «Ну, классно же было, правда?». Чтобы перестать быть подобным на других, человек пускается во все тяжкие и уже не возвращается, утонула в безумии противоположности.

 

И апофеозом влияния масс на мнение человека и игры в несхожесть есть финальная, 6-ая серия сериала – «Ненависть совещание». Один из героев говорит, будто выражая общепонятный мысль: «Если ты сволочь, то заслуживаешь на травлю в сети». А как травят в сети? Создают хэштег (в этом случае #СмертьТакому-то). К этому добавляют игру в «популярность» сволочи и «призовыми» местами. А до игры – высокотехнологичный способ выдать призы – собственно, выполнить прописанную идею хэштега… Знаете, что интересно? С каждой новой смертью количество участников травли все увеличивается и увеличивается. А когда до некоторых участников приходит полиция, расследуя убийства, цькувальники, невинно хлопая глазами, говорят: «Да это же только игра…».

 

«Черное зеркало» на самом деле показывает не нас самих, а интерпретацию изображения. Любое зеркало не черное, оно нейтральное, черным его делают наши мысли, когда мы проводим свои «пятиминутки ненависти», в праведном гневе, негодуя на акт агрессии или глупости: на российские оккупационные войска в Донецке и Сирии, израильских убийц в секторе Газа, талибов в Афганистане, зажравшихся депутатов в Украине или просто какую-то нахрапистые жену/любовницу олигарха. Мы экспрессивно комментируем посты в ФБ, дописываем твитты, пересылаем инстаграммы – везде вставляем свои селфі и «пять копеек», считая свою рожу чем-то привлекательной, а свои мысли – ценными. От этого любое зеркало почернеет и превратится в портрет Дориана Грея. Поэтому особенно важно хоть иногда приходить в себя, тверезішати, сбрасывать с себя наслоения социальных стандартов.

 

«Черное зеркало» очень способствует этому. Хоть и в меньшей степени, чем раньше: третий сезон значительно мягче предыдущих. Вероятно, для массового внимания Netflix попросил создателей сериала уменьшить напряжение и бескомпромиссность. Думаю, именно поэтому появляются такие серии, как «Паляница», где в финале героиня, даже опускаясь на общественное дно, все равно радуется, с ощутимым и визуализированным удовольствием посылая ко всем чертям противника. Или «Сан Джуніперо», где две женщины после смерти соединяются в объятиях лесбийской любви компьютерного «облачного» мира. Или серия «Ненависть народа», в которой антигерой таки заплатит за свою антиобщественную деятельность…

 

И несмотря на ослабление пронзительного звука и шока от увиденного, «Черное зеркало» сохранило свои все отражающие свойства. Оно так же пессимистично, как и человеческое существование на этой планете (несмотря на улыбки детей, Моны Лизы и, порой, судьбы). И в этом – его сила. Ведь пессимист (как говорил Сирано де Бержерак) – это тот, кто говорит правду. Просто говорит он ее заблаговременно.

 

You Might Also Like

Loading...

Нет комментариев

Комментировать

Яндекс.Метрика